Когда снова наступает рассвет. Книга 3

Глава 8

В этот раз меня отнесло ещё дальше. Шатаясь, я поднялась на ноги, продолжая сжимать рукоять Туена мёртвой хваткой. За спиной шумели волны, а по левую руку чуть поодаль в море выступал пологий кусок суши, от которого исходило свечение множества огней. И я догадалась: Паракас — мы приблизились к нему на расстояние прыжка… Светящиеся сферы продолжали врезаться в землю, оставляя на покорёженной поверхности обездвиженные тела бессмертных и демонов. А следом за ними, подобно стервятникам, неслись бесчисленные твари с огненными хлыстами, вырывая сердца у оглушённых врагов… Хрипло зарычав, я бросилась им навстречу, взмывая в чёрное небо, обрушиваясь на них со всей яростью, на какую способно отчаяние, и не видя ни малейшего просвета в бесконечном потоке уродливых тел… Рядом откуда ни возьмись появилась Вендла — её сердце билось, окутывавшая плечи шкура медведя была пропитана кровью, а за ней Рамиро, Грах и Хересвит. Из-за наших спин вырвались тысячи и тысячи птиц. Их крошечные глазки горели зеленоватым огнём, клювы отливали серебром. Словно стрелы, они врезались в ряды демонов, разрывая их на части, и я рассмотрела миниатюрных девушек со скрывавшими лица уборами из перьев, бесшумно паривших над нашими головами.

Очередная сфера, взорвавшаяся где-то совсем близко, снова отбросила меня назад. На мгновение перед глазами мелькнула голова снежного барса, светлые волосы Шаневис. Она что-то кричала, размахивая тонким, похожим на копьё оружием, но я не слышала ничего, кроме жуткого, раздиравшего уши звона… И тогда я снова увидела Юнг-Су и его младших братьев, вана и тэвонгуна, Дак-Хо и Мин-Хи, и принцессу Ми-Ок и Ран-Чжу и других членов клана. Кружась в воздухе, подобно вращающимся дервишам, они расшвыривали многорукие и многоголовые демонические тела, почти их не касаясь. От мечей корейцев исходило свечение, губы шевелились, произнося слова. Звон в ушах постепенно стихал, и я расслышала их голоса, слившиеся в размеренный речитатив. Свечение мечей усилилось, и вдруг все, как один, корейцы подкинули их вверх. Я с воплем полоснула мечом воздух, когда что-то вцепилось в моё плечо, и тут же уронила Туен на землю — рядом стоял Доминик… Я рванулась к нему, но передо мной, точно призрак, возник Арент, и я буквально врезалась в его грудь.

— Сейчас не время, — раздался разгневанный голос Шаневис. — Смотрите!

От мерцавшего оранжевым светом Паракаса в небо поднялись сотни огней.

— Летающие фонари, — прошептал Доминик. — Им нужна наша помощь!

— Кому?.. — не поняла я, высвобождаясь из рук Арента. — Здесь ведь тоже…

— Здесь обо всём позaботятся они, — Шаневис махнула рукой в сторону кружившихся в воздухе корейцев.

Их мечи объединились в колонну огня и дыма. Но вот колонна расправила крылья, превращаясь в исполинскую огненную птицу. И вдруг в треске пламени и вое схватывавшихся огнём демонов я услышала звуки музыки и звонкий удивительно мелодичный голос, на мгновение заглушивший всё остальное. В нескольких шагах от нас в оранжевых вспышках пламени мелькнули окровавленная медвежья шкура, разлетевшаяся от неё кучка праха и склонённая фигура со спутанными рыжими волосами. Я не понимала слов, но и в голосе, и в мелодии было столько тоски, что сжималось сердце. Рамиро и его Филомена пели в последний раз. Он даже не обернулся на свист огненного хлыста… Не помня себя, я бросилась к Туену, но едва пальцы сомкнулись вокруг рукоятки, руки Арента оторвали меня от земли…

Дико озираясь, я оказалась на выступавшем в море утёсе. Внизу шипели и пенились волны, а впереди, насколько хватало глаз, мелькали тысячи и тысячи тел — битва шла и здесь. Вдалеке над равниной, которую мы только что оставили, парило гигантское огненное облако. Мгновение — и оно лавиной обрушилось на землю.

— Это задержит тварей, — удовлетворённо прошипела Шаневис. — Но сейчас важно то, что происходит здесь.

— Здесь — на Паракасе? — уточнила я.

И в считанные секунды поняла почему. Летающие демонические твари несли сюда вырванные сердца, но далеко не все легли в приготовленные для них жертвенники. Жестокая схватка шла за каждое углубление. Смертные священники и жрецы всех мастей нараспев читали заклинания, удерживавшие кровоточащие сердца и принёсших их тварей на расстоянии. Но давалось им это с трудом. Не менее громкими были и заклинания одетых в чёрное или покрытых кровавыми символами магов и колдунов, выступавших на стороне демонов. Над нашими головами, словно тень на фоне тёмного неба, стветился сложный символ знакомого голубоватого цвета. Гомчен!.. Вот почему я уже давно не видела тульпа — все силы тибетского мудреца были сосредоточены здесь. Но, очевидно, и они таяли — свечение символа было совсем слабым. В небе вихрем носилась туча летучих тварей, сжимавших окровавленные сердца в когтистых лапах — вероятно, они не могли преодолеть обозначенный символом невидимый барьер. На них отчаянно бросались тэнгу и чиан-ши, но тварей, защищавших тех, что несли сердца, было слишком много. На земле силы были тоже неравными. Ряды нагов, израненные Шакти и Абха — впервые я видела их в змеиной коже, Иша и Кэйлаш, отрастившие себе по шесть рук, покрытые пурпурными полосами существа с атлетическими телами, почти поминутно превращавшиеся в многоруких клыкастых чудовищ и тут же возращавшие себе человеческий облик, синекожие эа и драугры, и темнокожие существа с глазами цвета меди, и кучка бессмертных, в одном из которых я с удивлением узнала Андроника… А против них — всё та же бесчисленная омерзительная нечисть, возглавляемая "высшими" тварями на огромных призрачных псах. К нам подскочил Винсент, с ног до головы забрызганный кровью.

— Продержаться осталось совсем немного, но силы смертных на исходе! Если все эти сердца попадут на жертвенники, мы погибли!