Когти правосудия

Глава 8

— Эй, земляки, не потеряйтесь! — прокаркал сверху Рико, его яркое пятно мелькнуло сквозь листву. — Тропа вон там, кажись... Ё-моё!

Хруст! Треск! Рико камнем рухнул вниз, скрывшись в густых кустах. Поднялось облако пыли и перьев.

— Рико?! — взвизгнула Мила, бросившись к месту падения. Её маленькое тельце исчезло в зелени. — Голубчик! Отзовись!

— Живой! — донеслось глухо. — Запутался, как муха в паутине! Не реви! Выберусь! Держитесь левее – там топь, засосёт! Плохо пахнет!

Зак и Алекс резко притормозили, навострив уши и носы. Рекс нетерпеливо зарычал, но тоже замер. Ноздри ловили воздух: болотная тина и среди неё шерсть всей команды, кроме... Запах Милы пропал.

— Мила! Не шуруй далеко! — тявкнул Зак, голос сорвался. — Слышишь?! Милааа!

Тишина. Глубокая. Только треск веток справа – и он затих. Лес замер.

— Мила! — заорал Зак, в голосе настоящая паника. — Чёрт возьми! Где эта неугомонная комета?! Алекс, где она?!

Алекс принюхался и напряг уши. Шорохи в кустах стихли. Смесь растений и тины. Лесная тишина сгустилась. Знакомый холодок пополз по спине, но тут же всплыло отражение в болоте – огромного, грозного. «Нет. Я не тот кот. Не тот!» – подумал Алекс.

— Разделимся? — мяукнул он, стараясь говорить твёрдо. — Я направо...

— Нет! — отрезал Рекс, голос хриплый, но твёрдый. — Здесь опасно. Рико! Вылезай! Ищи сверху! Быстро, пернатый!

Милу охватила паника. Одно мгновение – она продиралась сквозь колючий папоротник к месту падения Рико. Следующее – зелёная стена сомкнулась за спиной. Знакомые запахи растворились в лесной сырости. Лес стал чужим, огромным, дышащим в спину ледяным дыханием. Сердце колотилось, лёгкие горели. Одиночество. Страх.

«Темно... Холодно... Как тогда...»

Щенок. Крошечный, глупый комочек тепла. Мячик на травке нового двора. Вдруг грохот! Крики двуногих! Едкий запах гари. Разбитое стекло! Паника. Бегство. Колючий куст в чужом парке. Темнота. Одиночество. «Мам? Где мама?». Мёртвая тишина в ответ. Чужие тени, чужие голоса. Дрожь. Тишина. Навсегда.

Тот же страх сдавил горло. Она прижалась к шершавому, холодному корню берёзы, стараясь исчезнуть. Крошечное тело била мелкая дрожь. «Опять... Одна...». Слёзы подступили. Хотелось выть.

— Мила! Ми-и-ла! — Голос Зака! Потом – крик Рико: — Мила! Пискни! Мы здесь!

Их голоса! Знакомые! Родные! Ищут! «Пусть в детстве я осталась одна, но сейчас есть дом! Стая! Я не брошена!» – пронеслось в голове с внезапной, жгучей злостью на себя. «Я Мила! Ученица Зака! Я орала на Клыка! И сейчас... Сейчас могу!»

Она втянула воздух и выдавила пронзительный крик: «Я здесь! У берёзы! Помогитеее!» Голос сорвался на визг, но это был крик бойца.

— Слышали?! — Алекс вскинул голову. Хвост поднялся. — Там!

— Вижу! — заорал Рико, взмывая над деревьями. — За мной!

Они рванули на звук, ломая ветки. Через пару минут вывалились на поляну. Мила сидела у корней огромной берёзы, перепачканная, но с гордо поднятой мордой. Увидев их, завиляла обрубком хвоста.

— Ну ты даёшь! — проворчал Зак, сунувшись носом в её бок. — Не пугай так! Сердце не железное!

— Больше не заплутаю, — твёрдо рявкнула Мила. — Клянусь!

— Отлично, кроха! — щёлкнул клювом Рико, садясь на плечо Рекса. — Тогда в путь? «Сласть» ждёт! Хотя... — Он озадаченно огляделся. — Где мы? Я сбился.

Зак замер. Его чёрный нос втягивал воздух. Усы задрожали.

— Этот запах... — пробормотал он. — Знакомый... Сладкий... Старый... Пахнет... — он зажмурился, — ...пончиками! Тёплыми!

Рекс тоже втянул воздух. Среди лесных запахов – слабый, но ясный шлейф пончиков. Образ Петра Алексеевича, делившегося тёплой сладостью после тяжёлой смены, мелькнул на миг с тоской о былой дружбе.

— Пончики... — хрипло выдохнул Рекс. — Ларёк у дороги... Мы... с Петром...

— Точно! — коротко тявкнул Зак, хвост дёрнулся. — Ларёк с пончиками напротив старой базы! Значит, кондитерская... вот там! — махнул мордой вправо. — Чуете сильнее? Запах смазки, старого кирпича... плесени... и... — Голос сдавило. Шерсть ощетинилась. — Насти... Алексея... Близко!

Новый заряд ударил в стаю. Они двинулись, ведомые теперь ясным запаховым компасом. Лес внезапно стал казаться менее враждебным, цель – осязаемой.

Через пару минут чаща расступилась. Открылось здание «Сласти». Красный, облезлый кирпич. Пустые окна. Двор зарос травой. У полуразрушенного корпуса – массивная, покосившаяся дверь в подвал. Пахло сыростью и... чужим потом. У двери – двое в черном. Один, толстый и лысый, курил – запах табака и перегара. Второй, тощий, нервно говорил в рацию – запах горького одеколона. Сердце Зака заколотилось. Вот она — точка невозврата.

— План, — прошипел пухлый тойтерьер, прячась за поваленным деревом. — Алекс! Твой выход. Прикинься дураком. У тебя получится.

— Сам дурак!

— Да ладно… Твоя морда – лучший отвлекающий манёвр. Рекс, ты следом, гони кота. Устройте шум. Уведите от двери. Рико, — кивнул попугаю, — как отвернутся – взлом. Твой клюв – наше оружие. Дверь должна открыться. Быстро. Я и Мила – внутрь. Готовы?