Когда я был только твой

1 глава

Утро. Пятница. У меня выходной.
Точнее — законно заслуженный отпуск.
Лежу, отсчитывая последние минуты до звонка будильника, и тупо уставилась в потолок. Рядом тихо сопит сестра. Нервная система наконец-то отдыхает — я дома.
Ну, как дома… В гостинице. Потому что жить мне теперь негде. Квартиру в родном городе я давно продала, а последние лет десять живу в Англии.

Пару дней назад прилетела к своим — отметить сороковой день рождения.
Говорят, такую дату не празднуют. Плохая примета. Все шикают, предостерегают: мол, по библии, мол, нечисть всякая... В общем — чушь.

Я и не собиралась устраивать пир на весь мир. Просто — посидеть в узком кругу семьи, в каком-нибудь милом ресторанчике с итальянской кухней. Мы в последнее время и так редко видимся.
Конечно, технологии спасают: видеозвонки, чаты, лайки. Но всё это — не живой разговор. Не живые лица. Не настоящие эмоции, которых особенно не хватает, когда ты далеко. Один.

После ужина сестра уговаривает рвануть на дискачь. Так сказать, тряхнуть стариной.
…Мне, чёрт побери, сорок!
В это с трудом верю даже я.

Мои родители — типичный средний рабочий класс советского времени. Всю жизнь вкалывали, чтобы своим троим детям дать хоть какие-то крохи благополучия. Мы никогда не жаловались — имели, в принципе, то же, что и остальные дети нашего поколения. Всё как у всех: школа, универ, стажировка, работа.

Летом — на деревню, к дедушке.
Развивались как могли. У нас не было деревянных игрушек. Наши игрушки — это всё, что окружало нас: велики, скалки, жучки, паучки, палки в роли сабель и пруд с головастиками. Возможно, наш старт во взрослую жизнь был скромнее, чем у детей из обеспеченных семей, а может, мы и правда не такие уж умненькие. Так или иначе — великих высот из нас троих никто не достиг.

Может, чуть дальше прыгнули, чем некоторые друзья моего детства — и уже приятно.
Немного позёрствуем, придавая себе веса в обществе, но с лёгкой грустью вспоминаем то простое время, где у всех был один двор и одна песочница. Вместо пластыря — подорожник. Он же — местная валюта.

Такое было время.
Родители нами гордятся — и, наверное, это главное.

Я, как уже говорилось, — сорокалетняя тётка. Не замужем. Детей нет. Были попытки построить свою ячейку общества, но всё заканчивалось банальностью и унизительными расставаниями.

Однажды рванула за очередной любовью — и оказалась в Англии. Там и живу уже около десяти лет. Работаю координатором в креативной редакции одного небольшого журнала. Конечно, это не «Вог» и не «Таймс», — но и не конвейер на фабрике, где оседают толпы иммигрантов. В меру уютно, в меру стабильно. Главное — не скучно.

Своей долей судьбы вполне довольна.
В свободное время балуюсь фотографией, но природная лень не даёт двигаться дальше.

Второй ребёнок в нашей семье — моя зажигалка-сестра. Красавица, умница, младше меня на семь лет. Крутой визажист, у неё записи за месяц вперёд. Коллеги ее давно уговаривают открыть свою школу при салоне, но — опять эта лень.

И ещё у нас младший братик. 28 лет. Вечно в делах, суете, движении. Но по сути — тоже... мимо.

Все трое мы свободны, как ветер в поле.
В современном мире одиночество и личная свобода — вещи уже привычные, почти нормальные. Но, сам понимаешь — внутри всё равно свербит. Что-то в жизни ты всё-таки... проебал.

Но думать об этом с утра — точно не лучшая идея.
Сегодня обещает быть долгий день.

И как бы нам ни хотелось просто проваляться в постели и тупо релакснуть, но гостиничный завтрак строго до десяти. А раз уж уплачено — то понуро тащимся с сестрой в пригостиночный ресторан, шаркая тапочками.

Нет, мы, конечно, могли бы купить себе еды позже. Но это же надо одеться. Накраситься. Куда-то там опять тащиться. Нет и ещё раз нет. Я и так со скандалом её подняла, напомнив про обещание меня слушаться — раз уж увязалась со мной жить эти несколько дней, будь добра шагать за мной.

Времени и так мало, а дел — полно!
Еще вариант, могла бы, конечно, оставить её голодной и не дёргать себе нервы, но знаю, чем это обернётся. Она умеет манипулировать. Сгоняет меня в магазин, будет клянчить, капризничать, давить на жалость — «ну вот я такая». А я начну сопротивляться, раздуем ссору. Поругаемся.

Вот такие мы — дружные сестрички.

Кофе в гостинице — был дерьмовый, зато завтрак оказался вполне себе. Мы с сестрой наелись от души, как говорится — дорвались с голодухи. Вечные диеты не дают быть по-настоящему сытыми и довольными, а здесь — отпуск. Думаю, у всех так: расслабон, потом обратно на диетку.

Зависли за столом почти на два часа, с удовольствием смакуя и жуя, одновременно созваниваясь с родителями, парикмахерами, швеями и подружками, которых сто лет не видела. Сестра наобещала им золотые горы, и вот — все согласились вечером выгуляться. А почему бы и нет? Конечно, мы не собирались идти в клуб для «кому за», молодо выглядим несмотря на возраст. Пальцем в нас тыкать никто не будет. Хотя, увы, у нас всё ещё любят — навести социальный рентген.

Пока мы трапезничали, к нам подсели два заморских «прЫнца» — среагировали на наше веселье. Но товарищ Обломыч ждал их у первого же порога. Мы-то знаем, зачем такие принцы в наши страны залетают. Все в сад!

Около полудня, собравшись на «скорую» руку, мы наконец-то выплыли на улицу.
Да, девушки умеют почти быстро собираться — особенно если это сестрички-подружки, которым есть о чём потрындеть.

Погода стояла на удивление тёплая для середины мая. Первым пунктом был новый чудо-парикмахер — тот самый, который творит с волосами нечто волшебное. А мне, после дороги, ох как нужно было привести в порядок свою белоснежно окрашенную гриву. Пока Игорёк колдовал над моей головой маслами и спреями, малая сдалась в руки маникюрщицы. Всё это время мы трещали без умолку — обо всём и ни о чём, заряжая салон позитивом.

Одна из девочек даже не выдержала:
— А как вы вообще живёте раздельно? Вы же, как шоколадка Твикс — неразделимы!