Когда рухнет небо

19

Глава 19: Призрак Игоря
Даниил не помнил, как спустился по лестнице, как вылетел из дома, едва не сбив с ног оцепеневшую Веру Семёновну. Вся его ярость, казалось, превратилась в бурлящую лаву, выжигающую всё на своём пути. «Найти её! Немедленно! Поднять всех!» – его голос разносился по территории особняка, заставляя охранников бросаться к рациям. Камеры, датчики движения, люди – он вложил целое состояние в эту систему безопасности, и теперь она оказалась бесполезной. Как?
Как она смогла сбежать?
Ответ пришёл быстрее, чем он ожидал, и был куда болезненнее любой физической раны. Один из охранников, молодой парень с бледным лицом, принёс отчёт: «Даниил Дмитриевич… около часа назад… был замечен человек, который… помог ей. Через овраг, там, где нет прямого обзора камер. Он… он профессионал, похоже. Действовал быстро и чисто».
В ушах Даниила зазвенело. Он сжал кулаки так, что побелели костяшки. «Кто?! Имя! Фотографии! Кто это был?!»
Охранник замялся. «Его не было в нашей базе. Но камеры общего наблюдения в посёлке зафиксировали автомобиль, который ждал в условленном месте. Номера…»
Не нужно было никаких номеров. Мозг Даниила уже выстроил картину. Картину, сотканную из обрывков слухов, из полунамёков Ксении, из его собственных, терзающих его душу предчувствий. Игорь.
Он не знал, кто такой Игорь. Не знал, какое место этот человек занимал в жизни Ксении. Просто "слышал" его имя, произнесённое ей нежным голосом, "видел" этот взгляд, с которым она вспоминала его. Воображение Даниила, подстегнутое ревностью, рисовало самые страшные картины: сильный, мужественный спаситель, который пришёл за своей возлюбленной. Тот, кто был ей ближе, чем он, Даниил, когда-либо мог быть. Тот, кто был её надеждой и её будущим.
Ревность накрыла его с головой, вытесняя стыд, раскаяние и даже страх. Она была чудовищной, всепоглощающей. Она была хуже, чем отчаяние от потери сестры, хуже, чем унижение от собственного бессилия. Она была чистым, обжигающим адом. Игорь. Он не просто вернул Ксению себе. Он забрал у Даниила последний клочок её души, который он надеялся получить. Он посмел вторгнуться в его владения и забрать его пленницу.
Тем временем, в больнице, вдали от этой драмы, медленно приходила в себя Елена. Дочь, сестра, которая стала невольным катализатором всей этой трагедии. Она открыла глаза, и первое, что увидела, был белый больничный потолок.
Память об аварии была фрагментированной, но одно воспоминание было кристально чётким, болезненным до дрожи. Это случилось незадолго до помолвки отца. В тот день их мать, бывшая жена Николая Петровича, пришла в дом, охваченная яростью и обидой. Она неистовствовала, обвиняя отца в предательстве, в том, что он посмел жениться снова. И в пылу этой ссоры, в сердцах, прозвучали слова, которые навсегда изменили мир Елены. Отец закричал, что Елена — не его дочь, что она забеременела от любовника. И узнав об этом много лет назад, он развёлся с ней, но ради сохранения видимости семьи и ради Елены держал это в тайне.
Мир Елены рухнул. Ощущение предательства, одиночества, абсолютной опустошённости накрыло её с головой. Она чувствовала себя выброшенной, ненужной. Это и привело к её переживаниям. Она бежала из дома, пытаясь скрыться от этой чудовищной правды.
Елена не могла забыть эти слова. Несмотря на то, что, видя искреннее счастье отца с Ксенией, ей стало лучше, эта боль, эта мысль, что она не дочь ему, постоянно сверлила её сознание. Она продолжала видеть счастливого отца, которого, по её убеждению, она не заслуживала. И именно это чувство, этот внутренний разлад, поглотило её настолько, что она не заметила приближающейся машины. Она попала под колёса не из-за Ксении, а из-за разрыва с собственной, как оказалось, вымышленной реальностью.
А Даниил был уверен, что знает, кто помог Ксении. В то время, как клубок семейных тайн, окружавших Елену, продолжал затягиваться, ожидая своего полного раскрытия.