Кокон черной бабочки (версия 2018 года)

Глава 19

— Я ведь могу и постоять.

Клир затянул очередной псалом, поэтому я был не уверен, расслышал ли отец мой шепот. Мне было неудобно находиться в коляске в такой день.

— Доктор Насари не советовал тебе перенапрягаться, — вместо него ответила матушка и в знак утешения положила ладонь мне на плечо, легонько его погладив. Ее отношение к моей персоне изменилось в лучшую сторону. Не знаю, служило ли тому мое нынешнее положение героя или она просто испытывала угрызения совести за то, что ранее не уделяла мне достаточного внимания, но мне это нравилось. Я бы посмотрел на того человека, которому бы не понравилась материнская поддержка.

Несмотря на успешность многочисленных операций, период реабилитации мне пророчили долгий. А я уже был рад тому, что протезы походили на настоящие конечности и более не нужно было прикрывать культи разного рода покрывалами. Сейчас я могу себе признаться, эта ситуация выбила меня из колеи. И если не заставила опуститься на самое дно, то помогла многое переосмыслить. В который раз судьба намекает мне на беспомощность, на несостоятельность меня как взрослого человека. И самоанализ тут не помощник. Ты либо можешь, либо нет. Либо учишься на своих ошибках, либо повторяешь их снова и снова до тех пор, пока одна из них не загонит тебя в могилу. Печально только, что страдаю я тогда, когда хочу кому-нибудь помочь. Знакомым или близким, не важно, результат предопределен.

Конечно, для меня приемлемее было оставаться при собственном, родном теле, но раз уж все это произошло, нужно быть довольным и этому суррогату. Места соединения нервов побаливали. И если бы не сильные обезболивающие, то мне было бы куда хуже.

На этот раз в церкви было не так уж и душно, а главное, куда более торжественно. Местный настоятель и монахи достойно подготовились к встрече патриарха сия империи. Рядом с ним в голубых одеждах у так называемых «врат» стоял митрополит. Он будет помогать в нынешней литургии. И мой брат спустя столько времени и событий наконец-то получит сан. Моя временная слава обернулась для него поистине счастливым событием. И пусть практически никто в семье не понимал его выбора, мне действительно приятно видеть счастливое лицо Дениса.

Кажется, те же чувства испытывала и матушка. Хотя у нее были и другие для этого поводы. За последнюю пару недель моим сестрам поступило множество выгодных предложений о помолвке. Не исключением стала и Селеста, но на нее у меня были другие планы, которые я намерен осуществить после разговора с патриархом, на котором он так настаивал. Хотя и ума не приложу для чего.

Я испытывал по этому поводу смешанные чувства. Пусть церковь и одобрила мое протезирование, а отец изготовил суррогаты так, что комар носа не подточит, волнение имело место быть. Отец, скорее всего, тоже волновался по этому поводу, но, как обычно, не подавал виду.

Наш эксперимент по переносу ИН в маленькую сферу завершился успехом. Искусственная нейронная сеть развивалась настолько быстро, что практически каждый день я мог наблюдать скачки. Неудивительно, ведь отец прикладывал невероятное количество усилий для его обучения. Возможно, если пойдет так и дальше, скоро мы сможем с ним пообщаться.

Когда я рассказал о своих предположениях отцу, то получил в ответ печальную улыбку. Родитель был уверен, как только ИН выйдет на новый уровень взаимодействия, мы сможем углубиться в проверку мировой теории множественности миров квантовой механики. Его до фанатизма заботили другие миры и, скорее всего, их возможности. Однако если верить этой теории, то не так уж они и отличаются от нашего.

Вот только в одном из них я на сто процентов здоров. Где-то существовал другой я, избежавший всех злоключений, потому что они случились со мной в этом мире. Эквивалентом этого сдвига мог служить механизм перемещения во времени. Если я перемещусь во времени, то автоматически создам другой мир, и, пусть меня нынешнего уже не будет существовать в этой вселенной, я смогу прожить более счастливую жизнь на другом слое времени в другом квантовом состоянии.

И это немного будоражило мой разум. Получение идентичного по биологической и анатомической составляющей тела могло помочь мне избавиться от уродства, избежать прошлых ошибок, прожить совершенно другую жизнь. Изобретение подобного механизма перевернет представление человечества о существовании в целом. Только пока мне это представляется мало возможным.

Литургия подходила к своему завершению. Я только что потерял несколько часов своей жизни. Зато позволил любопытным аристократам искоса на меня поглядывать.

Сегодня здесь собрались немногие. Большинство семей носили траур по погибшим родственникам. И винить их за горе никто не имел права.

Праздничную картину происходящего портило лишь наличие охраны. Люди в форме оцепили периметр, чтобы никто лишний не смог пробраться в церковь. Однако, как показала практика, «лишние» могли находиться среди нас. И не изобрели еще такого сканера, способного распознать не монархиста.

На ком угодно могла висеть бомба. Патриарх и митрополит наверняка представлялись террористам лакомыми кусочками. Их убийство создаст большую шумиху, такую приятную иноверцам смуту.

Кажется, я начинал паниковать. Страх перед не самыми дальними событиями еще не улегся в моей памяти, и переживать все это снова мне не хотелось.

Я обхватил собственные плечи руками и, стараясь не привлекать внимания, пытался успокоиться.

Клир наконец-то затих. Да и патриарх тоже завершил службу. Люди начали расходиться. На своих местах осталось только наше семейство. Нужно было поздравить Дениса и договориться о предстоящей встрече с патриархом.

К нам подошел настоятель храма и, поздоровавшись только со мной и отцом, сказал, что у Дениса еще есть дела, а патриарх вместе с митрополитом приедут в наше поместье к ужину.

Мы с отцом переглянулись. Ни меня, ни его не радовала подобная перспектива, но отказаться мы не имели права. Да и до ужина оставалось каких-то пара часов. При всем желании не успеем спрятать или перевезти ИН и колбу с питательной средой в укромное место.