Когда судьба-злодейка, как с этим бороться?

День 1-ый

На утро панические мысли отступили, а вот воодушевляющие пока остались. Почему пока? Потому что, зная себя, могу утверждать, что наступивший день несет мне не благостную встречу с внешним миром, а подлянки и каверзы. Но это всё потом. А в шесть утра по местному времени из настенного зеркала в ванной комнате на меня взирала взъерошенная рыжая девица ростом один метр пятьдесят восемь сантиметров, весом сорок два килограмма триста граммов, с грудью чуть больше, чем апельсинки, с плоской попой и миловидным лицом. Если бы я, не приведи боги, попала в списки «разыскиваются», первой приметой были бы мои длинные, кучерявые, рыжие волосы, которые большую часть дня торчали куда и как им вздумается, и даже тугая коса не справлялась с распоясавшейся шевелюрой. Второй приметой обязательно были бы мои серые глаза миндалевидной формы с закругленными внутренними уголками. Инис называет их «подозрительными», братик утверждает, что, повстречавшись со мной взглядом, оппонент начинает лихорадочно перебирать в голове все свои косяки и залёты. Ну а если ему ещё и «посчастливится» наблюдать зарождающееся торнадо моего невезения, то несчастный увидит, как мои зрачки начинают отливать металлическим блеском. Тогда, как говорит всё тот же братишка, «тушите свет», Миранка вышла на тропу войны, готовьте лопаты. В остальном в моём внешнем виде нет ничего примечательного: небольшой, курносый нос с кончиком, направленным вверх, классические губы, прижатые уши - в общем, органы дыхания и обоняния, слуха и равновесия, пищеварительной и речевой систем как у всех, без изюминки.

Вообще, семейство Корт известно своим высоким ростом, брюнетистой шевелюрой, подтянутыми фигурами и карими глазами. Даже Лисана, не являясь роднёй по крови, гармонично вписывается в это окружение. Если сравнивать внешность представителей нашей фамилии с породой собак, то это классические доберманы с черным окрасом. И только я - словно рыжая болонка, затесавшаяся случайно среди благородной элиты псовых. За свою внешность мне отдельное спасибо нужно сказать моей нерадивой маменьке, собравшей в ночи свои пожитки и свинтившей в неизвестном направлении. Да, грустно немного: внешность не та, дочь не та! Вот и моя очередь пришла сваливать с барахлом из королевской псарни. Ну, их всех!

Быстро выполнив водные процедуры, расчесала вредные локоны и заплела их в косу. В комнате натянула на себя теплые, черные чулки в еле заметную серую сеточку, дорожный твидовый костюм стального цвета, который состоял из юбки до колен и приталенного пиджачка с отложным воротничком. С воинственным видом схватила одной рукой небольшой коричневый чемодан с необходимыми на первое время вещами, второй рукой подхватила саквояж с рабочими инструментами. Всё, долгие проводы – лишние слёзы. Подмигнув своему отражению в зеркале, решительно вышла из своей уже бывшей комнаты.

На первом этаже, словно почетный караул, по росту, выстроилось всё семейство, даже Лисана затесалась в конце строя. Нельзя разочаровывать родственников, нужно их поддержать, а то вон какие кислые у них лица:

- Вольно! – гаркнула я на всю прихожую, - Кадеты! Мы проиграли битву, но не проиграли войну! Мы отступаем, но обещаем вернуться!

На лицах мальчишек расползлись улыбки, а у серьезной Лисаны уголки губ дернулись вверх, но этот кульминационный момент испортил папенька:

- Не паясничай, - рыкнул он и выхватил из моей руки чемодан.

Я пожала плечами, обняла братьев, кивнула на прощание Лисане и пошла одеваться. Черное, осеннее пальто и ботиночки дополнили мой образ «заядлой» путешественницы. Замотав на шее длинный синий шарф, я шагнула к двери, встречать своё новое светлое, будущее.

- Я вызвал мобик, он довезет тебя до вокзала, - прилетело мне в спину от папеньки.

Мобик - это хорошо! Никогда на них не каталась. Так как папенька не гнушался читать лекции в медицинском университете нерадивым студентам, нам выделили дом на территории студенческого городка, в котором всё было в шаговой доступности. Инфраструктура тоже была продумана достаточно грамотно. Милые магазинчики с необходимым количеством продуктов, небольшие ателье, лавочки с канцелярией и галантереей, были разбросаны по всей территории. Госпиталь находился сразу за стенами импровизированного посёлка, что бы всякие «опаздуны» и сони из числа практикантов-неучей не могли оправдать свою халатность к учёбе заторами на дорогах и климатическими катаклизмами. Поэтому до сегодняшнего утра мне ни разу не приходилось пользоваться общественным транспортом.

Мобики представляли собой вытянутые, округлые мобили на два - три человека. Они желтым пятном мелькали в дорожной круговерти, развозя своих пассажиров по их срочным делам. Маневренные, легкие и крайне дешёвые в обслуге, эти машинки прочно заняли свою нишу среди доступного транспорта.

Перешагнув порог бывшего дома, я уставилась на это техническое чудо. Чудо в ответ уставилось на меня, и когда осознание того, кого ему придется везти, достигло мозга шофёра, мобик со свойственной ему прытью стартанул с места. Аж покрышки задымились в местах соприкосновения колёс с дорожным покрытием. Юркнув в первую же подворотню, машинка скрылась из виду.

- Надо же, меня узнали, - растерянно пробормотала я, и уже веселее: – Значит, точно не скоро забудут!

- Мирана, - обреченным голосом одёрнул меня папенька.

Тем временем в мою голову уже закралась трусливая мысль: «Всё отменяется!», и тут судьба-злодейка повернулась ко мне тем местом, что и всегда, и это точно было не лицо.

Родитель уже развернулся в сторону входной двери, видимо, решил повторить номер на бис с вызовом мобика, но его остановил скрежет металла о дорожное покрытие. С второстепенной дороги медленно выползало чудовище – старый кабриолет, перекосившийся бампер которого со стороны водителя нещадно терзал дорожное полотно и высекал искры. Всё это свето-представление сопровождалось ужасным скрежетом и лязгом. И вот это страшилище остановилось ровнёхонько возле нашего дома. За рулём ретромобиля сидел такой же древний старик. В моей голове набатом билось: «Нет! Нет! Нет!», но я с рождения была девочкой не глупой и понимала, что всё-таки да, это была она, подлянка от судьбы.