Когда ворон зовет. Невеста Кощея Бессмертного

Глава 6 Чудища лесные

Лесовички отнеслись к угощению настороженно. Я расстелила вышитое полотенце на том самом пне, где в прошлый раз рассказывала им сказки, и аккуратно разложила яблочную пастилу с медовыми пряниками. Несколько самых смелых малышей осторожно подобрались ближе, принюхались, однако должного восторга не испытали.

- Ну же, попробуйте, - ласково предложила я, - это очень вкусно.

Крошечные головки дружно затряслись в отказе, и зеленые листочки-шапочки зашелестели.

- А что же вы едите?

Вместо ответа лесовички разбежались в разные стороны. Они шустро передвигались по опушке, попутно успевая копошиться в траве. Когда первый лесовик победоносно поднял над своей пушистой головой червяка, я изумленно ахнула. Не ожидала, что эти милейшие создания окажутся такими… хищниками. Чуть дурно не стало, когда лесовички окружили меня, предлагая отведать добытых червяков, жучков, пауков и личинок. Я поспешно отказалась, прикрыв рот ладонью.

- А как обходитесь зимой, в морозы? – интересовалась я. - Делаете запасы?

Лесовики вновь замотали головами. Один из малышей решил наглядно показать, как они коротают свои зимние дни: завалился на землю, подложив ручки под голову, и закрыл глазки. В спячку, значит, впадают.

Мне ничего не оставалось, кроме как завернуть обратно угощение, устроиться поудобнее на пеньке и рассказать новым друзьям сказку собственного сочинения. На этот раз я поведала о злобных русалках, что заманили красну девицу в омут, да не смогли утопить ее, ибо изгнала она их полынью-травой на самое дно речное.

- И вот, зарылись они в ил, да так дрожали, что водная гладь рябью пошла, - закончила я, наблюдая, как лесовички скачут от восторга.

Новая сказка понравилась им еще больше прежней. Малыши оборвали у полыни листочки и размахивали ими, изображая бой с русалками. Глядя на их воинственный танец, я вдруг придумала хитрый план, но для его воплощения мне кое-что требовалось.

- Милые мои, а не найдется ли у вас еще одно лукошко? Как то, в котором вы мне землянику принесли.

Пару невинных взмахов ресничками - и лесовики радостно бросились исполнять просьбу. Из чащи они натаскали прутиков, крупных листьев и прямо на глазах сплели маленькое лукошко. А пока шустрые мастера трудились, я выбрала самую душистую веточку полыни. Когда зеленая корзиночка была готова, я уложила туда половинку пряника, несколько ломтиков пастилы и хорошенько потрясла над угощением горькой травой, чтобы каждая крошка пропиталась ее духом. Остальное, нетронутое полынью угощение, аккуратно завернула в платок.

В предвкушении веселья я направилась к спуску с холма – туда, где в ярком солнечном свете сверкала река. Лесные жители на пастилу не польстились, но русалки – другое дело. Утопленницам, некогда простым девицам, наверняка опостылела одна лишь речная тина. А что нечисти и без еды привольно живется – не беда: пряники не животу нужны, а сердцу. Съешь один - и так радостно, так легко становится… все печали вмиг забываются.

Именно это я всем своим видом демонстрировала, когда расположилась на бережку, развернула узелок и надкусила медовый пряник. Лицо мое сияло то ли от солнечных бликов, то ли от чудесного вкуса. Я ела, улыбалась да яблочной пастилой закусывала.

Долго ждать не пришлось. Едва исчезла половина пряника, как первая зеленая макушка высунулась из воды. Следом за ней показались и остальные пять. Боковым зрением заметила, как русалки высунулись по плечи, не решаясь обозначить свое присутствие: видно, прошлый урок усвоили. Я делала вид, словно не замечаю незваных зрительниц, продолжая смаковать лакомства. А зеленоволосые подплывали все ближе и ближе, жадно ловили глазами каждую крошку и глотали слюнки, пока одна из них наконец не выдержала.

- Хватит уже над нами измываться! Угости, коль пришла на бережок, - жалобно пропищала она.

Главная - та самая, что некогда схватила меня за руку, грозно шикнула на подругу. Я будто бы только теперь заметила речных девиц: встрепенулась, обернулась к реке и нарочито округлила глаза.

- Пряников захотели? – протянула я. - А я-то думала, что вы одной речной тиной сыты.

Лицо самой нетерпеливой русалки исказилось то ли от отвращения к водорослям, то ли от нестерпимого желание угоститься сладостями.

- Не едим мы тину, - призналась она. – Нам пища ни к чему. Только ягоды в лесу собираем на Русальей седмице. А до нее далече еще, и хода в лес нам нет.

- Угости нас, милая девица, - вторили остальные.

Их невинные глаза, полные смиренной мольбы, вызывали у меня легкую усмешку. Я медленно закинула в рот очередной кусочек пастилы, неторопливо прожевала и, облизнув пальцы, спросила:

- Помнится, в прошлый раз вы не были столь благодушны ко мне. Что же изменилось? Отчего не маните в воду, не пытаетесь хитростью отнять угощение?

Русалка с желтой кувшинкой в волосах подалась вперед.

- Так ведь царь приказал, - беззастенчиво выпалила она.

Те, что были поумнее и рассчитывали разжалобить меня рассказами о раскаянии, смерили болтушку свирепыми взглядами. Но долго сердиться им не пришлось.

- Ладно, не злопамятная я, - махнула я рукой. - Так и быть, угощу вас, если на один вопрос ответите.

Глаза русалок радостно заблестели. Они дружно закивали, взволнованно заерзали, взбаламутив зеркальную гладь реки.

- Мы согласны, согласны!

Я в очередной раз откусила пряник, дабы побудить речных девиц говорить правду во всех подробностях.

- Скажите, есть ли среди вас бывшие невесты Кощея?

Русалки недоуменно переглянулись и вдруг разразились громким смехом.

- Куда уж нам до царских невест, - выдавила сквозь заливистый хохот одна.

- Ему только лукоморских подавай, а мы здешние, навьи, - обиженно подхватила вторая.

Выходит, я ошиблась. Что ж, это к лучшему. Не хотелось бы мне через пару дней присоединиться к ним.

- А где их искать знаете?

Веселье мигом сменилось настороженностью. Старшая, самая противная и хищная, прищурилась и смерила меня взглядом с головы до пят.