Когда сердце не захочет биться

Глава 20 - Когда сердце перестало биться

Касиан держал её, ощущая, как дыхание Леи становится всё слабее. Он видел — время подходит к концу.
Лея подняла глаза, и в них уже отражалась тень вечного сна.
— Касиан… — прошептала она. — Помнишь, как ты пришёл сюда в первый раз? Я тогда думала, что это мои галлюцинации. Я ведь никому раньше не была интересна… Скажи мне, кто я для тебя?

Он сжал её ладонь, и багровый свет в его глазах дрогнул.
— Ты… моё всё.

Она улыбнулась сквозь боль, а он, не в силах остановиться, заговорил:
— По правде говоря, в тот день я пришёл сюда, чтобы встретить последний рассвет. Но потом увидел тебя. И влюбился. Твой взгляд… он напомнил мне её, ту, что когда-то превратила монстра в человека. Но только ты первая… первая, кто увидел во мне того, кем я мог быть.

Лея слабо сжала его руку.
— Расскажи мне что-нибудь… интересное…

Касиан попытался улыбнуться сквозь слёзы.
— Когда-то давно жил демон. Он влюбился в девушку, но на ней лежало проклятие. Он пытался разрушить его, молил небеса, но даже они молчали.
И когда проклятие всё-таки забрало её… он поклялся здесь, у этого пирса: что спустится в сам ад и вытащит её душу из лап смерти.

Он наклонился к ней, прижал её к себе.
— Лея… я обещаю. Я пройду ад. И мы встретимся. В следующей жизни.

Но её глаза уже закрывались. Её сердце больше не билось. Лишь улыбка застывшая на всегда....


Мир на миг застыл.
И тогда пирс содрогнулся от его крика. Это был вой, пронзивший тьму и небо. Его слышал весь мир.

Он поднял Лею на руки. Она была лёгкой, как ребёнок, как ангел. И он понёс её к морю.


Первый луч солнца коснулся его плеча. Кожа задымилась, покрылась трещинами, прах посыпался на доски пирса. Но он шёл вперёд — пока не дошёл до самого края.

Он посмотрел на её лицо, тихо прошептал:
— Лея… я иду за тобой.

Солнце озарило его целиком. Пламя охватило тело, но он не издал ни звука. Стоя, гордо, он обратился в пепел. Прах его унёс ветер над морем.

А тело Леи опустилось в волны. Море приняло её обратно —в то самое море, что однажды подарило им миг счастья. Миг, когда два обречённых сердца стучали в унисон, веря, что любовь сильнее смерти.

В тени деревьев, за остывающим пирсом, стоял Алукард. Его глаза, привыкшие видеть века крови и войн, впервые за многие тысячелетия дрожали от боли.
Слёзы сами катились по щекам, и он не пытался их остановить.

— Любимая… — прошептал он, глядя на то, как рассвет унёс Касиана ,а Лея растворилась в море. — Ты видишь это? Он сделал то, что когда-то обещал сделать я.

Он сжал кулак, и голос его дрогнул.
— И Касиан… я верю. Верю, что он пойдёт в преисподнюю и сумеет исполнить то, что я однажды не смог. Верю, что он найдёт её душу.

Туман поднялся над пирсом. Алукард вытер слёзы и, последний раз взглянув на море, исчез в дымке.

Осталась лишь история. История о двух, что любили и остались верными до конца, несмотря на проклятие. История, которая будет жить дольше, чем кровь и вечность.