Когда ворон зовет. Невеста Кощея Бессмертного

Глава 7 Колдовская искра

Я не верила своим глазам. Выдернула руку из его холодных пальцев, и прижала к груди, будто прикосновение обожгло меня. Все резко встало на свои места. Вот почему я не увидела навьего царя, когда так нелепо ввалилась в палаты, и не слышала третьего голоса, потому что Владимир – это и есть Кощей. Я внимательно всматривалась в его красивое, мужественное лицо. Кощей не шевелился. На его белой рубашке темнели брызги крови поверженного чудовища. Он наблюдал за мной настороженно, будто ждал слез, криков, истерики или даже обморока. Но, сожалению или к счастью – на сегодня мой запас страха уже был исчерпан.

- Долго ты собирался морочить мне голову? – мой голос прозвучал неожиданно спокойно, даже чуть безразлично.

- Так вышло, - отозвался он, с омерзением вытер лезвие меча о лохмотья чудища, когда-то служившие одеянием, и выверенным, отточенным движением вогнал клинок в ножны. – Но я собирался рассказать тебе правду, когда в очередной раз назовешь меня холопом.

Он щелкнул пальцами, и над ладонью воспарили крохотные язычки белого пламени. Я завороженно следила за огоньком, как тот по легкому мановению руки летит к уродливому бездыханному телу, как вспыхивают дряхлые, грязные тряпки, скрывающие отвратительную наготу, а затем пламя ползет по серой, бугристой коже. В ноздри ударил смрад горящей плоти, и к горлу подкатила тошнота.

Я развернулась и поспешила отойти подальше от погребального костра, с его невыносимой вонью. Повезло, что ветер дул в другую сторону. Терпкий аромат еловых иголок и смолы помог выровнять дыхание. Сухие, шероховатые бороздки дубовой коры, в которую я уперлась лбом, больно впивались в кожу. Я закрыла глаза, и теперь лишь потрескивание костра напоминало о мертвом чудовище. Судя по звуку, Кощей подбрасывал сучья, чтобы пламя быстрее поглотило тушу.

Кто-то легонько дернул меня за подол сарафана. Я отпрянула от дуба и, уже догадываясь, кого увижу, опустила взгляд. Рассветную дымку тумана разрезали большие янтарные глаза лесовичков. Они пришли не одни: чуть поодаль, опираясь на длинный березовый посох, стоял седобородый старик в простой подпоясанной рубахе, широких портах и лаптях – с виду самый обыкновенный крестьянин. Никогда не думала, что Леший выглядит вот так. Ни тебе мха в волосах, ни листьев, ни даже пылающего жутким огнем взгляда. Его выдавали лишь проворные помощники, толпившиеся вокруг, точно малыши подле любимого дедушки.

- Так вот ты какая, Злата, - улыбнулся лесной хозяин, лукаво сверкнув пронзительными ярко-голубыми глазами. - Ну-ка, поведай, как же тебе удалось моих ребят приручить?

Похоже, он совсем не злился, что я увела лесовичков на болото к кикиморам, отвлекая их от важных дел. Леший разглядывал меня с живым любопытством, словно впервые видел земную девицу. Однако и его добрые намерения и благодушный внешний вид могли быть обманчивы. Я невольно посмотрела туда, где ввысь тянулся сизый дым. Кощея рядом нет. Если я раздосадую этого могущественного дедулю, защитить меня станет некому.

- Им пришлись по душе мои сказки, - осторожно ответила я.

В подтверждение моих слов лесовички оживленно зашелестели изумрудными листиками.

- Вот как, - удивленно хмыкнул старик.

Один из малышей повернулся к нему и, размахивая своими ручками-веточками, защебетал на своем языке. Леший выслушал его очень внимательно, а затем негромко рассмеялся.

- Повезло же тебе, Кощей, с невестой! Смекалистая девица, - добродушно ухмыльнулся он.

Откинув тяжелые еловые ветви, из тени вышел сам навий царь. Губы его сжались в тонкую нить, взгляд – острый, холодный, как утренний иней в морозный день. Шуткам здесь было тесно, но лесной хозяин, кажется, не замечал напряжения.

- Со свадебкой не затягивай, - продолжал он беспечно. - Погодка шепчет, самое то для гуляния.

Кощей сверлил его взглядом, а меня так и подмывало полюбопытствовать у лесного хозяина, куда подевались прежние невесты. Однако в присутствии жениха язык словно прирос к небу: он выглядел еще мрачнее обычного. А лесовички вдруг сцепились своими ручками, сомкнули меня в кольцо и закружились в быстром хороводе. Под шумок Кощей с Лешим отошли в сторонку. Они шептались о чем-то и оба смотрели на столб темного дыма, расчертившего нежно-розовое небо. Однако переговаривались они недолго.

Старик, заложив руки за спину, неторопливо двинулся ко мне. Лесовички тут же разомкнули круг и почтительно расступились.

- До новой встречи, девица, - попрощался он и напоследок дал совет. – К кикиморам больше не ходи, бедокурят они много. Не зря я их из болота выпускаю только после захода солнца.

Бедокурят – это мягко сказано. Еще немного – и они живьем содрали бы с меня кожу. Так что возвращаться на топи я совсем не собиралась. Тем более кикиморы так и не ответили на мой главный вопрос, да и вряд ли вообще знали что-нибудь о невестах. За ночь они успевали разве что пропитание добыть, куда там до сплетен.

То ли осознание наконец снизошло на меня, то ли утренняя прохлада пробралась сквозь тонкую влажную ткань сарафана, но сильная дрожь охватила тело, зубы застучали в быстром ритме. Всякий раз, когда путь преграждали гибкие, хлесткие ветви, я задерживала дыхание, раздвигая их, ведь тогда приходилось разомкнуть скрещенные на груди руки и в полной мере ощутить зябкую рассветную прохладу.

Кощей шел впереди шагах в пяти, бодрый, ни капли не уставший. В ноздрях накрепко застрял запах дыма, и всякий раз, когда под ногами похрустывали мелкие сухие ветки, казалось, будто позади снова разгорается костер. Один раз я все же обернулась назад, но не заметила ничего, кроме бесконечных стволов и сероватого тумана меж ними.

В какой-то момент показалось, что Кощей движется слишком медленно. А мне хотелось как можно скорее выбраться из чащи или ступить на какую-нибудь, хотя бы самую узкую тропку. Я ускорила шаг, намереваясь его обогнать, и совсем позабыла о необходимости смотреть под ноги. Коварная коряга словно выросла из-под земли: я споткнулась и впечаталась прямо в широкую мужскую спину. Задетая гордость клокотала в груди. Я бы предпочла распластаться по земле и еще сильнее разодрать свои многострадальные ладони вместо такого спасения. Я резко отступила назад. Кощей обернулся, продольные морщины на его лбу мгновенно разгладились, а суровый взгляд ярко-зеленых глаз смягчился.