Когда ворон зовет. Невеста Кощея Бессмертного

Глава 5 Пастила из яблок и медовый пряник

Дверь распахнулась, и я едва не рухнула на колени, но все-таки устояла. Сквозь высокие окна лился яркий солнечный свет. Палаты, сохранившиеся в моей памяти, как мрачное логово, теперь казались просторными и приветливыми. Взгляд тут же метнулся по сторонам - Яга и Владимир ошарашенно смотрели на меня, но больше никого не было. Непонятно, куда делось чудовище с пылающим алым взглядом, но его исчезновению я ничуть не расстроилась.

- Подслушивала, девка? – прошипела старуха, сузив глаза.

Владимир выглядел слишком уж удивленным. Он никак не ожидал, что новоявленная кощеева невеста ослушается приказа. Возможно, раньше ему приходилось иметь дело с девицами робкими да покорными, но все меняется.

- Почему ты не вернулась в светлицу? – спросил он таким резким тоном, будто не просто интересовался, а требовал ответа.

Тревога мигом растаяла, уступив место злости. Он и впрямь возомнил себя хозяином в этом дворце? Пусть Яга терпит его дерзость, а меня так просто не загнать в угол. Я выпрямилась и гордо вскинула подбородок.

- Меня привезли сюда как невесту, а не как пленницу. Я здесь не в заточении и вольна ходить, куда пожелаю.

На этой ноте я резко развернулась и направилась в сторону выхода, пока Владимир не успел еще что-нибудь ляпнуть.

- Пойдем, Любава, - бросила я помощнице, застывшей на лестнице, словно каменное изваяние. - Я устала и хочу отдохнуть перед обедом.

Владимир, оставшийся переваривать мое непокорство в обществе Яги, громко хмыкнул – то ли удивленно, то ли сердито.

- То ли еще будет, - тихо проскрипела Яга, отвечая на его безмолвный вывод.

Поднимаясь по лестнице, я беспрестанно зевала: вот уже вторую ночь подряд не могла сомкнуть глаз. Перспектива вновь оказаться на полночном пиршестве среди оборотней и Кощея - не прельщала. Поэтому теперь я твердо решила: буду бороться с дремой и ночью усну таким крепким сном, что никакие чудища не разбудят. А с первыми рассветными лучами все зло испарится, как это произошло сегодня, когда дневной свет разогнал всю нечисть из дворца. Быть может, они становятся невидимыми или слабеют до такой степени, что неспособны и слова вымолвить. Потому-то я и не заметила Кощея в палатах, хотя Яга обращалась к нему несколько раз. Она все-таки не простая знахарка, а настоящая ведьма и способна видеть то, что скрыто от глаз обычных людей.

Любава ступала за мной бесшумно, но я затылком чувствовала ее распирающее любопытство. Дала бы руку на отсечение: как только за нами закроется дверь светлицы, она накинется на меня с вопросами.

Чем ближе мы подходили к моему пристанищу, тем медленнее я шла. Интерес в голубых глазах помощницы сменился жгучим нетерпением. В коридоре Любава обогнала меня. Она бодро стучала каблуками, надеясь, что я последую ее примеру и ускорюсь. Меня это лишь забавляло. Она боялась быть услышанной, если посмеем обсуждать Кощея, не убедившись, что рядом никого нет. Я с трудом подавила смешок, когда ее пальцы, неловко ухватившись за дверную ручку, соскользнули вниз, а дверь даже не дрогнула.

Когда мы наконец вошли, я сделала вид, будто вовсе не жду расспросов и, словно не замечая недоумения Любавы, направилась к большому сундуку у стены. Едва я успела приподнять крышку, как она оказалась рядом. Она колебалась лишь мгновение, выбирая, с чего бы начать.

- Где ты была вчера? – выпалила она наконец. – Я звала тебя, пыталась остановить, но ты будто и не слышала.

Все, что я вчера слышала, убегая – лишь далекое карканье оборотней. Теперь, разглядывая лицо Любавы, я искала в нем тени звериных черт. Прошлой ночью и Любава вполне могла затеряться среди ужасных кощеевых гостей. А вдруг она – из тех ночных тварей, что прячутся под личиной человека? Сейчас она выглядела самой что ни на есть живой. Но ведь и оборотни поначалу казались мне самыми настоящими людьми. А если все обитатели замка, включая рыжеволосую помощницу, меняются по ночам - не сделают ли они и меня себе подобной?

Я незаметно выудила веточку полыни из рукава и сунула ее прямо под нос Любаве. Она отшатнулась. По моему телу пробежала ледяная дрожь. Она пару секунд смотрела на меня расширенными глазами, а потом вдруг звонко расхохоталась - не зловеще, а весело и заливисто, как в нашу первую встречу. Она сделала шаг вперед, ловко вытащила из моих зажатых пальцев стебелек и поднесла его к носу, глубоко вдохнув горький аромат.

- Думала, я – нечисть? – спросила она, озорно прищурившись.

Я смущенно кивнула:

- Как те, что были на пиру.

Любава глубоко вздохнула, словно собираясь с силами перед непростым разговором.

- Я не могу рассказать всего, - с сожалением произнесла она. – Но поверь, во дворце тебе ничто не угрожает.

Это звучало так глупо, что я едва не расхохоталась.

- Даже Кощей? – бровь скептически изогнулась.

- Тем более Кощей, - без раздумий ответила она.

Зачем навий царь каждые тридцать три года требует себе новую невесту и куда потом исчезают эти девицы – для меня остается загадкой. Но и помимо этого во дворце происходят странные вещи. Любава явно что-то скрывает, но зачем? То ли боится, то ли играет отведенную ей роль в замыслах Кощея. Сердце шепчет, что опасаться ее не стоит, а вот разум настойчиво спорит.

Почувствовав, что мне нужно время на размышления, помощница отошла в сторонку: взяла подушку с кровати, к которой мне так и не удалось приложить голову, и принялась усердно ее взбивать.

Я обеими руками ухватилась за железное кольцо, пытаясь приподнять резную крышку сундука, но она не поддалась. Налегла на нее сильнее – без толку. Я разозлилась, топнула ногой, и… крышка с глухим скрипом распахнулась сама. Я отпрянула и бросила взгляд на Любаву. Неужели в Навьем царстве каждый умеет колдовать? Но она даже не повернула головы, продолжая методично взбивать пуховые подушки.

В памяти всплыл недавний случай, когда свет зажегся сам по себе. Тогда мне почудилось, будто Кощей наблюдает за мной. Но способен ли он на подобные вещи в самом деле?