Когда рухнет небо

23

Глава 23: Охота в сумраке
Даниил не помнил, как добрался до своего дома. Он вошёл, словно призрак, его сознание было затуманено смесью ярости, унижения и совершенно нового, пугающего его чувства — отчаяния. Она победила. Победила, не крича, не умоляя, а просто улыбнувшись ему в лицо. Это «Вперёд!» пронзило его насквозь, показав всю его ничтожность.
Он заперся в кабинете. Телефон, который ещё пару часов назад был инструментом его власти, теперь казался бесполезным куском пластика. Он больше не мог отдать приказ «найти её». Он знал, где она. Она была там, в особняке, с его отцом, его соперником. Николай Петрович, который, как оказалось, был не предателем, а жертвой, теперь был для Даниила врагом номер один. От осознания этого кровь в жилах стыла. Он должен был защищать отца, а теперь ненавидел его за то, что тот посмел приблизиться к Ксении.
Одержимость, о которой он лишь недавно догадывался, теперь поглотила его полностью. Это было не просто желание обладать, это была необходимость. Как кислород. Как вода. Ксения стала для него центром вселенной, и мысль о том, что она может быть счастлива с кем-то другим, а тем более с его отцом, была невыносима.
Даниил начал ходить по кабинету взад и вперёд, как загнанный зверь. Его мысли метались, как стая воронья. Что делать? Угрозы не сработали. Сила оказалась бесполезной. Он был готов на всё, чтобы вернуть её, но у него не было ни плана, ни даже представления, как действовать.
Страх снова пробрался под кожу. Страх её полного безразличия. Страх, что она никогда не простит. Страх, что он уже не сможет контролировать себя, что его одержимость толкнёт его на ещё более безумные поступки. Он видел своё отражение в полированной поверхности стола: осунувшееся лицо, дикий взгляд, тени под глазами. Он превращался в монстра.
Он взял бутылку виски со стола и сделал большой глоток прямо из горла. Жгучая жидкость обожгла горло, но не принесла облегчения. Ему нужна была Ксения. Не как трофей, не как жертва. Ему нужна была она сама. Её улыбка, её смех, её взгляд. И, самое ужасное, он понимал, что её отсутствие вызвало в нём такую боль, какую не могла причинить никакая потеря бизнеса, никакое предательство.
К ночи, когда сознание Даниила уже путалось от алкоголя и навязчивых мыслей, в нём вспыхнула новая, тёмная решимость. Он не мог отпустить её. Он не мог позволить ей быть с его отцом. Если она не желает быть с ним, то не будет ни с кем. Эта мысль была безумной, но она дала ему ложное чувство контроля.
Он потянулся к телефону, его пальцы набрали номер начальника службы безопасности. "Мне нужна информация. Вся. Обо всех, кто близок к Николаю Петровичу. И о Ксении. Каждый её шаг. Я хочу знать, что происходит. И я хочу знать, что она делает... в каждый момент". Голос Даниила был хриплым, но в нём звучала холодная, стальная решимость. Он не будет сидеть сложа руки. Он будет бороться за то, что считает своим. Он будет преследовать её, как тень, пока не найдёт способ вернуть. Это была не охота. Это была одержимость.