Когда сходит снег

Глава 27. Разрушенный мир

Томас

Я проснулся от того, что по моей щеке скользнул луч солнца. Рози спала рядом, её тёмные волосы растрепались по подушке, а искусанные мной губы были чуть приоткрыты. Она выглядела так... беззащитно. Так нежно и живо.

Я осторожно провёл пальцем по её плечу, вспоминая вчерашнюю ночь. Её дрожь, когда я прикасался к ней. Шёпот моего имени, который раз за разом срывался с её губ, будто оно было единственным словом, которое она знала.

Я люблю тебя. — Фраза, которую мы с Рози сказали друг другу бесконечное множество раз. И я чувствовал её любовь. В каждом её взгляде, в каждом прикосновении.

Но сейчас часы на тумбочке безжалостно говорили о том, что нам с Рози пора вставать. Я наклонился, поцеловав её в лоб.

— Проснись, спящая красавица.

Она заворчала что-то неразборчивое и зарылась лицом в подушку. Я рассмеялся.

— Мне нужно в школу, а тебе собираться на конкурс.

Она открыла один глаз.

— Неужели сегодня? — Спросила Рози так, будто сама этого не знала. Хотя, учитывая то, что было прошлой ночью, я бы не удивился, если бы она действительно об этом забыла.

— Конечно, — я поцеловал её снова, — Но я готов пропустить всё что угодно, лишь бы остаться с тобой подольше.

Она с улыбкой потянулась, и я не смог отвезти взгляд от этого согревающего зрелища. Мы ещё немного повалялись в постели, прежде чем нашли в себе силы встать с кровати, и наконец-то начать этот важный для нас обоих день.

Рози наконец-то выступит на сцене, а я сдам все школьные долги, и уже не буду находиться под угрозой снова остаться на второй год. Мы успешно сдадим экзамены, и навсегда уедем из этого промерзшего города, оставляя всё плохое позади. Неужели это могло стать правдой?

Неужели у нас с Рози и правда есть шанс на это счастливое будущее? — Улыбаясь своим мыслям, я впервые искренне поверил, что у нас всё будет хорошо.

— Я приеду сразу после школы, ровно к началу концерта. — Сказал я уже на пороге её квартиры, после того как мы умылись и позавтракали. Она улыбнулась, крепко обнимая меня за шею.

— Я буду ждать.

Чувство эйфории не покидало меня весь путь до школы. Я припарковал машину у самых ворот, и взяв готовые задания с заднего сидения, направился к главному входу. Как только я зашёл на территорию школы, сразу почувствовал, что что-то не так. Одноклассники, и даже мало знакомые люди из параллели смотрели на меня с осуждением, не прекращая шептаться.

Что случилось?

Я уже поставил ногу на первую ступень главной лестницы, как сзади до меня донёсся голос Джека.

— Эй, Томас! Не расскажешь, где сестру потерял? — С издёвкой спросил Джек, своими словами выбивая почву из-под ног.

— Что? — Мой мир остановился в ожидании его ответа. Я до последнего не верил в то, что он произнёс, пытаясь убедить себя что он спрашивает не о ней. Не о Лизи.

Но Джек лишь ухмыльнулся.

— Ну да, точно, ты ведь оставил её там, на озере.

Кровь в моих жилах превратилась в лёд.

— Заткнись, — мой голос прозвучал хрипло. Я старался выглядеть невозмутимым, но внутри не было живого место. Всё выжигали злость, страх и растущая ненависть к Джеку.

Но как он... Откуда...?

— А что такое, Томас? Правда глаза колет? — Джек оглянулся на своих друзей. — Или ты боишься, что все узнают, что ты сам убил её в тот день?

Горло сжало настолько, что я не мог сделать даже короткий вдох. В голове звенело и пульсировало, и всё, о чём я мог думать, это убеждать себя в нереальности происходящего. Это всё сон. Это просто глупый сон.

Но следующий момент разбил все мои надежды. Я увидел как из толпы, со стороны Джека выходит он.

Марк. Мой некогда лучший друг.

В голове ураганом пронеслось осознание всей ситуации, и я сжал кулаки до боли в костяшках, всё ещё пытаясь сделать хоть один маленький вдох.

Голова закружилась, пелена ненависти застилала глаза. Он всем рассказал. Теперь они будут верить всему, что он скажет, только потому, что этот урод уже вывернул всё против меня.

Нет. Нет. Нет. Этого просто не может быть.

— Как долго ты собирался скрывать то, что ты виноват в её смерти? — продолжал Джек, упиваясь моей реакцией.

Не выдержав напряжения в голове, мой спусковой крючок нажался сам собой, застилая всё перед глазами. Я кинулся вперёд, действуя по какому-то животному, яростному инстинкту заткнуть грязную пасть Джека.

Я не помню, как ударил его. Помню только хруст его носа под моими костяшками, силу своих ударов, которые в этот раз, я даже не собирался контролировать. Нос, глаза, рот. Всё было залито его кровью, но я не останавливался, будто вколачивая все мерзкие слова, которые он произнёс, обратно в его тупую голову.

Потом я помню только крики вокруг. Кто-то тащит меня за плечи, пытаясь прекратить драку. Если это вообще можно было назвать дракой. Но как бы сильно меня не оттаскивали, я не мог остановиться.