Кольцо Событий. Вырезанное, измененное, дописанное

Бессонница

Продолжения предыдущего кусочка - с перерывом на поездку в клуб, где Карина утирала нос Кеарре. :) Все так же - для маньяков вроде меня. Очень подробная рефлексия и ощущения. :)

_________________________________________

Дома Карина с облегчением опустилась на кровать. Голова кружилась, виски немного сдавливало, руки и ноги казались невесомыми от слабости. Не только разум, но и тело отчаянно требовало отдыха. Казалось оно облегченно растаяло едва опустившись на опору. Можно было не держать себя, можно было расслабиться… Сейчас вот заснуть и все. Гори оно снаружи все синим пламенем. Карина, помолилась, собрав в кулак расплывающееся сознание и собралась спать. Господи, как хорошо! Голову тоже больше не нужно было держать, и она упоенно слилась с мягкой удобной подушкой. Карина думала, что сразу заснет, уплыв в ночь на крыльях усталости. Но вскоре обнаружила, что не может заснуть. Ощущение было странное. Словно ее разум боялся заснуть, боялся отключиться и цеплялся на окружающий мир. Не то, чтобы она о чем-то сильно думала, но заснуть не могла. Не четкие мысли, но мысли-ощущения прямо таки обвевали ее липким веером, не давали расстаться с реальностью и погрузиться в блаженную ночную тьму.

День был насыщенным, и прошел он под знаком двух значимых событий. Одним из них было исчезновение Тарро (как же она хотела заснуть и не думать об этом!) и появления Кеарры в не рабочей части ее жизни. Кеарра, Кеарра… Ну что же, теперь было очевидно, что Кеарра действительно настроена к ней очень плохо, даже отвратительно плохо. И вряд ли эта антипатия связана только со стихийной личной неприязнью, или, допустим, завистью, как это недавно случилось с Анькой. Нет, конечно, зависть тут была. И была попытка проверить Карину на прочность, что она на самом деле из себя представляет. Но связано это все явно было скорее с ревностью. Кеарра явно завидовала тому непонятному и нестойкому вниманию, что оказывал ей местный Тарро. И явно ревновала. Как иначе объяснить такую внезапную антипатию к почти незнакомой девушке? Причем ведь первый раз Карина почувствовала неприязнь Кеарры именно, когда Рональд повез ее на море. Правда тогда Карина подумала, что, возможно, ошиблась.

Впрочем, с чего это она должна обижаться на Кеарру за подобное отношение? Она то сама, что лучше к ней относилась? Нет. Карине стало стыдно. Ведь она сама испытывала острые приступы неприязни к секретарши прямо со второго дня после прилета на Тайвань. А та в общем то ничего плохого ей не сделала. Просто одевается ярко и откровенно, подчеркнуто следит за собой, ну и красит ногти прямо на работе. Ничего страшного, ничего экстраординарного, чтобы прямо так вот плеваться от нее. Вот что я спрашивается на нее взъелась? Ну допустим, даже она и верно спит с начальником… Но мне то какое дело? - думала Карина. Ну, положим, это не очень хорошо с нравственной точки зрения. Но случай то классический. Да и не похоже на то. Нет ощущения, что между ней и ее боссом существует какая-то особая связь помимо чисто рабочих взаимоотношений.

Карина вздохнула. Заснуть все-равно не получается и остается признаться себя, что похоже, Кеарра просто напросто влюблена в своего начальника. И влюблена, вероятно, безнадежно, а может быть и безумно. А значит вполне можно понять как ей неприятно, когда в ее присутствии этот самый начальник перед которым она носит откровенные декольте, красит губы и старается привлечь его внимание всеми доступными женскими способами, зовет куда-то не пойми от куда взявшуюся «выскочку» с другой планеты. Эх… А ведь Кеарре следовало бы посочувствовать. Карине стало искренне жалко ее. А если посмотреть совсем честно, то они с ней в равном положении. Обеих волнует поведение Рональда, обе испытывают на его счет какие-то чувства. Ну разные, допустим, но ведь и она сама переживает из-за него и думает о его к ней отношении. Карина снова вздохнула. Кеарру надо простить. Ну как вот ей не стыдно было так взъесться на бедную тайванку? Конечно, открытое противостояние, Кеарра сама начала, но ведь не любить то ее Карина, видимо, начала первой. Карина попробовала искренне простить тайванку и обнаружила, что больше не испытывает в ее адрес ни злости, ни раздражения, ни особой неприязни. Нравится Кеарра ей не начала, все-таки слишком много чисто женских томных повадок было у секретарши, но злость ушла напрочь. Карина попросила у Бога прощения за то, что не любила Кеарру. В сущности, ведь и о чисто христианской любви, не стоит забывать... В том числе и к врагам.

На душе стало легче. Можно поспать… Но не тут то было. Видимо какая-то часть сознания, или может быть бесконечный космос подсознания, решили за две ночи решить все задачи, которые накопились за последнее время и обдумать все, что висело незаконченным. Ощущение было очень явным: как только душа освободилась от одного зависшего вопроса (имя которому было Кеарра), как на смену ему, словно новый слайд в проекторе, выехал вопрос о том, почему же Артур не сказал о том, что Древние почти не скрещиваются с другими людьми. Нет, конечно, Артура тоже надо было простить… Да и не сердилась она на него толком. Ну не сказал, и не сказал. Что обязан был? Андрей вот считает что обязан. Ну ладно, обязан-не обязан, а почему не сказал? Карина задумалась. Все-таки что-то на этот счет в душе саднило. Как заноза посреди липкого пространства вопроса. Сознание опять собралось в туннель, где нацелилось на решение одной конкретной задачи.

Артур любил ее и не хотел ей зла. Вряд ли он из страха, что она бросит его, боялся сказать, что детей у них не будет. В общем то вопрос об этом не стоял, и Артур знал, что Карина не относится к тем девушкам, которые считают рождение детей смыслом жизни или «обязательной частью программы». Не то, чтобы Карина не хотела иметь детей. Она просто не очень об этом думала. Ей и так было интересно. Когда было не очень плохо, то ей было и так интересно жить. А вопрос самореализации, стоявший перед ней не только на Земле, но и на Коралии, собиралась решать в профессиональной деятельности, через какую-нибудь полезную для всех работу. Поэтому о детях Карина, как правило, просто не думала. Ну, она предполагала, что когда-нибудь ей захочется иметь детей, и она станет мамой. Когда-нибудь потом. Даже на земле пятерка друзей считалась еще слишком молодой, чтоб заводить детей (хотя две Каринины приятельницы того же возраста уже и обрели родительское счастье). А уж на Коралии, где срок жизни коральцев и землян, чей организм перестроился на более длительный режим функционирования, превышал две сотни лет, пятеро друзей и вовсе считались почти что детьми. В двадцать лет коральцы только заканчивали школу… Так, что Карина просто не думала об этом.