Когда ты возьмёшь меня за руку

Глава 7

С Шутовым мы теперь созванивались каждый вечер. Почему всё так переменилось между нами я могла лишь догадываться, но была откровенно рада такому повороту событий. Лёша стал со мной более открыт, я в ответ тоже. И в один из вечеров мне захотелось поделиться с ним своей семейной драмой о которой я не любила не то чтобы говорить, но даже вспоминать. Когда мне было семь лет, и я собиралась пойти в первый класс, однажды вечером папа, без каких - либо объяснений просто собрал вещи и ушёл от нас с мамой к другой женщине. Больше в нашей жизни, даже в виде алиментов, он не появлялся. Правда с его стороны ещё была предпринята попытка размена квартиры, но так как мама её получила в наследство от своих родителей, то она с треском провалились. Лёша спросил каково мне было в тот момент, и я призналась что очень тяжело. Даже сейчас, спустя много лет, во мне периодически вспыхивала обида и злость на отца, а что уж говорить о тех временах. Я добавила что считаю мамино решение не подавать на алименты преступным, и сама поступила бы иначе, и что простить отца мне было очень сложно. Шутов не стал со мной спорить.

Незаметно закончились каникулы, и нужно было собираться на учёбу. С одной стороны мне ужасно не хотелось покидать дом, но с другой я очень хотела вернуться к самостоятельной жизни, увидеться с Лешей, сходить на встречу с Вовой, о которой он мне периодически напоминал, поговорить с Ирой, да и просто прогуляться по улицам Петербурга. Мне было чем заняться помимо посещений лекций.

Ко всему прочему мои переживания за Наташу немного поутихли. Её жизнь пусть и со скрипом, но начала налаживаться, и меня больше не грызла совесть, что я покидаю ее в столь тяжёлый момент. Влад её решение оставить ребёнка принял, поддержал, на переезд согласился и сам заговорил о скорой свадьбе. К сожалению с родителями у Наташи никак не получалось договориться, но тут я за неё особо не переживала, потому что догадывалась кто в этом противостоянии выйдет победителем. Наташа очень нервничала по поводу переезда и ужасно торопила всех и вся. Два вечера подряд, под осуждающими взглядами её матери и отца, я помогала подруге собирать вещи, а утром потихоньку перевозить их на квартиру бабушки Наташи. В любом соучае теперь я была за неё более спокойна, чем десять дней назад.

По приезду в общежитие я первым делом распаковала вещи, разложила их по местам, попила с Ирой чаю, перекинулась парой фраз со злой и расстроенной Оксаной, которой грозила пересдача почти по всем предметам, потом проводила соседок - одну в гости, другую на распродажу в Галерею - и оставшись одна, устало опустилась на кровать. Несколько минут я посидела в тишине, но не в покое. К сожалению неожиданное одиночество не пошло мне на пользу и непреодолимое желание увидеться с Шутовым, которое я сознательно душила в себе всё утро, вспыхнуло с новой силой. Оно зудело в груди с момента моего отъезда из дома и усиливалось с каждым километром, приближающимся меня к Петербургу,.

Я глубоко вздохнула, встала с кровати и отправилась в гости к соседу. В город он приехал ещё вчера вечером, и я одновременно надеялась и не надеялась застать его дома. Меня раздирали самые противоречивые чувства. Лёша уже второй год жил один. Не знаю чем он выторговал у Людмилы Ивановны подобную привилегию, но не иначе как за особые заслуги. Одиночное проживание его в любом случае было относительным - у соседа постоянно бывали гости и застать его в одиночестве было большим везением.

По всей видимости удача была сегодня на моей стороне, так как Шутов был дома, и он был один. Если Лёша и удивился моему приходу, то виду не подал, за что я ему была вдвойне благодарна. У соседа в гостях я была впервые и с любопытством огляделась по сторонам. В его комнате наблюдался удивительный порядок. У самого окна стоял большой стол, под которым пряталось множество табуреток, сложенных друг на друга, рядом валялся пуфик, и пожалуй это был единственный предмет роскоши, который я здесь увидела. В остальном сосед придерживался спартанских условий жизни. В углу расположилась по армейский аккуратно застеленная кровать, над ней полка с учебниками, рядом тумбочка на которой заряжался планшет, а напротив небольшой шкаф. Кухонная зона, как и у нас в комнате была обустроена у самого входа. В помещении не было буфета или кухонного стола, а только небольшая барная стойка у стены, на которой стояла электрическая плитка, в углу маленький холодильник, а сбоку высокий стеллаж с посудой.

В гости к соседу я пришла с пакетом домашнего печенья, которое испекла накануне, и банкой вишнёвого варенья. Я положила гостинцы на стол и вопросительно посмотрела на Лешу, не зная что делать дальше. Он выдвинул ногой из - под стола два табурета и кивком головы предложил мне присесть. Сам сел рядом. Между нами явно ощущалась неловкость. Можно сказать что мы впервые оказались друг с другом лицом к лицу и фактически знакомились заново. Лёша с лёгким прищуром внимательно смотрел на меня. Под его оценивающим и каким - то очень мужским взглядом я чувствовала себя крайне неуютно. Не то чтобы я когда - нибудь забывала о том что Шутов парень, причём очень симпатичный парень, но сейчас он как - будто специально не давал мне об этом забыть. Конечно, я привыкла к постоянному мужскому вниманию и давно научилась его игнорировать, но с Шутовым, с самой первой нашей встречи, у меня так не получалось. Сразу же полезли в голову все те глупости, которые я писала, говорила или делала при нём, заставляя ещё больше нервничать. Я убрала руки со стола и сжала их на коленях в кулаки. Стоило признать что рядом со мной сидел совершенно другой Лёша, не тот, который представлялся в моей голове. Я только сейчас полностью осознала насколько он старше и взрослее, и в своих собственных глазах превратилась в маленькую, неуверенную в себе девочку которая сама пришла в гости к молодому человеку и по сути напросилась на общение.