Колдовское озеро

9. Вдова

В морозный день Марьяна на базар пришла продавать вязанные вещи. Торговля шла плохо, она продала одну пару шерстяных носков, и все. Торговки – соседки, переговаривались.

- Смотрите, купчиха Варвара Тушина идет, важная барыня со служанкой.

- Кому война, а кому мать родна… Купцы только богатеют, цены – то вона как растут…

Мимо Марьяны проходила Варвара в шубе красивой, шапке меховой. Марьяна в старом тулупчике и шали, переменилась с ноги на ногу, постукивая валенком об валенок, вдруг дерзко окликнула купчиху.

- Варвара Антоновна! Шаль у меня купите, не пожалеете!

Варвара приостановилась, оглянулась на голос, близоруко прищурилась… узнала. Кивнула служанке:

- Иди, Глаша, к мяснику, выбери там кусок получше…

Служанка, подозрительно глянув на Марьяну, ушла, а Варвара сделала вид, что рассматривает товар, сказала:

- Здравствуй, Марьяна. Ты торгуешь на рынке? Неожиданно. Где ты живешь?

Марьяна назвала адрес.

- Но ты ведь не придешь ко мне? Отец не велит со мной общаться.

- Отец – мне не указ, я мужняя жена… Он сначала сильно на тебя злился, потом успокоился вроде… Прохор Аристов женился на подружке твоей – Лушке Кузьминой, как она умудрилась его окрутить, непонятно. Сказала: Марьянка, дура, от счастья своего отказалась, а по мне так в самый раз… Не жалеешь, что сбежала?

- Нет, не жалею.

- А выглядишь плохо. Не обеспечивает муж – то любимый? – усмехнулась Варя.

-  Муж мой на войне, потому и не обеспечивает…

- Понятно. Хочешь, я с отцом о тебе поговорю? Может, он тебя простит и денег даст… столько лет уж прошло…

- Не надо, не говори ничего, он на тебя рассердится.

Варвара купила у Марьяны шаль, и посмотрела на сестру сочувственно.

- Жалко мне тебя, дуреха.

- А жалеть меня не надо, Варя. Себя пожалей. У меня - то сынок от любимого человека растет. А ты столько лет замужем за стариканом живешь, а ребеночка – то все еще нет. Так ведь?

Варя вспыхнула, глаза опустила. Больная тема для нее – отсутствие детей.

- Что? Весело тебе в клетке золотой, а, Варя?

- Не очень – тихо проговорила Варвара – до свидания, Марьяна.

- Прощайте, Варвара Антоновна…

«Зато шаль у меня купила, и торговаться не стала, из жалости взяла. Всегда была жалостливая, Варька – то» - подумала Марьяна, глядя ей вслед.

Марьяна, собрав свои вещички в узел, отправилась домой. У ворот ее окликнул мужичок.

- Ты, что ли, Кузьмина Марьяна Антоновна, будешь?

- Я, а что?

- Дело у меня к тебе. Я – уполномоченный из управы. В дом-то войти можно?

Марьяна растерялась, но мужика в свой подвал впустила, раз уж он уполномоченный по важному делу.

- Извещение Вам принес, Марьяна Антоновна, читать - то умеете?

- Умею – Марьяна вдруг почувствовала неладное, схватила извещение из рук мужика, пробежала глазами по строкам. «Ваш муж Кузьмин Иван Иванович… погиб 21 января 1915 года…» Буквы поплыли перед глазами, ноги подкосились.

- Погиб? Как погиб?

- За веру, царя и отечество сложил свою жизнь твой муж – вздохнул мужичок – ты только в обморок не падай, распишись, что получила извещение, да пойду я…

Марьяна торопливо поставила свою подпись на бумажке. Мужичок ушел, а она упала на кровать и лежала, тупо глядя на закопченный потолок. Вспомнила, что недавно сон видела, тот же, что и девять лет назад – Иван уходит от нее и проваливается в яму…

С верхнего этажа спустилась тетка Анна.

- Что с тобой, Марьяна? Чего лежишь – то? Заболела что ли?

- Ваня погиб – проговорила Марьяна устало.

- Ой, беда какая! – запричитала тетка Анна, тогда и Марьяна завыла по – волчьи.

Вскоре соседи из ближних домов узнали про ее горе. Приходили, сочувствовали, приносили кто хлеба, кто молока, кто сала кусочек, жалели молодую вдову. «Двадцать один год, а жизнь уже закончилась, все, больше ничего не будет, хорошего ждать нечего» - думала Марьяна, и валялась в кровати несколько дней. Сын Федя находился в комнате тетки Анны, пока его мать спала в подвале, и таяла на глазах. Снились страшные сны про войну. Окопы, грязные солдаты, жуткие железные чудища ползают по полям и изрыгают огонь, едкий газ расползается по земле…

«Погиб защищая Веру, Царя и Отечество» - гудело в голове под колокольный звон. «Ваня! А кто меня защитит?!» - кричала она. Проснулась, кто-то копошился в подвале, топилась печь, варилась на плите картошка, Марьяна приоткрыла глаза, какая – то молодая женщина хозяйничала в ее комнатушке.

- Кто ты? – тихо произнесла Марьяна.

- Проснулась – таки. Вставай, Марьяна, хватит бока отлеживать, ужинать будем. – ответил какой – то знакомый голос из прошлого.

- Я не хочу…

- Не хочу, через не хочу. Ты что от голода умереть решила? А про Федю не подумала? У него кроме тебя нет никого, в приют попадет… Ты этого хочешь?

- Нет, не хочу… я встану, потом…

- Нет никакого потом, вставай сейчас! – скомандовала непрошенная гостья – Марьяна, ну вставай. Ты меня не узнаешь, что ли? Я Ольга, Ольга Аристова…

Ольга – «хромоножка», золовка несостоявшаяся, сестра Прохора Аристова.

- Ольга? Как ты здесь оказалась?

Любопытство подняло Марьяну с кровати, она села и уставилась на Ольгу.

- Очень просто, встретила случайно Варвару Антоновну, она про тебя рассказала, я пришла, а тут такое… Давай, за стол садись, картоха как раз поспела, поедим, я тебе про себя расскажу, про деревню нашу. Жизнь – то продолжается – говорила Ольга, и Марьяна послушно поплелась к столу.

- Я из деревни три года назад уехала, в прогимназии учусь на учительницу – сообщила Ольга.

-  Как это? Отец тебя из дома отпустил?

- Я ему сказала, не отпустишь, убегу, как Марьяна… Он рукой махнул, вот молодежь пошла, совсем обнаглели, зачем девке учиться? Замуж надо выходить… Я говорю, кому я, хромоногая нужна? Деньги твои нужны, да. А сама я не нужна и даром. А выучусь, работать буду, не стану на шее сидеть ни у тебя, отец, ни у Прохора… Прохор – то знаешь, на Лукерье женился, она теперь у нас дома всем заправляет, как хозяйка. С ней Прошка такой жадюга стал, все твердит, тут все мое, я единственный наследник у отца.