Когда ты не в своем теле

Глава 13

Алиса

Они вместе с сыном написали заявление на Толика. Сын подробно описал сцену, что произошла на кухне в тот день, когда Лиза попала в больницу. А Алиса описывала события, что произошли сегодня.

- И так, вы, Елизавета Сергеевна, утверждаете, что муж на вас напал? – переспросил следователь, быстро зачитывая её показания.

- Да, он вёл себя агрессивно, я испугалась за свою жизнь, - подтвердила она. Следователь хмыкнул, дочитал до конца её заявление, положил на стол и похлопал рукой по бумаге.

- Вот вы сейчас говорите, что напал, попытался ударить, а завтра придёте и заявление заберёте, - нахмурился следователь.

- Не заберу, это не первый случай нападения, - категорично заявила Алиса. Она не была женой Толика, его женой была какая-то неизвестная ей Лиза. Может та бы и отказалась назавтра от заявления, но сегодня на её месте сидела категоричная и упрямая Алиса.

- Кхм, ну ладно, давайте ваше заявление молодой человек.

Полицейский взял листы из рук Кирилла. Он зачитывал вслух. А Алиса сидела с открытым ртом. И тут её сознание словно вновь поменялось с той, настоящей Лизой, и она явственно увидела события того дня.

На плите булькал суп. По кухне растекался приятный запах тушеного мяса. Лиза мечтала, что накроет на стол, сядет и спокойно поест. Свекровь ускакала к подружке, муж задержался на работе, так он объяснял свои свидания с любовницей, о ней она уже знала, сын предупредил, что придёт поздно, дочь уже давно жила отдельно.

Лиза вытерла тряпкой стол, постелила свежую скатерть и начала накрывать. Все должно быть расставлено строго в особом порядке, чтобы каждый член семьи, придя домой, смог сесть и сразу поужинать. Так было заведено ещё при свёкре, но он давно ушёл в мир иной, а семейные традиции не менялись.

Тут хлопнула дверь. Лиза болезненно поежилась и выглянула в коридор. Муж снимал пальто.

- Где мои тапки? – раздался недовольный рык в прихожей, он явно был не в духе, и это не сулило ничего хорошего. Лиза затравленно втянуло шею в плечи и засеменила в прихожую, искать внезапно потерявшиеся тапки.

- Вот, милый, стоят на месте, - тихо пробормотала она, старая не вызывать гнева у мужа.

- Это не их место, - лицо мужа в один миг стало красным, - двадцать три года живешь тут и не знаешь!

Толик орал, слюна брызгала в разные стороны, глаза от бешенства стали почти белыми. Удар. Щеку обожгла пощёчина. Лиза привычно прикрыла рукой лицо. Но Толик вдруг резко остыл, словно в один удар вложил всю свою агрессию.

- Есть хочу, - гнев мужа стих так же быстро, как и появился, и Толик заспешил на кухню.

Лиза выдохнула. Сытый муж обычно её не бил, и она заспешила на кухню. Пока был жив свекор, Толик руку на неё не поднимал. Он с матерью ел её поедом, издевался, но только словесно, и когда свекра не было дома. Но тот ушёл из жизни, и всё изменилось. Поэтому, чтобы не вызывать ещё большей агрессии у мужа, она засуетилась на кухне, быстро налила в тарелку суп, поставила перед мужем и стала нарезать хлеб.

- Почему у тебя было не накрыто? - строго спросил он, Лиза вздрогнула.

- Толя, но ты же сказал, что задержишься, - пробормотала она, оправдываясь.

- Что значит сказал? У тебя всегда должно быть всё готово, - он грозно стукнул ложкой по столу, а у Лизы затряслись руки.

То ли у мужа на сегодня запал быстро кончился, то ли магнитные бури прошли, но он уставился в свою тарелку, взял ложку и принялся есть. Лиза осторожно выдохнула, но, видимо, сегодня был не её день. Вновь хлопнула входная дверь. И Лиза испугано вжалась в стенку. В коридоре послушался перестук каблуков, и в кухню ввалилась свекровь.

- Тапки принеси, - скомандовала свекровь, плюхнувшись на табурет и вытянув ноги.

Лиза послушно посеменила в коридор, достала тапки свекрови и пришла с ними на кухню.

- Помоги обувь снять, а то ноги отекли, - свекровь протянула её ногу.

Лиза села на корточки и попыталась снять полуботинок на шпильке с толстой ноги свекрови. Ботинок не поддавался.

- Ой, чего дергаешь, без ноги меня хочешь оставить, - заорала на неё свекровь и шлепнула ладошкой по голове, не больно, но обидно до слез.

- Зачем на такие лапти натягивать столь тонкую и стильную обувь, - про себя подумала Лиза. Свекровь действительно не отличалась изяществом, на свой сороковой растоптанный покупала узкую обувь, чтобы казаться более утонченной дамой. Все пыталась выставить себя дамой света, хотя все вокруг знали, что она всю жизнь проработала обвальщиком в мясном цехе.

- Ой, ай, осторожно, - наконец, многострадальный полуботинок был снят, и толстая лапа свекрови нырнула в тапок. Со вторым пришлось тоже повозиться.

- Всё, - качнула головой Лиза.

- Иди, обувь помой и накрой для меня, - командовала свекровь. – Руки не забудь помыть!

Лиза тихой тенью скользнула в туалет, сполоснула обувь, морщась от вони, исходящей от ботинка, протерла и поставила в сушилку. Затем тщательно помыла руки. Пока лилась вода, она смотрела на себя в зеркало. Ей всего сорок два, а выглядит она на все пятьдесят: серая кожа, мелкие морщинки, волосы, как у серой мышки хвостик, бледная, худая, выцветшая, будто эта семья из неё все соки выпила. Она даже представила свекровь и мужа в образе вампиров с клыками, с которых капает кровь, с горящими от жажды глазами. Невольно улыбнулась. Улыбка вмиг преобразила её лицо. Но заглянувший в ванную муж, разрушил момент.

- Посмотри на неё! Мать ждет, когда ей голодной тарелку супа нальют, а она тут улыбается и себя в зеркале рассматривает, - и тут же ей прилетел удар по затылку. Не сильный, но ощутимый. Голову резко бросило вперед, и она чуть не клюнула носом зеркало. – Быстро пошла на кухню!

Даже такую крохотную радость он у неё отобрал. Стараясь не показывать своих эмоций, она вытерла руки и заспешила в кухню.

- Ну, наконец, я, старая и больная женщина, сижу голодная, а она где-то прохлаждается. Ну, неужели совесть тебя никогда не мучает, - завела обычную шарманку свекровь. – Вот мы все для тебя делаем: живешь в нашей квартире, денег тебе муж дает, ни в чем не отказывает, а ты тварь неблагодарная, даже тарелку супа его матери не подашь.