Когда тень обретает имя

Глава 11

После разговора с Адой, Христоф сразу же поехал обратно к Тамаре. По дороге он зашел в аптеку и супермаркет, и там и там мужчина понабирал всего, что вообще может и не может пригодиться.

Тодор по-хозяйски прошел в квартиру и, расположившись на кухне, слушал, как Тамара спала, крепким восстанавливающим сном. Матвей с первой же встречи невзлюбил Тодора, а после происшедшего возненавидел люто. Он сел напротив на табуретку и молча принялся сверлить взглядом гостя. Через несколько секунд тишины Христоф начал разговор:

— Смотрю, ты уже разобрался, как это работает.

— В смысле? — Проницательный взгляд голубых глаз был готов принять вызов в любой момент.

— Ну, способности белого зверя — успокаивать, лечить. Говорят, даже удачу можете схватить за хвост.

— Я ничего такого не знаю. А чтоб лечить, не надо быть никаким демоном — достаточно быть человеком.

— Вот только не надо тоскливых пений, о том, какая мы мерзка порода, как жалеешь о случившемся. И какой ты несчастный, что утратил свою человечность.

— Может ты это о себе? Я-то ничего не потерял. Я такой же какой и был, ничего не изменилось.

— Еще изменит, даже не сомневайся.

В кухню, шаркая тапочками, медленно вползла заспанная с колтуном на голове девушка:

— Матвееей, а что есть покушать?

При виде Тамары звонкий лед в глазах Матвея, сменился мягкой небесной голубизной. С легкой улыбкой он встал, чтоб разогреть овощное рагу.

После плотного ужина все трое сидели за столом. Разговор опять закрутился вокруг последнего Тамариного приключения. Тодор рассуждал вслух, не сводя глаз с сидящей напротив Зоркой:

— Интересно, почему красный написал сообщение Матвею, если хотел привлечь мое внимание.

— Действительно, ведь у меня в телефоне твое имя тоже было. Возможно, он следил за мной и знал, что я живу с ним, — Тамара не отрывала рук от чашки горячего чая, словно хотела взять тепло прозапас.

Когда в твоем присутствии о тебе говорят в третьем лице — мало кому нравится, но белый ничего не сказал, только принялся активнее тереть грязную посуду, оставшуюся после еды.

— Тут есть какой-то замысел. Откуда вообще он взялся? Майя стала его жертвой тоже не случайно. Ей было за девяносто, врятли кто случайный польстился бы.

— Возможно, она привлекла его потому, что была именно твоя. У него на тебя зуб. Может, ты его когда то обидел? — обращаясь к Тодору, голос Матвея всегда становился сухим и жестким.

— Обидеть-то конечно мог, но, тем не менее, зверь убивающий за три дня. Ни за что бы не поверил, если бы своими глазами не увидел. Дело скверное. Я договорился с Адой. Начнем охоту через пару дней. И за это время нам надо подготовиться.

— Я пойду с вами. Постараюсь помочь. — Матвей до сих пор возился с посудой.

— Возможно, еще один зверь на нашей стороне окажется кстати.

— Я тоже… пойду. — Тамара была настроена решительно, и Христоф не стал спорить.

Спать оба зверя легли на полу у кровати, а на утро Матвей отправился на работу, оставив Тамару и Тодора наедине.

Девушка не могла не признать, что сейчас находиться рядом с Христофом было волнительно. Страх перед ним исчез окончательно, ощущение было такое, будто она делает первый шаг с края пропасти, будучи уверенной, что умеет летать. Тодор же радовался, глядя на нее, такую лучезарную. Только сейчас он осознал, как давно не видел в ней счастья, и как тосковал по задорным искоркам в серых глазах:

— Знаешь, а пойдем гулять? — сейчас мужчине казалось, будто у них один свет на двоих. Он не хотел, чтоб тень предстоящей битвы омрачала это утро.

— Давай! А куда пойдем? Хочу-хочу!

— Пока не приведешь себя в порядок, точно ни куда, так что вперед. Как ты смотришь на парк аттракционов! — Последнюю фразу пришлось кричать через дверь ванной, поскольку Тамара залетела туда пулей.

Это был прекрасный день. Бескрайний парк в это время года был похож на сказочный мир. Внушительные стволы деревьев еще не оголились, но уже активно сбрасывали желто-красный убор. Кленовые листья дождем сыпались с деревьев под ноги — можно было на ходу пинать этот ворох, и большие золотые, размером с ладонь они с шелестом разлетались в разные стороны. На длинных широких аллеях людей было не много, поскольку это было утро рабочего дня: редкая пожилая женщина с собачкой, пара студентов, отлынивающих от учебы. Тамара же прогуливала с чистой совестью, так как Матвей сумел убедить директора дать девушке неделю отгула.

— Тебе здесь нравится?

— Да, очень.

Они шли рядом, Тодор нежно провел пальцами по тыльной стороне ее ладони и взял Тамару за руку. Волнение и радость переполняли, но девушка не позволила себе запищат от восторга, хоть и очень того хотела, лишь, по-девичьи нежно сжала мужскую ладонь в ответ. Она понимала, что вскоре ее жизнь может закончиться и позволила себе прожить этот день так, будто не было никаких вчера и не будет никаких завтра. «Только сегодня. Я побуду счастливой только сегодня».

Обойдя все аттракционы, Тамара была довольна. Вымазавшись в сладкой вате, она с умным лицом вела беседу: