Когда время наступит

Когда время наступит

1. Родительская суббота

              К родительской субботе Дульсинея готовится заранее – едет на рынок, закупает два ящика рассады цветов, дюжину свечей, конфеты, бутылку вина, водки и черный хлеб. Выезжает она рано утром, к открытию. Ей надо объехать три кладбища. Это только, чтобы успеть повидать родителей и самых близких. К бабушкам-дедушкам она заедет в другой раз.

              Родители Дульсинеи похоронены на Красногорском кладбище. Папа ушел рано – в 1999 году. Тогда кладбище больше походило на поле, и земля на нем стоила не слишком дорого. Мама умерла двенадцатью годами позже, было ей тогда пятьдесят пять, а Дульсинее тридцать. До сих пор она чувствует пустоту, будто лишилась части своего «я» - с мамой она была очень близка. Сейчас кладбище больше похоже на парк, и в солнечную погоду смотрится даже нарядно.

              С особым трепетом Дульсинея заходит на Митинское кладбище и идёт на могилку к Нине Ржевской, годы жизни 1895-1975. Актрисе и хохотушке Нине Дульсинея обязана своим именем. Только с её чувством юмора можно воспринимать все эти перевоплощения и не рехнуться. Дуся отчетливо помнила, как она, будучи Ниной, играла Дульсинею в спектакле про Дон Кихота. Вот будет забавно прожить с таким именем следующую жизнь, если родится девочкой, конечно.

              После рождения мама Дульсинеи назвала её Леной – именем слишком распространенным, чтобы понравиться вечной страннице. Поэтому, получая паспорт, она сменила имя. Родители ничего так и не поняли. Хотя о переселении души она им однажды рассказывала. Ещё будучи ребенком, сообщила что была раньше актрисой, моряком, художницей и купчихой. Родители порадовались, что у дочки богатая фантазия, и Дульсинея поняла - об этом лучше помалкивать.

              Когда-то, еще до Нины, она была капитаном второго ранга Денисом Разумовским, годы жизни 1844-1894. Особенно ярко ей запомнилось, как взорвалась мина на их крейсере. Несколько человек погибли, включая капитана второго ранга Разумовского. Эта жизнь была единственным воплощением в виде мужчины. До сих пор во сне Дульсинея видит красивых девушек: одну полноватую, другую худощавую с пышной грудью – жену и возлюбленную морского офицера.

              Ох, уж эти сны – единственное место встречи всех близких и друзей, которых «накопила» душа Дульсинеи за свою долгую жизнь. Больше всего ей нравится видеть во сне маму – даже там она заботится и угощает её блинами. Только с ней Дульсинея может быть откровенной. Кому еще интересно, что нынешний муж пьет, и становится всё больше похож на обезьяну. Никогда раньше она так не вляпывалась. Будучи Ниной, она всегда крутила мужчинами, а сейчас никак не решится бросить этого пьяницу.

              Дульсинея спокойно воспринимала свой дар перерождений. Другого она не знала. Хотя прошлые жизни вспоминались всё тусклее и тусклее. Иногда ей самой не верилось, что это было. Неужели это она играла на сцене, стояла вахты на корабле, сидела на лужайке с мольбертом, а, то, что когда-то у неё было в управлении несколько деревень с крестьянами – вообще, сказки какие-то. Даже будучи Дульсинеей, она ощущала, что прожила несколько отдельных жизней. Озорное детство, романтическое студенчество, переезд с женихом в Португалию, возвращение в Россию и брак с шотландцем, бесконечные путешествия, регаты, поиск себя. А потом это знакомство на яхте и злая любовь. Но она ни о чем не жалеет – из каких ситуаций за все свои жизни не выходила!

              Самое неприятное – это, конечно, смерть. От неё не убежать и привыкнуть невозможно. Нет-нет, да кольнет страх, а вдруг это в последний раз? Вдруг там ничего больше не будет? Четырежды ей уже везло – все четыре её прежних тела умирали без особых мучений, а душа улетала на свободу. Помещица умерла при рождении двойни. Художница прожила почти до ста лет и умерла во сне. Актриса впала в кому. Вот это был тягостный период – когда сознание мечется в больнице между телом и освобождением. Она встречала навещающих на территории, в реанимацию не пускали. Она рвалась к ним, рвалась в своё одиноко лежащее под одеялом тело. А потом её отпустило. И она уже не была привязана к телу, а могла летать везде. Может показаться странным, но это было восхитительное время – после нескольких дней метаний получить свободу! Она летала на другие материки, ныряла в море, уносилась в космос – когда ещё при жизни накопишь себе на полет в космос? На девятый и сороковой день, конечно, приходилось возвращаться к родным. Было грустно. Ты не можешь поговорить, взять за руку, а только смотреть и любить. Любить и любоваться родными лицами. Пусть у них всё будет хорошо! А потом, когда время наступит, они встретятся там, на свободе. Там, где рождаются души и куда они улетают «набираться сил».

              Дульсинея как-то пыталась выбирать своё новое тело. Но её выбор никогда не совпадал с тем, что давалось ей свыше. Летаешь вокруг одной беременной, смотришь, как она разговаривает, с кем общается, что ест и решаешь – вот, хорошая семья будет: здоровая и добрая мама, заботливый отец. А потом бац, и твое сознание уже в трехмесячном ребенке совсем у другой мамы. Самое раннее Дульсинея себя помнила с трех лет. До этого какие-то вспышки сознания. До трех душа ещё летает, а потом уже при теле постоянно. И всё заново: игры, школа, семья, дети. Будучи не раз матерью, и даже разок отцом, Дульсинея нередко встречалась с детьми во сне. Всегда интересно посмотреть какими они стали, о чём переживают и чем занимаются.

              Родительская суббота пролетает быстро, а ей еще на Востряковское кладбище – к родителям Нины. За их могилкой почти никто не ухаживает – дети разъехались, внукам не до этого. Найти её уже не просто – от главной аллеи направо до белой статуи, а потом в глубь и искать знакомый памятник.

              Как у простых крестьян-колхозников могла родиться такая актриса? Дульсинея помнит, что, будучи Ниной, любила танцевать и петь с детства. Убегала в лес и разыгрывала смешные спектакли. Но в пятнадцать лет отец, напившись в очередной раз, повесился у них дома. Ближайшие друзья стали избегать общения с девочкой, «которая повесила своего отца» - в деревне всегда всё переиначат. Пришлось думать не о поступлении в высшее театральное училище, а о том, как поскорее переехать в город и начать работать. Но со своей жаждой стать актрисой, она и, работая инженером, успевала играть в любительских спектаклях. А потом поступила-таки в «Щуку» и начала служить искусству. Партнер по сцене стал ее мужем. Дети росли самостоятельными, умными, уехали устраивать судьбу на Север.