Коллапс Утренней звезды. Тёмная материя (предыстория)

Глава 4

19 марта 2424 г., четверг, 06:46

Этой ночью Лучезар опять практически не спал. Стоило ему опустить веки и начать проваливаться в дрему, как перед ним, словно два глаза, открывались два одинаковых шлюза в космос, а за ними, вместо тьмы пространства пылал огонь. То горела станция "Утренняя звезда", освещаясь ослепительными, смертельно красивыми цветами взрывов. Он пытался отступить от этого кошмара, пятился, но его башмаки намертво примагнитились к полу. А чудовищные глаза смотрели куда-то за его спину. Лучезар оборачивался, и… удар в грудь изнутри будил его. Он просыпался в холодном поту, с колотящимся сердцем. Глотал очередную таблетку из блистера, данного ему Келдышем. Чувствовал временное облегчение, засыпал, но кошмар повторялся, и он снова подскакивал на кровати. В итоге к утру блистер опустел, а Горский чувствовал себя так, словно его всю ночь били ногами в сапогах от тяжелых штурмовых комплектов.

Не дожидаясь сигнала утреннего таймера, Горский сполз с кровати, принял ультразвуковой душ, надел свежую форму и попытался привести себя в минимальный порядок. Однако отражение в небольшом зеркальце ясно говорило, что обмануть ни себя, ни команду не получится. Он должен был казаться сильным и уверенным. Кто, если не он? Команда рассчитывала на своего руководителя, на гордость Космофлота, на умницу и первого красавчика… Впрочем, сейчас красавчиком Горского можно было назвать только с большой натяжкой, а умницей он себя и вовсе не ощущал. Не говоря уже о гордости.

– Галатея, как я выгляжу? – скривившись, Лучезар изучал в зеркале свое помятое отражение.

Искин ответил, как всегда, бодро и охотно:

– Вы великолепны, доктор Горский.

– В самом деле? – он недоверчиво покосился на камеру, тихо жужжавшую в углу каюты. – Мне казалось, что машинный интеллект не умеет врать. Впрочем, ладно. Это сейчас не важно. Что у нас со связью, Галатея?

Горский вышел из своей крошечной каюты-трансформера.

– Связь с Землей по-прежнему отсутствует, внутристанционная связь ограниченно функционирует.

– Вот как? – Горский даже остановился на мгновение, ошарашенный этой новостью. – И насколько велики ограничения?

– Отсутствует связь с туристической зоной.

Лучезар облегченно выдохнул:

– Это не критично. Нам пока не до туристов, турзону пока не расконсервировать.

– Она уже расконсервирована, – СИИА доложила, как ни в чем не бывало.

– По чьему приказу?!! Почему я не знаю? – Лучезар вспылил, понимая, что злиться он должен только на самого себя. Он должен был об этом узнать и проконтролировать.

– Турзона расконсервирована практиканткой Поповой. Она совершила очередной нерациональный поступок. Верно, доктор Горский?

Горский только за голову схватился. Проговорил негромко:

– Верно. После завтрака я сам лично опечатаю турзону, и ты мне в этом поможешь, Галатея.

– Разумеется, доктор Горский. Ассистировать вам – моя обязанность. Это доставляет мне огромное удовольствие.

– Что это тебе доставляет? – Лучезар поднял глаза к потолку, проходя мимо очередной камеры. Камера с легким жужжанием повернулась за ним вслед. – Час от часу не легче. Но с твоим базовым кодом мы разберемся позже, а сейчас есть более срочные проблемы.

19 марта 2424 г., четверг, 11:02

После завтрака до туристической зоны руки у Горского так и не дошли.

– Лучезар Эдуардович, – у нас… хм, проблемы, – Борис Кац тоже выглядел невыспавшимся и недовольным.

– Что еще, Борис? – Лучезару казалось, что он уже был готов к любым неприятным новостям.

– Система мониторинга зафиксировала несколько скачков температуры в пределах жилых отсеков.

– Сильные скачки? – сам Горский колебаний температуры не ощутил.

– Неприятные, – Кац скривился. – Температура быстро приходит в норму, но падение резкое и ничем не обоснованное. Утечек во внешнее пространство я не фиксирую.

– Пусть Попова этим займется, это ведь ее прямая обязанность, – Горский изобразил строгую мину. – Где она кстати?

– Уже с утра выполняет свои прямые обязанности, – астрофизик хмыкнул, но комментировать распоряжение старшего не стал.

– Хорошо. О результатах пусть доложит мне лично, – Лучезар кивнул, сделав вид, что не заметил кривое лицо коллеги.

– Да, непременно. Вы позволите вопрос, командир?

Горский повернулся к Кацу, недоуменно нахмурившись:

– Конечно, Борис. Помнится, я уже говорил, что мы коллеги, а не…

– Я лишь выполняю ваши приказы, – астрофизик снисходительно скривил губы, – и потому стараюсь соблюдать субординацию.

Лучезар скрипнул зубами и сдержанно кивнул.

– Нам необходимо уведомить диспетчерскую Космофлота о наших проблемах. Связи нет. Что мне делать, командир?

Повисла пауза. Горский только сжимал зубы, играя желваками на скулах. Наконец, он ответил:

– Я подумаю над этим, Борис. Мы с СИИА попробуем решить эту проблему. Если повреждений в приемнике-передатчике нет, значит, проблема в программном обеспечении. Я найду ее.