Эта история приключилась за несколько лет до войны. Приехала к нам по распределению в Клипяково фельдшер Настасья Филипповна. Молодая да статная девка лет около тридцати на вид, коса с ручищу мужицкую, толстая да чёрная как смоль, до самого пояса. Брови чёрные, в разлёт. Груди как наливные дыньки.
Заметно она выделялась среди наших баб какой-то нездешней, не нашенской красотой и повадками. Оно и понятное дело, мужики то наши деревенские вмиг встрепенулись, а Славка-тракторист сразу и свататься горазд. Молодой шалопай был, холостой, помоложе неё, наверное, годов с пятак.
Бывало с утра перед сменой заскочит к ней в кабинет (комнату под её нужды выделили в сельсовете) и давай стонать и охать:
- Посмотри, Настасья Филипповна, печёнка цела? Упал я, ударился, прям печёнками ударился! – и стоит хихикает, задрав рубаху.
- Печёнки на месте, иди работай, Слава! – взметнув бровями, подхихикивает она ему в ответ.
И как-то незаметно стали замечать их вместе. То на танцы в клуб они вдвоём придут, то в воскресный день он посадит её к себе в трактор и увезёт в поля, и они гуляют где-то до ночи.
Славка-то парень хороший был, жених завидный, работящий. Матушка его, Анна Марковна, на хорошем счету была в деревне и в колхозе. Овдовела она рано. Сына тянула, за порядком следила. Всегда у них чисто в избе было, и щи наварены. В колхозе передовицей была. Хорошая была женщина, уважаемая, тут и говорить нечего.
Лето уже шло на вторую половину, как слышим мы, сосватал Славка Настасью Филипповну. И после жатвы, уже по осени глубокой, и свадьбу наметили.
Бывало сидим у меня с Анной Марковной, чаи швыркаем вечерами, она и рада-радёшенька, что сын женится. Шутка ли сказать, один фельдшер на два села, почитай - второе лицо в деревне после председателя.
И всё бы хорошо да ладно шло, но только замечать люди стали: Славка меняться начал.
Раньше улыбчивый был, глаза горели, а сейчас всё больше хмурым стал ходить, людей сторонится, замкнулся. Отработает смену и сразу к ней бежит, а там куда-то уезжают на тракторе до самых сумерек. Народ по деревне шептаться стал.
А в один из вечером прибегает ко мне взволнованная Анна Марковна и прямо с порога:
- Не знаю, что делать? Пришел злой, молчит, а руки изрезаны на запястьях. Я ему - что да чего, а он, мол, в колхозе поранился, дёрнулся и ушёл в баню.
Я, не взять бы грех на душу, но мысли на этот счёт имела, а ей лишь посоветовала:
- Сходи-ка ты, Ань, к тёте Шуре, расскажи да объясни ей что и как.
#30561 в Фэнтези
#682 в Славянское фэнтези
#54231 в Любовные романы
#17498 в Любовное фэнтези
18+
Отредактировано: 28.03.2026