Колдовская зима

Глава 5. Полуночное чаепитие

Выяснить это ему, увы, не удалось. Знакомое карканье встретило парня уже у калитки. Ворон приветственно подпрыгнул на месте, широко раскрывая крылья, словно пытаясь остановить Лаэрта.

– И тебе привет, птичка, – пробормотал парень, раздумывая, стоит ли протянуть руку и погладить птицу по голове. В итоге делать этого он не стал, неловко кивнув в знак приветствия, и от греха подальше решил предложить мешочек с пряниками ворону, а не его хозяйке. Тот принялся с упоением ворошить подношение, а Лаэрт поспешил по тропинке к домику, на этот раз стараясь не поскальзываться.

Теперь ждать пришлось куда дольше, чем в прошлый раз. В какой-то момент ожидания Лаэрт заметил, как мелькнул у окна невысокий темный силуэт, но его робкие увещевания ни к чему не приводили.

– Ну, постучи, постучи еще, постучи, давай! – наконец раздался знакомый возмущенный голос. – По голове себе постучи, авось там прояснится чего!

– Госпожа Корделия, пожалуй…ста, – дверь распахнулась прямо посреди его жалобной фразы, но на этот раз парню удалось удержаться на ногах и не пропахать ковровую дорожку носом. Гневная колдунья в том же черном бархатном платье стояла перед ним, скрестив руки на груди.

– Надо же, неужто так быстро управился! Молодец, молодец, ничего не скажу, - девушка протянула руку, выжидающе пошевелив пальцами. – Ну так не будем же зря друг друга задерживать, отдавай мой амулет, и я тут же начну готовить эликсир для твоей сестры.

– А…Э… Добрый вечер, – стараясь звучать как можно дружелюбнее, пробормотал парень, ненавязчиво прикрыв за собой дверь, из которой в спину его подталкивал ледяной сквозняк. – Очень…Очень рад снова вас видеть, вы… Вы прекрасно выглядите!

– Ты что, болезный, – ведьма уставилась на него с изумлением, вскидывая седые брови. – Головой, что ли, ко мне в дверь стучался? Так я смотрю, переусердствовал слегка?

– Нет-нет, вы понимаете… Я… Я пока… Амулета у меня пока нет. Но это пока! Я уже над этим работаю, и уже очень скоро всё будет очень хорошо! – затараторил он, стараясь не дать ей вставить ни слова. Особенно увидев мгновенно насупившееся лицо Корделии, стоило ей услышать про амулет. – Но видите ли, шкатулка…Вы, наверное, ошиблись, и дали мне не ту шкатулку, вот поглядите, я…

– Ну, и что ты заикаешься? Дроздового черепа не видел никогда в жизни? – недоуменно покачала головой она. – Или испугался? Ох и легко же тебя напугать, наёмничек! Уже теперь и не уверена, что ты и правда сможешь влезть к Маркусу в дом… Ну череп и череп, что панику-то разводить? Я не удивлюсь, если мерзкий Маркус навалил на мой амулетик своих охранных чар – а зачарованный череп поможет мне удержать эти чары в шкатулке, чтоб потом проще было распутать, что там к чему.

– А… – Лаэрт ощутил себя непереносимым идиотом, а еще, внезапно – просто невыносимо уставшим. – Я… Я грешным делом подумал, что вы шкатулкой ошиблись…

А ошиблись вы, госпожа колдунья, исполнителем для своего заказа, очевидно.

– Ну… Ну будет, будет тебе вздыхать так тяжко, не помер никто, – неуверенно протянула Корделия, оглядывая его с легким сомнением. – Ну, пришел, ну спросил – оно и к лучшему, всегда лучше лишний раз спросить, особенно если не разбираешься. Казнить не стану, наоборот, хвалю вот!

– Спасибо, – неожиданно искренне кивнул парень, неловко пожимая плечами. Корделия окинула его придирчивым взглядом, и вздохнула.

– А строил-то из себя… Я уж думала, что ты грозный воришка-наёмник, а не девица страдающая, – ворчливо махнула рукой девушка. Впрочем, голос ее звучал не в пример мягче, чем прежде. – Черепушки испугался, к тому же!

– Я не испугался, – возмутился Лаэрт, моментально покидая свое расстроенное настроение. – Это не я, это… Ну то есть…Там шкатулка упала, а рядом со мной девушка была, и…

– Ах, де-е-евушка, – язвительно протянула ведьма, кривляясь. – Ну, сама-то хоть шкатулку пальчиками своими не лапала?

– Нет, – моментально соврал Лаэрт прежде, чем успел подумать, зачем вообще врёт. – Конечно, нет, госпожа, что вы!

– Ну и хорошо! Ей же лучше, бедной, – притворно закатила глаза Корделия. – А не то…

– А не что? – тут же насторожился парень, стараясь выглядеть совсем уж незаинтересованно. – Ну… Интереса ради…

– Лапы шерстью обросли б интереса ради, – с улыбкой протянула чародейка. Появившиеся на щеках умильные ямочки совсем не вязались с её хищной репликой. – Или зубы выпали… Я уж, признаться, и запамятовала совсем, какое я охранное заклинание накинула, так что если за шкатулочку кто кроме тебя схватится…

Лаэрт почувствовал, как съеденное на ужин жаркое ловко совершило кульбит в желудке и подкатило к горлу. О Боги, не хватало еще этого! Тиринна сойдет с ума от ужаса, а её батюшка подвесит Лаэрта за ноги на столбах у околицы, еще и по всему городу разнесётся, что он, Лаэрт, с тёмными силами дело имеет. Колдунья, конечно, наверняка поможет избавить девушку от напасти, но он и так уже подписался под одну сомнительную авантюру ровно с таким же сюжетом! Две, кажется, не потянет уже никак…

Спустя несколько мгновений, которые показались ему вечностью, комнату заполнил звонкий весёлый смех – Корделия едва ли слезы не утирала.

– Ох, видел бы ты свою рожу! – чуть дыша от хохота, пробормотала она. – И врать совсем не умеешь, да еще и вокруг всем на слово веришь! Ну вот какой из тебя аферист? Ох, разорви меня коршуны, я уж и сомневаюсь, что стоит тебя к Маркусу отправлять. Разве что ошарашишь его своей наивностью насмерть, может, хоть от изумления хрыч мерзкий копыта отбросит…

– Ну, знаете! – от возмущения и изумления Лаэрт почувствовал, как у него вспыхнули уши. – Это же… Это… Это другое всё совсем! Я, знаете ли, с колдуньями и волшебством раньше никогда дела не имел, откуда мне знать, что тут у вас да как! С вас бы, госпожа, сталось и на меня заклинание наложить, чтоб у меня руки шерстью обросли!

– Между прочим, все еще могу, – утерев слёзы, пригрозила ему пальчиком веселящаяся колдунья. – Ещё спасибо мне скажешь, будешь зимой без варежек по ярмаркам гулять. Все друзья с зависти удушатся! – Корделия кое-как успокоилась, глубоко вздохнув и расправив складки на бархатном платье. – Ладно, повеселил меня, спасибо. А что до магии – тут уж увы, доверяй, да проверяй – наверняка тебе никто ничего не скажет, сам понимаешь, ремесло это сложное и тонкое. Вот если к Маркусу подберёшься, там смело могу тебе совет дать – ничего не слушай, ничему не верь. Разве что, если грозиться станет, тогда верь, конечно. На расправу этот козел ой как скор, и слово свое держит – ежели пригрозит шкуру спустить, так за ним не зачерствеет.