Когда воскресает прошлое: любовь сквозь пепел

Глава 5

– Слушай сюда, мерзкая каньонка, – Блайтфелл начала плеваться ядом сразу с порога, – Не вздумай распускать свои руки на кого-нибудь из Фалисара, а еще лучше – вали обратно в свои горы!

– Будь уверена, королева, свалю как только закончу здесь обучение, – я шагнула ей навстречу и бывшая маркиза отступила назад. Все такая же – любительница много говорить, но при этом что-то сделать напрямую – нет, только исподтишка, – А вот с кем захочу, с тем и буду спать, уж не тебе меня уму разуму учить, магиня!

– Последней, кто со мной так разговаривала, очень не повезло – кажется, она или умерла, или ею вовсю пользуются драконы из Астраксии, – продолжила рыжая.

Интересно, откуда она знает, что я нужна ледяным? Надо быть осторожнее!

– Я бы поверила, что ты приложила к этому руку, но по глазам вижу, что ты – трусливый таракан, который убегает сразу же, как появляется свет! – я повысила свой голос.

– Да мой муж убьет тебя за такие слова! – королева подняла руку, видимо, для удара, но я мгновенно ее перехватила и вывернула в сторону так, что она согнулась от боли.

– Не забывай, что мы обе – студентки, думаю, что у твоего мужа найдутся дела поважнее своей королевы, – усмехнулась я, – Представляешь, я только прибыла в Фалисар, а уже знаю о том, что постель ты ему точно не греешь.

И опять то странное чувство захлестнуло меня – я хотела сделать Селестии очень больно не только физически, но еще и морально, но вовремя спохватилась и отпустила ее.

– Мне не нужны ни враги, ни друзья, королева, – я подняла свой подбородок, – Мне нужны знания, надеюсь я понятно выразилась.

Не став слушать то, что продолжила кричать Блайтфелл, зашла в комнату и захлопнула перед ней дверь, в которую она билась еще какое-то время. Рухнув лицом в подушку, проклинала себя за то, что дала волю каким-то непонятным эмоциям. Но времени на самобичевание у меня не было, поэтому заставила себя подняться с кровати и изучить расписание, ища боевую подготовку вне стен академии.

– Как это нет? – я перебирала листы один за одним, но все занятия проходили строго в пределах учебного заведения и охранных артефактов.

Я знала, что студенты отправлялись в Багровые дубы, но не понимала почему в моем расписании даже не упоминалась какая-нибудь хилая площадка на болоте. Если бы нас туда послали, то я бы использовала отцовский артефакт, чтобы переброситься, а Сириону бы наплела про то, что кто-то меня толкнул, ведь уже такое происходило.

– Да как так то! – я выскочила из комнаты и направилась в приемную комиссию, злясь на то, что опять все идет не по плану.

Не может все повториться опять! Я не хочу торчать в этой академии вечность, в ожидании чуда!

Около кабинета приемной комиссии уже никого не было, но я решила постучаться на свою удачу. Когда мне никто не ответил, то начала дергать ручку двери, после чего совсем разозлилась и ударила по ней ногой. Для меня было такое поведение странным, потому что обычно я достаточно сдержанна, вот только появление Блайтфелл заставило мою огненную магию вскипеть, что и отразилось на бедной двери кабинета. Я глубоко вздохнула, прикрыла глаза и призвала водяную магию помочь успокоиться своей шумной соседке. Теперь никому из них не нужно было скрываться, поэтому внутри меня они работали в тандеме, вот только драконий огонь иногда бунтовал, но спокойные воды умиротворяли его характер.

Снежные драконы пояснили мне, что, даже несмотря на то, что их стихия холодная, огонь внутри каждого из драконов одинаковый. Вот тут то и кроется объяснение всем нашим всплескам эмоций с Дарионом – это наша кровь. И дополнительное объяснение нашим силам тоже – сила снежных драконов. Элеор предполагал, что моя кровь привлечет того, из-за кого все и началось – король снежных драконов, Гельмир.

За проведенное время в Снайспире, мы с отцом очень многое узнали о снежных драконах, но даже Элеор не мог ответить на вопрос почему король предал своих собратьев. Драконы не были против его связи с магиней, точнее советники снежного короля, но они останавливали его от необдуманных решений. Кто-то говорил, что магиня его околдовала, чтобы он помог, а кто-то говорил, что это было его решением. И вот после этого в его душе начали происходить странные вещи, после которых Гельмир и даровал помощь магам, продав свою душу. Маги же восприняли это как настоящие дары и в книгах чуть ли не восхваляли снежных драконов. Странно, но никто и не задумывался над тем, что ему пришлось сделать для этого. И самый главный вопрос для меня был – почему его не остановила возлюбленная.

– Дверь не виновата в том, что часы приемной комиссии окончились, – рядом со мной возник хорошо знакомый дракон – граф Тариндор Грэйвлир.

– Немного не сдержалась, первый день, – оправдалась я.

– Если ты ищешь ректора, то он у себя в кабинете, – добавил он и пошел дальше по коридору.

– Ты всегда был странным… – прошептала я и улыбнулась, после чего направилась к ректору.

Постучавшись в кабинет и получив приглашение, очень удивилась тому, в каком состоянии он находился. Почему-то мне казалось, что Валтер предпочитает темные цвета, но оказалось совсем не так. В кабинете собрались только светлые тона, причем и солнце сквозь огромные окна заливало помещение настолько сильно, что я даже прищурилась.

– Студентка Роквелл, не ожидал вас так скоро увидеть, вы расположились, все хорошо? – спросил дракон, жестом указывая на кресло перед своим столом. Я подошла и присела, ощущая пристальный взгляд на каждое мое движение.

– Ректор Шадоувейв, – я скрестила руки, но быстро одернула себя, понимая, что это слишком для каньонки, обычно они ведут себе не так, – Я попросилась в вашу академию не только для того, чтобы научиться контролировать свой дар, но и для того, чтобы проходить боевую подготовку. И сейчас, просматривая расписание, очень огорчена тем, что буду заперта в этих стенах без возможности полевых занятий.

– Понимаю, – дракон начал активно кивать головой, – Но все дело в том, что вы из Королевства Каньон, поэтому со своей стороны мы должны сделать все возможное, чтобы защитить вас и вернуть домой в целости и сохранности.