Коллекционер душ. Книга 3

Глава 6. Портал в парке Горького

Дверь передо мной захлопнулась.

Еще некоторое время я стоял в коридоре, пытаясь подобрать слова, чтобы постучаться в кабинет и попытаться переубедить завуча. Но, в конце концов, решил, что если буду настаивать на своем сейчас, то только сильнее разозлю. Нужно взять паузу и все хорошенько обдумать.

Еще на уроке, перебрав все варианты в голове, я сообщил друзьям-аристократам, что планы меняются. Вернее все остается также, только теперь Яблоньскому с Клаус придется выслеживать Кипятка без моего участия. А вот донести на него Мирославе Игоревне, вновь буду должен я. На этом мы и условились.

После школы я направился на тренировку, где мне пришлось сообщить новому тренеру, что завтра принять участия в турнире я не смогу. Объяснил ситуацию. Геннадий Рудольфович отнесся с пониманием. А после того, как я проявил себя на тренировке, он добавил, что, если Динамо выйдет в плей-офф, он ждет меня на стадионе в воскресенье. Я согласился.

В конце очередного насыщенного дня я шел домой с мыслями о том, что в итоге все получилось не так плохо. Проблема Штыря решена. Так или иначе я ожидал от него какой-нибудь подставы в самый неподходящий момент. А теперь… Не думаю, что гопник вообще в ближайшее время вспомнит обо мне. С Кипятком тоже все под контролем. На этот раз он точно не догадается, что за ним кто-то следит и, наконец, выдаст себя.

Снег хрустел под ногами с каждым моим неторопливым шагом в сторону дома.

Я остановился у припаркованной на обочине девятки и заглянул в боковое зеркало. Улыбнулся, убедившись в том, что я все-таки ребенок. Почему-то на мгновение я перестал верить в то, что вернулся в собственное детство.

– Как же мне повезло, – хмыкнул я и на всякий случай обернулся, чтобы посмотреть, что никто не услышал.

Подходя к своему дому, я обратил внимание на то, что у моего подъезда припаркован автомобиль. Фары выключены, но мотор работает. Пассажирская дверь машины распахнулась, когда я пытался проскользнуть мимо.

Внутри сидел Германн.

– Здравствуй, Константин, – сказал он.

– Здравствуйте, Аввакум Ионович, – я снял пейджер с пояса, чтобы посмотреть на время. Не работает. – Не ожидал вас встретить в своем дворе так поздно.

– Ты не читал сообщение от меня? – аристократ включил свет в салоне.

Я постучал по экрану устройства и посетовал:

– Кажется, батарейка сдохла…

– Теперь ясно, – Германн отодвинулся к дальнему окну. – Садись. У нас мало времени.

Я нахмурился.

– Куда вы хотите меня увезти?

– Ты все еще горишь желанием освободить свою сестру? – аристократ дружелюбно улыбнулся. Так, как улыбаются взрослые, когда дарят ребенку подарок, который он давно просил.

– Но… – недоверчиво протянул я. – Вы сказали, что на подготовку понадобиться пару недель?

– Элаиза приходила ко мне. Сказала, что вы заключили контракт.

Я не ответил. Тогда аристократ продолжил:

– Я провел пару встреч и у меня получилось ускорить процесс.

Вот она. Мотивация. Старик так хочет вернуть собственную дочь, что, я боюсь, перестал здраво мыслить. Но кто я такой, чтобы винить его в этом? Я не меньше хочу освободить свою сестру.

Только мне хочется знать, насколько тщательно все продумано. Сколько займет путешествие? Вернусь ли я оттуда? Черт. Мне нужно хотя бы привести свои дела в порядок на тот случай, если это приключение окажется последним в моей второй жизни.

– Вы уверены, что все продумали? Не с палкой же отправляться на ту сторону, – скептически произнес я.

– Не переживай, Константин, – снова улыбнулся он. Старик явно пребывал в хорошем расположении духа. – Я хочу, чтобы вы вернулись оттуда не меньше, чем отправить вас туда.

Ладно. Германн всегда казался мне адекватным. В конце концов, если меня что-то не устроит, я всегда могу развернуться у самого портала.

– А что на счет школы? Мне нужна хотя бы справка о болезни.

– Если все получится, ты будешь дома уже сегодня вечером, – спокойно ответил аристократ. – Пожалуйста. Садись. Мы теряем время.

– А сколько сейчас?

– Восемь.

– Дайте десять минут. Я переоденусь в удобную одежду и спущусь, – попросил я, вспомнив, что на той стороне жутко холодно.

– Хорошо, – кивнул аристократ.

Энергично покачав головой, я пообещал вернуться как можно быстрее и побежал наверх.

Забежал в квартиру. Сбросил в прихожей спортивную сумку и рюкзак. Брюки, пальто, рубашку и галстук кинул на кровать матери до лучших времен. Открыл советский лакированный шкаф и впервые за все время внимательно осмотрел одежду, которая у меня была. Вытряхнул ее с полок на пол.

Джинсы. Черт. Слишком длинные. Придется подогнуть снизу. Вот так. Пойдет?

Нет. Под них лучше надеть вторые штаны. Там холодно, а трико у меня еще нет. Значит в эти времена под джинсы я еще надевал вот эти спортивки. Точно. Даже ремень теперь не нужен.

Что сверху? Этот свитер с оленями. Шерстяные носки под кроссовки. Болоньевые перчатки. Шапка и вот эта куртка. Не презентабельная. Советская. Даже не помню от кого досталась. Но в ней удобнее, чем в огромном пуховике. Вроде все.

Я выбежал на улицу и загрузился в машину Германна.

– А где Аввакум Ионович? – я с удивлением обнаружил, что на заднем сиденье никого не оказалось.

Миша – охранник аристократа, – включил фары и переключил передачу.

– Он приедет уже на место, – сказал водитель.

Хоть мне и показалось это немного странным, я забил. Только пожал плечами, закрыл глаза и навалился на спинку сиденья.

– Поехали.

Уже через полчаса мы припарковались у старого-доброго парка «Горького». Одного из трех парков аттракционов в нашем городе.

– Сейчас я открою ворота, чтобы можно было заехать, – сказал Миша, выходя из машины. – Жди здесь.

Я кивнул и уставился в окно.

Сквозь забор, состоящий из внушительных железных прутьев, я разглядел аттракцион «Орбита». Мой самый любимый в этом возрасте. Чуть подальше «Сюрприз». Ну и, конечно, «Автодром». Что примечательно, почти все они сохранились до двадцать первого века. Всего лишь претерпели некоторые изменения.