Когда тени вернутся

Глава 5. Ничто человеческое не чуждо

   Аврора металась, как голодная львица, вне себя от переполнявших ее противоречивых чувств.

   – Ты понимаешь, Лаура, – теребила она ее, – он пропал, как умеют пропадать только мужчины, в один миг, сказав лишь свое твердое решительное слово! А что остается нам, женщинам? Смирение, покорность? И вот теперь он гарцует рядом с владыкой Империи!

   – А как же император?

   – Император! – пренебрежительно фыркнула Аврора. – Наш 24-летний Гонорий как был под опекой Стилихона с самых младенческих лет, так и остается поныне! Хотя двор и строит козни и интриги! Но так было всегда! Гордое римское окружение императора не может смириться с тем, что ими правит полуварвар-полуримлянин…

   – Он – полукровка? – удивилась Лаура.

   – Да, мать его была истинной римлянкой, а отец – самый настоящий вандал, хоть и служил кавалерийским офицером под начальством последнего императора единой Империи – Феодосия! Да, – вздохнула Аврора, – ты не застала те времена нашего могущества, когда мы были единым народом и под рукой наших мужчин трепетали все народы, падая ниц! Сейчас Империю разделили, как праздничный торт между двумя сыновьями, а орды варваров со всех сторон нас атакуют! Наших мужчин не хватает, силы не те. Даже в армию набор идет среди "дружественных" варваров! Как мы до такого дожили?

   У Авроры заблестели слезы на глазах. Лаура обняла подругу, такая горячая любовь к своему народу была ей понятна – то же самое бурлило и в ее крови! Та же сила бросила ее на поиски спасения тех, о существовании которых вся эта италийская земля и не подозревает!

   – Освободить свой народ – и моя заветная мечта! – твердо произнесла она, смотря на свободный полет чаек в красочном небе.

   – Но что же мы стоим на улице?

   – И то верно! Часа через два солнце зайдет, наступит пора теней.

   – Нет, Лаура, пору теней мы встретим в теплом месте с кубком в руке. Вернемся в нашу стабулу – постоялый двор, где мы оставили моего Стация. Там наверняка есть парочка свободных комнат для таких гостей, как мы!

   – Идем же! – охотно согласилась Лаура.

   Дорога назад отняла меньше времени. Когда они проходили мимо строящейся церкви, Аврора сдвинула брови и в чувствах сказала:

   – Пусть и Квинту, когда придет новое, достанется то, что досталось и нашим многовековым храмам, произведениям искусства и воплощения могущества!

   – А что им досталось? – удивилась странница.

   – Их разрушили! Беспощадно и неумолимо. Совсем не по-христиански, как заповедует новая религия. В Риме еще старые храмы не так сильно подвергли разрушению, некоторые оставили, запретив ритуалы… а вот в отдаленных деревнях, как отец рассказывал, целые толпы фанатиков-монахов не только с инженерными орудиями, но и с самыми, что ни на есть, головоломающими – дубинками и вилами, приходили и избивали каждого, кто просил их остановиться! Огромные монументы с прочными колоннами, которые не поддавались разрушению, подрывали в фундаменте!

   – Новое часто сопровождается разрушением старого, – задумчиво отметила про себя Лаура, точно обмозговывая какую-то доселе незнакомую мысль.

   Они дошли до постоялого двора, когда воздух перед ними взвился мелкими пылинками и подхваченный невидимой рукой устремился прочь в северном направлении.

   – Все-таки, – Лаура внимательно осмотрела подругу, – будь осторожней с мыслями. А тем более, со словами. Особенно когда не знаешь, какое порождение они призовут…

   – Ты иногда так загадочно говоришь, подруга! – рассмеялась Аврора, распахивая дверь стабулы. – Эй, хозяин, самую лучшую комнату нам и самое лучшее угощение! И без промедления!

   Сутулый хозяин таверны, косматый мужчина лет пятидесяти, с желваками на скулах, торопливо выбежал из комнаты, очищая руки о подол туники.

   – Сию минуту, прекрасные госпожи! Только самое лучшее в нашем заведении! Прошу, проходите! Хнисс, паршивец, где ты там бегаешь? – закричал он в сторону. – Неужели не слышно, что у нас видные гости?!

   Выбежал тощий белобрысый мальчонка, поклонился и с кельтским диалектом пробормотал, извиняясь:

   – Я только как раз прибирал комнаты. Все готово как раз. Проходите. Извините.

   Поужинав как следует, Аврора с удовольствием расположилась на просторной кровати, обнимая мягкую подушку.

   – Это то, о чем я так долго мечтала! Завтра утром схожу еще в термы, приведу себя в порядок. В таком виде перед Квинтом не покажусь! Признаться, и сама не знаю, чего хочу больше: расцеловать его или сбросить со скалы!

   – Как необычно. Мне такие переживания не знакомы. А вид, убранство? Жители нашего племени говорят: если тебе достался приличный кусок одежды, покрывающий места различия мужчин и женщин, – то обо всем остальном не беспокойся.

   – Ну и дикие нравы! – ужаснулась Аврора. – Кстати, откуда вы доставали одежду?

   – Не знаю. Это дела вождя племени с главным шаманом, Мораном.

   – Вот что необычно, а не мои чувства! Когда-то наступит час, когда я разгадаю твою загадку.

   – А я – твою! – усмехнулась Лаура, глаза ее радостно блестели. – Давай отдыхать, спокойной ночи!

   И, дождавшись ответного жеста, Лаура отвернулась к стенке и заснула.

   Ночью ей снилось новое, неизвестное небо, звезды, мерцавшие среди пухового одеяла облаков, тянущихся над утомленной землей. Она словно парила над призрачным миром. А далеко-далеко внизу, под ее крыльями, тень от которых покрыла города, из всех червоточин, разбрасывая грунт, выползали ее сородичи. Она им кричала "смелее", подбадривала их, смеялась своей свободе, пела: "здесь места хватит всем, довольно с нас теснин!" И они, ободренные ее отвагой, заполняли землю, радостные и счастливые.

   Проснулась Лаура довольно поздно, как для себя: солнечные лучи сквозь приоткрытое окно заполнили всю комнату. Кроме нее, никого не было. Одевшись наспех, подпоясавшись, она выглянула за дверь.

   – Эй, хозяин?