Кольца Песчаного Змея

9. Это было!..

Тайное движенье
В небе без конца,
Вижy отpаженье
Твоего лица...

...Над городом быстро сгущались ранние сумерки — будто кто-то невидимый но могущественный добавил к светлой небесной голубизне синих чернил. Первые звёзды засияли на тёмном небосводе, и в мыслях одинокого прохожего, устало бредущего по безлюдным улицам, возникало невольное сравнение с крохотными эфемерными сущностями, следящими за ним из бездонных глубин космоса, когда, на минуту приостановившись, он поднимал к ним свой взгляд. Ещё один день завершился — тяжёлый день, не принесший надежды.

Этот мир был чужим ему. И, оказавшись в нём, он постарался в него вжиться. Мир недоверчиво присматривался к незванному гостю, но всё же принял его…

Перейдя через пустынный, ярко освещённый фонарями проспект, он свернул в небольшой тенистый парк. Когда-то он нашёл здесь приют, ему было уютно в объятиях бархатной ночной тьмы…

Где-то неподалёку играла музыка: кто-то бренчал на гитаре; слышались весёлые голоса. По вечерам сюда частенько забредали компании гуляющих.

Ты далеко от меня,
За пеленой дpyгого дня,
Hо даже вpемя мне
Не сможет помешать
Пеpелететь океан
И, pазогнав кpылом тyман,
Упав с ночных небес,
Скоpей тебя обнять.

Остановившись, он несколько минут слушал, затем, печально усмехнувшись, покачал головой.

«Странно… Почему-то кажется, что это немного обо мне...» Вздохнув, он зашагал прочь.

***

В «Ониксе» было в этот вечер не слишком много посетителей. Столик в самом дальнем и тёмном уголке, который он давно облюбовал, был, как всегда, свободен.

– Привет, Норберт, ты что-то рановато сегодня… – симпатичная барменша приветливо улыбнулась. - Тебе как всегда?

«Норберт. Это не моё имя. Оно значилось в документах, найденных мной у того убитого. Чёрт… никак не могу к нему привыкнуть!..»

– Ты знаешь, Джейн, – кивнул он, ответно улыбнувшись.

– Ах, Норб, ты опять называешь меня этим странным именем! – звонко расхохотавшись, воскликнула девушка. – Но можешь продолжать — мне нравиться!

« Её зовут Элиза. Почему, глядя на неё, я произношу другое имя?»

– Что-то ты не в духе сегодня, – заметила барменша, ставя перед ним большую чашку с горячим эспрессо и тарелку с мясными сэндвичами. – Что-то не заладилось?

– Всё норм, Джейн, – ответил он. – Прости…

Снова рассмеявшись, она запустила пятерню в его густые вьющиеся волосы и, взлохматив их, «улетела» к себе за стойку.

«Что произошло со мной? Я живу настоящим, память о прошлом возвращается ко мне лишь в странных, запутанных снах, оставляющих после себя смутное, щемящее чувство утраты...»

– Тут рядом с тобой свободно?

Вздрогнув, он вынырнул из размышлений. Вскинув голову, он удивлённо уставился на парня, стоящего перед ним и широко ему улыбающегося.

– Садитесь, – ответил он, пожимая плечами.

– «Са-ди-тесь»! – передразнил его парень и поглядел на него с полукомическим удивлением. – Что ещё за церемонии?!

– Я так привык, – сказал он, снова пожимая плечами.

– Ладно, брат, – промолвил парень, хлопая ладонью по столу, – со мной можно запросто. Кевен моё имя! – и протянул ему руку.

– Н… Норберт, – представился он, пожимая крепкую, слегка шершавую ладонь своего собеседника.

– Классное это местечко! – доверительно сообщил Кевен, подаваясь к Норберту. – Я здесь уже второй раз. О! – воскликнул он, прищёлкнув пальцами, когда Элиза со стуком поставила перед ним объёмистую кружку с тёмным пивом. – И девушки здесь очень даже ничего!

Последняя фраза немного покоробила Норберта, однако он не мог не признать правоту своего собеседника: Элиза была очень хороша собоой.

– Слушай, брат… – Кевен кашлянул. – А… прости за нескромный вопрос, но… Что это ты в тёмных очках? Вроде бы сейчас ночь уже… Конечно, если не хочешь отвечать, то…

Вопрос об очках ему задавали не в первый раз. Он всегда находил какое-нибудь объяснение, почему он их носит, не снимая, но теперь… Он чувствовал доверие к этому странному парню, которого встретил сегодня впервые. В нём было что-то родственное, необычайно располагающее к себе… Ему вдруг захотелось быть с ним откровенным.

– Ух ты ж ты! – выдохнул Кевен, поражённо уставившись в глаза Норберта. – Светятся, как у кота!.. Теперь понятно. Значит, ты из этих...

– Люди пугались моего взгляда, – тихо проговорил Норберт, снова одевая очки и отворачиваясь.

Кевен ничего не ответил. Лишь, хлопнув Норберта по плечу, постаавил перед ним свою кружку.

На следующий же день Кевен нанялся на склад, где работал Норберт. В тот же вечер, узнав, где живёт «его мрачный друг», потащил к себе — в полуразвалившуюся хибару на окраине города, которую он гордо именовал «собственной недвижимостью»…

***

Они были неразлучны, как братья. У них не было секретов друг от друга. Но почему же люди так странно смотрят на них и тихо переговариваются за их спинами?!..

– Знаешь, Нор, море ведь самая большая мечта моей жизни! – вздохнув, мечтательно проговорил Кевен, когда они возвращались домой с работы.

– Кажется, я помню, что это, – тихо отозвался Норберт, глядя куда-то в даль.

– Ты обязательно вспомнишь, когда его увидишь! Вот что, Нор… У меня есть кой-какие сбережения… Да и тебе шеф обещал завтра премию выдать. Давай-ка махнём... Эй, гляди: там наша Лиз!

– Упрямиться вздумала, дрянь подзаборная?! – рычал здоровый мужик, пытаясь затащить внутрь какой-то развалюхи упирающуюся и рыдающую барменшу из «Оникса». – Щас! Схлопочешь у меня!

– Ах, негодяй!.. – воскликнул Кевен, бросаясь к нему; Норберт последовал за ним. Ругательства… Душераздирающий женский крик… Удар!..

***

«Где я?.. Что произошло?.. Почему так… больно?..»

– Тише, тише! Всё хорошо! – нежные прохладные ладони касаются его лица. Огромные серые глаза так близко... Элиза!..

– Жива… – пересохший язык с трудом поворачивается во рту. – А где… Кевен?!