Когда снова наступает рассвет. Книга 3

Часть вторая: Армагеддон. Глава 5

В ушах ещё звенит дикий вопль Доминика, когда влажная ядовитая тьма смыкается надо мной, и я падаю вниз — в никуда… Яд жжёт кожу, но я не чувствую боли. Пурпурный свет полос на руках бледнеет. Наверное, это значит, что жизнь оставляет меня. Я закрываю глаза, и в последние оставшиеся мне мгновения думаю… нет, не о Доминике — мысль о нём, о том, что я оставляю его вот так, слишком болезненна. Я думаю обо всём, что произошло в эту ночь, и обо всех для кого, как и для меня, рассвет уже не наступит…

***

На вершине одного из холмов, окружающих плато Наска, мы с Арентом появились сразу после заката. Плато было по-прежнему пустынно, но по склонам предгорий бесшумно скользили сотни и сотни фигур с разноцветными светящимися глазами. Я стиснула ладонь Арента. Он улыбнулся и мягко прижался губами к моим пальцам. Число бессмертных вокруг нас увеличивалось с каждой секундой, но я не узнавала никого, пока по камням передо мной не мелькнула знакомая сутулая тень… Арент дёрнул меня в сторону в то же мгновение, загородив собой от невесть откуда взявшегося Эдреда. Но я тут же выглянула из-за его плеча.

— Эдред!.. Рада тебя видеть…

Лицо Эдреда дрогнуло и жалобно исказилось, в зелёных глазах вспыхнула нежность.

— Моя красавица…— прошептал он. — Я не… я не надеялся, что ты…

— Довольно, — оборвал Арент. — Убирайся.

Эдред его как будто не слышал.

— Он вынудил сказать, где ты будешь в ту ночь… Андроник… Я не мог…

— Я не держу на тебя зла, Эдред, — я попыталась высвободить руку из пальцев Арента, но он только сильнее сжал мою ладонь и повторил:

— Убирайся.

Эдред угрожающе зарычал, но вдруг как-то поник, и я услышала вкрадчивый с обволакивающими нотками голос:

— Эдред, Эдред, нельзя тебя оставить ни на секунду. Кого ты донимаешь на этот раз?

Обладатель голоса неторопливо выступил из темноты, и Арент его холодно приветствовал:

— Андроник.

Тот едва заметно кивнул. Лишённые привычной сонливости глаза устремились ко мне, задержались на шее, где из-под майки выползали щупальца безобразного клейма, и попытались поймать мой взгляд. Но Арент уже шагнул в его сторону, загородив меня своим телом.

— Удачной битвы, Андроник.

Лицо Андроника приняло обычное равнодушное выражение.

— Да будет она удачной для всех нас.

Ещё один взгляд из-под полуопущенных ресниц, кривая улыбка, и оба — он и Эдред, исчезли. Арент обнял меня за талию и тронул пальцем торчавшую у пояса рукоятку Туена.

— Ты ведь хотела поговорить с корейским принцем?

— С ним и с Ран-Чжу, — отозвалась я. — Ещё бы найти их…

В поисках корейцев мы перескакивали с вершины на вершину, и я со смесью страха и надежды всматривалась в бледные лица. Доминик наверняка где-то здесь… Но пока вокруг толпились только незнакомцы — очевидно, знавшие Арента. Некоторые приветствовали его издалека, некоторые приближались обменяться парой фраз. Так я познакомилась с Илку — шумером, которого когда-то упоминали Доминик и Винсент — невысоким, хрупким бессмертным со светло-коричневой кожей и удлинёнными глазами, видевшими все соблазны мира. За ним последовали египтянин Пи-Анхи, Римук, Хересвит, Урпи, Йата, Грах, Балих, Дадасиг… Ряд необычных имён и не менее необычных образов. Римук с длинными пепельными волосами, всё одеяние которого составляли подобие длинной юбки и кожаные ремни, на которых держались спинные ножны с парой серповидных мечей. Урпи и его подруга Хересвит — с яркой боевой раскраской. Грах — молчаливый бессмертный с очень юным и очень суровым лицом, шкурой волка поверх свитера и джинсов и секирой, рукоять которой была сделана из человеческой руки — кости пальцев обхватывали отливавшее серебром лезвие. Дадасига окутывали бесчисленные складки алого плаща с вырезанными по краю символами, обнажённый торс Балиха сплошь покрывали татуировки… Все эти бессмертные, на которых я смотрела если не с откровенным изумлением, то с любопытством, у Арента не вызывали никаких эмоций. Высокомерный кивок или несколько сухих слов были единственными признаками, что он вообще замечал их. Всех, кроме одного. Он возник перед нами из ниоткуда. Пряди густых чёрных волос падали на глаза разного цвета — правый настолько тёмный, что не было видно зрачка, левый — пронзительно зелёный. Нижнюю часть лица скрывала кожаная маска. За плечами торчали рукояти двух мечей — чёрная с венчавшим её чёрным камнем за правым плечом, зелёная с зёлёным камнем за левым — явно повторяя цвет глаз. С ног до маски он был затянут в чёрное, только короткие перчатки открывали пальцы с длинными ногтями.

— Я задавался вопросом, найду ли здесь тебя, — прозвучал из-под маски голос, такой же безжалостный, как у Арента.

— Торрайт, — к моему удивлению, по губам Арента пробежало подобие улыбки. — Не сомневался, что найду здесь тебя.

— Как в старые времена, — глаза Торрайта сузились, будто и он улыбнулся под маской. — А это…?

Он повернулся в мою сторону.

— Моя избранница, — рука Арента крепче обвилась вокруг моей талии.

В разноцветных глазах Торрайта мелькнуло недоумение. Теперь он уже внимательно рассматривал меня, я отвечала ему тем же. Никогда не встречала более зловещего бессмертного…