Когда растает снег

Глава 2

2.

Семеныч встретил меня на кордоне суровым молчанием, которое мне совсем было не по душе. Не знаю, почему этого худощавого сварливого мужчину преклонных лет называли так, ведь ни в его имени, ни даже в его семье Семенов отродясь не было. Поэтому принципиально обращалась к нему ДЯДЯ ЛЕША. В первый день мы вообще не разговаривали, он только объяснил мне, где брать воду, куда ходить по нужде, что я и так знала, и отправил меня в дальнюю комнату. Имелась она на случай, если вдруг нагрянут гости. Сам дядя Леша спал на печи, которая в лесничем доме была как в старые времена – большая и, видимо, удобная.

Уже в понедельник стал приходить в себя. Наверное, привыкая к мысли, что в ближайшие пару месяцев он будет жить не один. В такой обстановке я просто не могла обитать, поэтому пришлось потихоньку начинать приводить дом в порядок. А то, что за из меня хозяйка, если даже элементарного делать не может? И еще мне пришлось теперь на практике применять свои скудные кулинарные знания, потому что Семеныч кроме как жареной картошки с мясом, яичницы и омлета готовить ничего другого не мог.

-Слушай, дядь Леш, а тебе еще не приелась твоя стряпня? – поинтересовалась я после завтрака.

-Готовить это дело бабское, так что я не приучен к этому. А меня тут, понимаешь, сослали подальше и теперь приходиться есть то, что умею готовить, – это было самое большое его предложение за эти сутки, которое я услышала. А может все не так плохо, как мне померещилось.

-А чего женщину себе здесь не заведешь? – спросила я, хитро прищурив глазки. Вдовствовал дядя Леша уже лет пять как, так что этот вопрос мог быть актуальным.

-Дура что ли? Какая нормальная баба пойдет сюда жить?

-Ну, я же пошла, – состроила я умную физиономию.

-Ты дело временное. Через пару недель завоешь и сбежишь, – хмыкнул он. Видимо, его шутка ему очень понравилась, а мне как-то не очень. Не собиралась я бежать.

-Ну, значит, буду хозяйничать на кухне. Ты же худой, авось получится хоть немного откормить, – решила я искать путь к сердцу мужичка через привычный орган – желудок.

-Ага, откормишь, как же! Я же от природы тощий. И ничего не помогает, главное, – пожаловался он, заводя такой ненавязчивый мирный разговор. Вот, старику хоть скучно не будет.

-Ты давай теплее одевайся. Мороз-то спадает, но нам не меньше трех часов плутать по лесу, – подгонял он меня уже через полчаса, выделив даже лыжи, с которыми я дружила с самого детства. Семеныч, кряхтя, подвинул к двери табуретку и забрался на нее, открыв навесной шкаф под потолком. Оттуда он извлек старенькую берданку, которой заправлял еще мой отец. Именно с этого ружья я и произвела свой первый выстрел.

-С оружием, слышал, дружишь хорошо? – поинтересовался он, протирая его рукавом пуховика.

-Да неплохо, я стрельбой еще со школы занимаюсь, – пояснила я.

-Ну, тогда не страшно тебе вверять, – он протянул мне ружье. – Это на случай, если с диким зверем столкнешься, – пояснил он. – Я же не всегда буду рядом.

Я держала в руках оружие и просто еле сдерживала слезы от воспоминаний, которые меня теперь здесь преследовали. Каждый уголок этого огромного бревенчатого дома, каждый метр леса были до боли знакомы и в каждом из них таились воспоминания из моего детства. Это были самые незабываемые светлые минуты, которые я теперь бережно храню в своем сердце.

Вот так мы и прожили два дня. С утра мы обходили участок леса, далее я готовила обед, а Семеныч занимался делами по хозяйству, затем снова шли в лес. Он мне помогал с курсовой, которую я уже почти написала еще до приезда на кордон. Работа с дипломной, конечно, предстояла еще нудная, но и она сдвинулась с мертвой точки, потому что вечерами я садилась за ноутбук и писала, пока были силы и время.

-Я на следующей неделе в заповедник поеду, дядя Сережа договорился, – похвасталась я, когда в четверг мы делали обеденный обход. В пятницу вечером я собиралась в лесхоз, чтобы навестить Варвару, которая переживала больше всех за меня.

-Ты там разве не была?

-Была, но воспоминания освежить стоит. Фотографии нужны. С егерем встречусь.

-Ты прям активную деятельность развернула, – протянул он. Но наш незатейливый разговор прервал выстрел, который раздался совсем неподалеку. Семеныч притормозил, и, показав мне жестом молчать, прислушался к проснувшемуся лесу. Рычание снегоходов доносилось откуда-то спереди, и была большая вероятность, что они двигались как раз в нашу сторону. Семеныч взбодрился, сняв с плеча ружье, я же взялась за ремень, приготовившись к чему-нибудь неожиданному.

-Снова гости Лемеха гуляют. Наверное, заблудились, – парировал дядя Леша, хотя прекрасно понимал, что это совсем не так. Городские «кошельки» любили погулять с размахом, и их не интересовало, порой, на чью территорию они попали. Для них, если охотиться, так везде, даже если разрешения на это нет, деньги же уплачены.

Через метров триста показались два снегохода, а с ними и их пассажиры, которые подъехали прямо к нам.

-Ого, вот это дичь нам попалась! Может, в качестве трофея с нами поедешь? – это было их приветствие. Парни нагло разглядывали меня, несмотря на то, что я была в теплой горке не по размеру. Их было трое, на двух транспортных средствах, за плечом одного из них было старенькое ружьишко, а вот другой был вооружен СКС (самозарядный карабин Симонова), который в принципе является запатентованным оружием для охоты. Мне так хотелось к чему-нибудь придраться. Может патроны проверить? Вдруг окажутся армейскими.

-У вас разрешение есть? – поинтересовался Семеныч. Тот, что был с СКС, достал из внутреннего кармана куртки бумагу, которую егерь принялся дотошно изучать.

-Ну, так что, крошка? – поинтересовался уже другой, указывая на свободное место за ним.

-Знаешь что, я ведь из тебя могу трофей сделать, еще твоей же головой гостиную в доме украсить, – огрызнулась я.

-Э не, ребята, вам бы на километров десять назад вернуться, потому что разрешения на охоту именно на нашей территории у вас нет, – постарался вежливо объяснить Семеныч.