Кольцо на счастье, или Академия Тёмной Магии

Главы 4. Когда мелкие пакости в радость

Глава 4. Когда мелкие пакости в радость

Зулька продолжал вредничать. Он летел быстрее, чем шла Адель, поэтому ей приходилось бежать. На все призывы перевести дух планировщик внимания не обращал. Он вообще не обращал внимания на неё, направляясь в библиотеку. Адель только и успевала пересекать радужные порталы, перескакивая из коридора в коридор. От бесчисленного количества сумрачных поворотов и переходов уже рябило в глазах.

Не было ни малейшей возможности рассмотреть интерьеры, обозначения уровней, блоков, запомнить дорогу назад. Только бег, учащённое дыхание и ругательства, готовые сорваться с её пересохшего языка.

Наконец Зулька замер перед массивными резными дверями. Они громадиной возвышались над ними. Довольный стретчер сложил руки на груди. Его крылья трепетали в такт хвосту, которым он вальяжно помахивал.

– На месте! – произнёс Зулька.

– Хо-рошо, – отдышалась Адель и прикоснулась к дверной ручке пальцами. Едва она это сделала, как крупный резной рисунок на полотне превратился в нахмуренное лицо.

– Имя, фамилия, курс, – раздался недовольный голос.

– Элисон Самхайн. Третий, – выдавила она.

– Согласно расписанию?

– Дда, – чуть запнулась она.

– Проходите, – милостиво разрешили двери и распахнулись.

Вот тут Адель и поняла, что основательно влипла. Мелкий пакостник привёл её не в библиотеку, а в учебную аудиторию на одно из занятий. Сотни любопытных глаз уставились на них. Но самое ужасное, что на парящей над полом платформе стоял преподаватель в чёрной мантии и смотрел на неё не менее изучающе.

– Опаздываете, адептка Самхайн, – строгим голосом с расстановкой произнёс красноглазый алиф. – Практика уже началась. Но проходите, – он махнул рукой, указывая на одно из свободных мест.

– Отомри, рыжая, – прошипел ей в ухо Зулька, усаживаясь на плечо. – Трогай, – он махнул своей ручкой вперёд.

Адель вздохнула и пошла на указанное место, горя желанием оторвать крылатому мерзавцу крылья. А ещё лучше оторвать их вместе с хвостом. Стретчер же стоял на её плече и показушно кланялся в приветствии всем остальным планировщикам, находящимся возле своих хозяев.

– Мышка, а Мышка, – засопел кто-то справа, когда она шла по ряду. – Вот ты и попалась!

Адель резко повернулась и встретилась с ехидным прищуром блондина. Он смотрел на неё с нахальной усмешкой, а потом вдруг раскрыл рот и повертел языком, намекая на возможные непристойности. Его стретчер, а вернее светло-зелёное светящееся подобие пузатой женщины с обвисшими грудями повторило жест парня. Дамочка лежала на боку прямо на парте, подставив тоненькую ручку под голову, и кокетливо помахивала хвостом.

– Фу! – вдруг вздрогнул Зулька и отвернулся. – Какая же она гадкая! – тихо выругался планировщик. – Иди давай, рыжая! Занимай своё место.

Адель злорадно ухмыльнулась, а потом зацепила пальцами стретчера и ссадила его с плеча прямо блондину на стол.

– Ван Терьен только что признался, что сходит с ума от крыльев твоей планировщицы, – томно произнесла она. – Не могу ему отказать. До конца занятия пусть пообщаются.

Непомерное удивление на рожице Зульки вместе с обиженно поджатыми губами порадовали Адель как никогда. Она не смогла удержаться от мести маленькому мерзавцу. Зулька смерил её на прощанье злым взглядом, а она лишь пожала плечами, одарив планировщиков и блондина загадочно-милой улыбкой, окончательно повергая всех в шок.

– Сбрендила что ли? – изумлённо процедил блондин.

– Адепт Симир Риорский! Адептка Самхайн! – над ними вдруг появилось крылатое угольно-чёрное существо раза в три больше её планировщика. – Имейте совесть. Идёт важная практика.

Ничего не отвечая, Адель быстро скользнула за парту. И не успела удобней сесть, как перед ней появился свиток и золотое перо.

– Потайная вязь, – рядом раздался шёпот. – Пишем огненное письмо.

Миловидная незнакомка с кудряшками улыбнулась, быстро прикоснулась пальцем к губам, предотвращая любые вопросы, а затем вернулась к своей работе. Тогда и Адель взяла в руки золотое перо и едва не выронила его на стол. Ручка оказалась горячей.

– Итак, – алиф продолжил урок. – Потайная вязь горит тем ярче, чем больше эмоций вы вкладываете в написание слов. Ваши письма отправятся к вашим родителям сразу, как только вы их закончите.

Адель не придумала ничего лучше, кроме как написать приветствие и пожелать здоровья родителям. Мышкиным, разумеется. И рассказать, что всё у неё хорошо. Перо скользило по свитку, не оставляя следов. Проверить текст возможности не было. Адель попросту не умела ни писать тайной вязью, ни открывать знаки. Шероховатый на ощупь пергамент мягко поддавался давлению пера и тут же возвращался в первозданный вид.

Время от времени адепты поднимали листы и встряхивали их, чтобы прочесть написанное. Их губы шевелились, явно читая заклятье. Глядя на них, Адель лишь испытывала лёгкую досаду. Ну хоть бы кто-нибудь подсказал! Она даже пожалела на миг, что оставила планировщика у Симира.

Внезапно за спиной раздался чёткий шёпот: «Хайнельмайм, авайль, веЙриан». И снова те же слова. Адель быстро повернулась. Один из студентов резко встряхнул письмо и на нём проявились буквы. Воодушевлённая примером, она поднесла свиток к губам.

– Хайнельмайм, авайль, вериан, – прошептала дважды и потрясла листом.

Со счастливой улыбкой на губах Адель смотрела, как на жёлто-коричневой поверхности зажигаются буквы, выстраиваясь в ровные строчки. А потом... Потом буквы ожили и как бешеные тараканы разбежались по пергаменту, превращая текст в бессвязную абракадабру.