Колечко для наследницы

ГЛАВА 2 Советы и дружба. Зачем это нужно?

Каждый день, невзирая на сложности, мы читаем и слушаем...

Новости

Яркие жёлтые лучи Адапи скользят по листве за тонким слоем прозрачного трипслата и бликуют, отражаясь от маленьких капель, оставшихся после утреннего дождя. Расцвечивают радугой белый корсаж моего платья и ласково согревают кожу на руках, где ткань совсем лёгкая, воздушная. В такую погоду хочется гулять, а не сидеть в душной классной комнате под надзором чопорной и весьма придирчивой наставницы Гренны. Именно она ведёт у меня курс политической истории.

— Я вас слушаю.

Строгий голос заставляет меня переместиться от окна в центр помещения, собраться, сосредоточиться и, выбросив из головы посторонние мысли, начать говорить:

— Империя образована триста пятьдесят лет назад как экономический союз звёздных систем Фиссо и Эфус.

Отступаю на шаг, чтобы оказаться рядом с картой и указать рукой на нужные объекты.

— По сути — это закреплённое династическим браком либо возможностью его осуществления территориальное объединение планет локального звёздного скопления, изолированного от второго внешнего рукава Галактики довольно обширной зоной пустого космического пространства. В скоплении насчитывается сто тридцать миров.

Посмотрев на Гренну, которая, подперев кулаком морщинистую щёку, молча слушает доклад, я снова поворачиваюсь к карте, чтобы мои слова не казались пустыми заученными фразами.

— Три из них населены негуманоидными формами жизни, одна — гуманоидной, но лишённой способностей, остальные — цивилизациями, различающимися по расовым способностям и внешним признакам, но с высокой долей вероятности имеющими общих видовых предков. Однако существование такового вида на какой-либо из планет в настоящее время не доказано. Вся собранная по этому вопросу информация находится в отдельной папке, — поясняю, заметив, как хмурится Гренна, просматривая мои записи. И лишь когда она кивает, обнаружив искомое, продолжаю:

— Сейчас Объединённые территории включают в себя семьдесят четыре звёздные системы, семь из которых вошли в состав империи за последние десять лет, что существенно опережает темпы расширения границ до двухсотого года, когда прирост составлял менее одной цивилизации за тот же период. Расчёты и графики имеются в приложении.

И снова жду, пока блёклые голубые глаза, лет сто назад, несомненно, имевшие насыщенный синий цвет, изучат плоды моих трудов, а грубоватый голос разрешит:

— Дальше.

— Со времени основания империи шесть планет находились в статусе столиц, а их правители в статусе императоров, средняя длительность правления которых составляет около шестидесяти стандартных лет. Функционал императора направлен на координацию торгово-экономических связей, обеспечение мирного урегулирования вопросов взаимодействия планет в составе Объединённых территорий и организацию защиты от внешней угрозы, которую несут неприсоединившиеся миры, при этом полномочия императора не затрагивают внутриполитических отношений на самих планетах, за исключением случаев, когда таковые несут непосредственную угрозу стабильности империи.

Замолкаю, решив не вдаваться в подробности. Всё же у меня реферат, а не диссертация. К тому же мой коммуникатор уже несколько раз вибрировал, а я, пока Гренна не закончит занятие и меня не отпустит, не могу сообщение даже просмотреть.

— Ну что ж... Удовлетворительно, — выносит вердикт наставница. — Вы забыли упомянуть про наследниц, которых было столько же, сколько и столиц. А также про их уникальную способность накапливать и передавать расовые признаки по наследству, которой больше никто не имеет.

— Я сделала это намеренно, решив, что этот аспект в большей степени касается биологии, нежели истории, — объясняю, стараясь сохранить внешнее спокойствие. Замечание действительно кажется мне притянутым за уши.

— В науках не бывает чёткого разделения сфер изучения. Взаимосвязи и интеграция встречаются повсеместно. Мне жаль, что вы этого не учли. Надеюсь, к следующему заданию вы подойдёте с позиции большей широты восприятия, — нравоучительно выговаривает Гренна, аккуратно складывая материалы, разложенные на столе.

— Я постараюсь, — послушно отвечаю. Доброжелательно и миролюбиво, хотя хочется мне спорить, доказывать… Однако, если начну это делать, урок быстро точно не закончится. Плюс в наказание за строптивость Гренна родителям на меня наябедничает. Скажет, что я её профессиональное мнение не уважаю и препираюсь. Папа, как обычно, отнесётся к этому спокойно, а вот мама... Мама будет долго читать нотацию. Так что лучше уж я несправедливые упрёки сейчас потерплю, чем потом.

Однако наставница отпускать меня никак не желает. Самым тщательным образом, долго разбирает новое задание, которое мне предстоит выполнить. И это при том, что не может она не видеть моё нетерпение! Я же и с ноги на ногу переминаюсь, и вздыхаю, и отвечаю односложно... Никак понять не могу, то ли у неё характер такой дотошно-скрупулёзный, то ли она отчего-то лично меня невзлюбила и потому пытается вывести из себя.

Спасает пришедшее теперь уже на её коммуникатор сообщение. Едва бросив взгляд на запястье, Гренна в две минуты излагает всё то, что, несомненно, планировала обсуждать не меньше часа. А в завершение совсем ошарашивает:

— С завтрашнего дня у вас маленькие каникулы, так что с тем, о чём я только что говорила, вы начнёте работать, когда они у вас закончатся.