Когда ты возьмёшь меня за руку

Глава 2

Жизнь большого города незаметно закрутила меня в свой оборот. Я бегала с учёбы в музыкалку, с музыкалки в общежитие и обратно. Огромные расстояния с течением времени сгладились в моём восприятии, я научилась правильно рассчитывать время и свои возможности.

В этом году расписание для нашего курса сформировали компактно, и я успевала не только заниматься и делать домашние задания по другим предметам, но и выбираться в театры и на концерты. Проблема покупки электронного пианино назревала с каждым днём, но пока я с ней откровенно тянула. Мне не хотелось тревожить соседок своей просьбой. У Иры с Оксаной практически не было общих точек соприкосновения в силу разности характеров, и не в моих интересах было объединять их в противостоянии со мной. Бесспорным плюсом было то, что Оксана редко ночевала в общежитии. Она постоянно где - то пропадала, а когда появлялась после нескольких дней загула, то в основном отсыпалась или садилась переписывать пропущенные лекции и никому не мешала. Нас с Ирой такое положение дел вполне устраивало. При этом я искренне не понимала, на что, собственно говоря, Оксана надеется. Шансы сдать сессию у неё таяли с каждым днём прогула, а серьёзные парни, готовые к длительным отношениям, на её горизонте не прослежиаались, что было и не удивительно. Но Оксана твёрдо придерживалась своей провальной тактики поведения и менять её не хотела.

Жизнь в общежитии бурлила днём и ночью, и моя неприхотливость в быту и крепкий сон сослужили мне хорошую службу. Единственное, чего мне не хватало, так это общения. Как я и предполагала, сблизиться со студентами технического вуза, не говоря уже о дружбе, оказалось довольно - таки сложной задачей.

Девушек в университете училось в разы меньше чем парней, и занятие точными науками давалось им в разы тяжелее. Именно поэтому в большинстве своём им было не до новых знакомств. Конечно же, поговорить я могла с кем угодно, но о дружбе речи не шло. С парнями тоже было не всё так просто. Их я условно поделила на три категории. Первые, интересовались, занимались и можно сказать жили одной учебой и на противоположный пол смотрели сквозь дымку бесконечных формул и задач. Пообщаться с ними на отвлечённые темы было равносильно полёту в космос. Вторые, девушек конечно же замечали, и даже пытались с ними худо - бедно общаться , но в виду того что талантом они обладали гораздо меньшим, чем представители первой категории, то и на учебу тратили гораздо больше времени, чем бы им этого хотелось. Одни не хотели замечать противоположный пол, другие попросту не могли. Видимо поэтому, чтобы не терять столь драгоценное время даром, чуть ли не при первом знакомстве, они обозначали свой интерес исключительно к горизонтальным плоскостям, но если получали отказ, то сильно не расстраивались и дальнейшее общение ожидаемо переводили на математические или около математические темы. Третьи были в явном меньшинстве, и самым ярким представителем этой группы на нашем этаже, был Лёша Шутов, тот самый парень, который помог мне донести вещи до комнаты. Он успевал, как говорится, и учиться и жениться. Учился Шутов на физическом факультете, но так как ему приходилось подрабатывать из - за чего он часто пропускал занятия, то держали его там на честном слове, и то, только потому, что по своему основному предмету он был одним из лучших на курсе. При этом сосед не был заносчивым, мог помочь в трудной ситуации и многие отзывались о нём с самой положительно стороны. С ним хотели, дружить, общаться. Комната старшекурсника была неким центром притяжения, куда по вечерам приходили поговорить по душам, обсудить интересные новости или отпраздновать чей - то день рождения. Одним словом, Алексей Шутов олицетворял собой успешный образчик студента, которому достаточно удачно удавалось совмещать получение образования, работу, разгульную студенческую жизнь и всеобщее уважение. "Обаятельный мерзавец", так бы окрестила его моя мама и была бы права.

Мы часто сталкивались с Шутовым в коридоре или на кухне, однако общение наше как - то сразу не задалось, причём исключительно по моей вине. Во вторую нашу встречу, сосед сразу же меня узнал, улыбнулся и поздоровался, однако в ответ я лишь демонстративно отвернулась и прошла мимо. Виной всему было внезапно возникшее смущение, справиться с которым я смогла только так, а так же полная уверенность в том, что моё хамство будет прощено. Во всяком случае мой прошлый опыт общения с молодыми людьми говорил о том, что так оно и будет. Однако Шутов не оправдал моих ожиданий. Он не стал утруждать себя поиском причин моего поведения, а просто перестал меня замечать. Теперь мы демонстративно игнорировали друг друга, хотя моё безразличие было напускным и равнодушие старшекурсника на самом деле цепляло меня. Я часто украдкой следила за ним. К моему стыду, ему пару раз удалось поймать меня за этим занятием, а вот мне его ни разу, что ещё больше злило. Вся эта ситуация казалась крайне несправедливой, но уязвленная гордость не позволяла пойти на уступки. В итоге на нашем этаже с Шутовым общались все кроме меня, и это ещё больше усугубляло моё одиночество.

В Санкт - Петербург я влюбилась окончательно и бесповоротно. Мне нравилось гулять по паркам, проходиться вдоль набережных, разглядывать фасады домов. К тому же нам, студентам музыкальных училищ, давали возможность бесплатно посещать спектакли в Мариинском, Михайловском, и других музыкальных театрах, чем я и стала пользоваться на регулярной основе. С каждым прожитым вдали от дома днём, я всё больше погружалась в самостоятельную жизнь, и при внутреннем одиночестве, внешне редко бывала одна. Меня постоянно кто-то окружал на учёбе, в общежитии, что к удивлению нисколько не тяготило.. К нам часто заходили гости. Соседи по этажу обычно просили сахар, соль, макароны, реже лекции или конспекты, Ирины подруги заглядывали поболтать о жизни, а Оксаной в основном интересовались парни. Поначалу я скептически относилась к такого рода посиделкам, но в впоследствии стала ловить себя на том, что шутки, разговоры, вызывают во мне искренний интерес, заставляя прислушиваться, а иногда и подключаться к беседе.