Когда я согласилась выйти замуж

Глава 7.

Дёргаюсь в противоположную сторону желая спрятаться от него и не появляться на глаза ближайшее «никогда». Рванув, вспоминаю про бокалы в руках и пока нахожусь на кухне, решаю свалить их в раковину. Как назло, один выскальзывает и разбивается.

— Твою!... — вскрикиваю, а за спиной чувствую движение.

— Аккуратно!

Бенджамин стоит рядом со мной и тянется достать из раковины осколки стекла. Его лицо, да и он весь, очень близко и смотреть на него приятно, но сам даже не глянул на меня. Отворачиваюсь, чтобы по новой не морочить себе голову. Подтягиваю полотенце вверх и чувствую, как руку что-то кольнуло. Опускаю глаза и вижу, что из предплечья торчит маленький осколок стекла.

— Я взгляну? — Бенджамин указал на ранение, а я пялилась, как из пореза пытаются вырваться капельки крови.

Переведя взгляд на него, я протянула руку.

— Бокал ты, конечно, разбила, к счастью, — произнёс он, и наконец, посмотрел на меня, — но тебе сегодня явно не везёт.

Лишь кивнув осознаю, что до сих пор не проронила ни слова, а Бенджамин тем временем отводит меня в сторону от места происшествия и подкладывает под руку бумажное полотенце. Сейчас обращаю внимание, что он выше на голову, а его руки, которые касались моих голых плеч, оказываются больше и смуглей.

Бенджамин высыпал собранные осколки в мусорку, помыл руки и взял своей горячей ладонью мою.

— У тебя есть аптечка? — учтивым голосом спросил он, а по моему телу пробежали мурашки.

Я опять кивнула.

— В язык тоже осколок попал? — недоуменно спросил Бенджамин.

В чём проблема? Что со мной не так? Говори тряпка!

Приказываю себе и морщусь от своих мыслей, но ему в ответ лишь помотала головой, в знак отрицания.

Такая нелепая! Позорище...

— Где аптечка? — тихо, но также серьёзно спросил он.

— В ванной, — промямлила я и указала на дверь.

Бенджамин с явным сомнением отпустил мою руку и направился в ванную.

Мой хмельной мозг в восхищении транслировал утро. А точнее, принца в серой рубашке, который галантно сейчас ухаживал за мной. Небрежно взлохмаченные волосы, кажется, уложенные после первой встречи, подходят такой натуре. Хоть я его толком ещё не узнала. Такое отношение говорит само за себя, правда поначалу показалось, что Бенджамин грубый. Развеяли сомнения его действия и слова Берты о нём.

Я так и стояла немного растерянная тем, что из руки торчит осколок стекла. Небольшое стёклышко, но кровь вытекает маленькими капельками не пытаясь хлынуть ручьём и залить пол. Во всяком случае боль я не чувствовала.

Может, артерия задета? Странное ощущение.

— Зажми руку повыше раны, — попросил меня Бенджамин возвращаясь.

— Ты врач? — взволновалась я, найдя голос.

— Нет, — он поднял голову на секунду, чтобы взглянуть на меня, — я инженер. — Он нажал посильней на мои пальцы, которые обхватывали руку и без предупреждения вытащил осколок.

— Ай!

Кровь хлынула крупными каплями. Бенджамин подвёл меня обратно к раковине, переворачивая руку и включая воду. Зажмуриваю глаза от отвращения, чувствуя, как тёплые струйки смывает красную жидкость, что сочится из раны. Противное ощущение не отпускает, и я не замечаю, что происходит дальше.

— Всё, — спокойно сказал он и отпустил мою руку.

Я медленно открыла глаза и растерянно посмотрела на Бенджамина.

— Всё хорошо, но до свадьбы не заживёт, — с подобием улыбки проговорил он и нахмурил брови. — Ты нормально себя чувствуешь?

Он начинал злиться оттого, что я молчала, а мне так не хотелось портить момент, хватало просто смотреть на него. Ощущать его руку на своей и наслаждаться внимание.

— Лиза?! — он наклонился и заглянул в глаза, а я моргаю и отскакиваю.

— Я пойду, переоденусь, — разворачиваюсь и, подтянув полотенце, возвращаюсь в ванную, но так хочется остаться и узнать его получше.

Захлопываю и облокачиваюсь на дверь, встречаясь со своим отражением в зеркале. Теперь понимаю из-за чего он хмурился. Моё лицо ещё бледней, с синим оттенком, чем бинт на руке, а на белом полотенце остались пятна крови. Я его перепугала всего-то одним своим видом.

Постеснявшись появляться перед ним ещё раз полуголой, я надела одежду, в которой шастала утром. Немного злясь в поисках расчёски, обнаруживаю её под полотенцем на стиральной машине и привожу свой неряшливый вид в более или менее сносный.

Хотя всё что могла я показала, чего ещё от меня ожидать.

Из ванной я вышла посмелей и велела себе не быть такой подозрительно молчаливой.

— Бен, — позвала я его заранее, чтоб не испугать вновь.

Чистые бокалы и кружки стояли на столе, а остальных осколков не было видно. Бенджамин крутился у раковины и выглядел на моей кухне уютно. Захотелось поругать себя за то, что позвала его, надо было тихо наблюдать из укрытия.

Что-то думать становится всё сложней!