Когда просыпаются тени

Глава 37

Вспышка памяти ударила, как удар клинка. Перед глазами промелькнули сотни поединков - тренировочные дворы, залитые кровью, скрежет стали о сталь, крики инструкторов. Тело вспомнило все само - мышцы напряглись в идеальной боевой стойке, пальцы сами нашли баланс меча.

— Я — Железный Тренер, — прошептала она.

Анна выпрямилась, и в её глазах загорелся огонь.

Викбор отшвырнул Банго, замер. Желтые огни в его глазницах сузились до тонких щелей.

— Ты... не та, кем казалась.

— Нет.

Она рванулась вперёд, не уклоняясь от меча, а встречая его. Их клинки встретились с звоном, от которого задрожали стены пещеры.

Удар. Отскок. Контратака.

Клинки скрежетали, искры сыпались на камни. Анна не дралась — она танцевала, как в старые времена, когда весь мир сужался до лезвия и противника.

Викбор отступал. Его удары, ещё мгновение назад неумолимые, теперь казались медленными, предсказуемыми.

Она сделала финт — ложный выпад, затем резкий поворот.

И вонзила кинжал в трещину между шейными позвонками Викбора.

Он застыл. Желтый огонь в глазницах померк. И рассыпался в пыль. Меч упал на камни с глухим звоном.

Анна раскинула руки в стороны. От нее исходило голубое сияние, охватившее все что было внутри.

Твари за спиной Викбора зашипели, задергались. Одна из них бросилась вперед, взмахнув когтистой рукой, но Анну словно окутал невидимый щит. Тварь отлетела назад, врезавшись в стену пещеры.

— Уходите! — крикнула Анна, чувствуя, как силы покидают её. Голубое сияние пульсировало, отгоняя тварей, но она знала, что это ненадолго.

Банго, оклемавшись, вновь встал на ее защиту, рыча и изрыгая пламя в лица тварям. Марек, шатаясь, поднялся на ноги, опираясь на стену.

— Анна, что происходит? Я не уйду

— Я запечатываю их, — ответила она, стараясь не терять концентрацию. — Но мне нужна помощь. Марек, ты должен поддержать плиту. Не дай тьме просочиться. Банго, охраняй его!

Марек, не задавая вопросов, подковылял к каменному постаменту и приложил обе руки к плите. Он зажмурился, словно испытывая невыносимую боль. Банго встал между ним и тварями, готовый разорвать любого, кто попытается приблизиться.

Анна сосредоточилась, вспоминая руны, выжженные на ее пальцах. Она произнесла их вслух, и пещера наполнилась гулом. Голубое сияние усилилось, охватывая плиту, Марека и Банго. Твари зашипели и попытались прорваться, но невидимая стена держала их на расстоянии.

Постепенно, свет стал затягивать их, как в воронку. Вскоре, не осталось ни чего кроме старой плиты. Она запечатала то, что было под городом.

Банго подошел, с трудом передвигая расплывающиеся лапы. Ткнулся мордой в ее руку - но это уже была не морда, а просто сгусток тьмы.

— Ты... уходишь? — она прошептала.

Тень кивнула. Тело пса уже почти полностью растворилось, лишь глаза еще светились - но и они тускнели.

— Ты был лучшим псом, лучшим другом, — Анна провела рукой по тому месту, где должна была быть голова.

Он вильнул хвостом в последний раз. И исчез.

Повернувшись к трону, Анна увидела - каменное сиденье треснуло пополам. Из трещины сочился черный дым.

— Что теперь?

Марек, хромая, поднял обломок от плиты с рунами.

— Теперь мы запечатываем это место. Навсегда.

Они вышли на поверхность на рассвете. Руины рухнули за их спинами с оглушительным грохотом, поднимая облако пыли. Земля содрогнулась - и затихла, погребая под собой тени.

Марек тяжело опустился на колени, его рана сочилась кровью. Анна разорвала подол рубахи, чтобы перевязать его, и вдруг заметила - на ее запястье проступил странный знак. Те же руны, что были на плите.

Печать.

— Мы вернемся? - спросил Марек, заметив ее взгляд.

Анна посмотрела на руины, затем на свой меч.

— Когда придет время.

И они пошли прочь, оставляя за спиной тайну, которая теперь навсегда стала частью их обоих.