Коллекционеры сердец.

1.

Елена.

Сумки с вещами уже ждали, когда их загрузят в машину. Подозреваю, что продукты находятся в стадии последнего вздоха без холодильника, но, кажется, это никого не волнует, кроме меня, потому что родители опять ругаются. Громко и не стесняясь в выражениях.

Я присела за кухонный стол и уронила голову на согнутую в локте руку, наблюдая за женщиной и мужчиной. Моя мама гневно размахивала одной рукой, а второй держала бокал вина, словно он был ее щитом от нападок отца. Я потеряла нить их спора минут пять назад, потому что конфликт возник из ниоткуда. Собственно, как и всегда.

— Ты правда считаешь, что права?! — Лицо папы побагровело от злости, он сжал кулаки, будто готовится к удару, но я знала, что он ничего не сделает. По крайней мере, на моих глазах.

— Тебе напомнить, что я адвокат? Я всегда права!

— Я тоже адвокат, Марина, и именно по бракоразводным делам!

Я закатила глаза. Одна и та же пластинка уже второй год подряд. Мои родители развелись, но до сих пор делят совместно нажитое имущество, будто картины или дорогие статуэтки — это действительно важно. Хотя я знаю, что каждый из них просто хочет насолить другому.

Стрелки на часах стремительно неслись вперед. Начинается час-пик, будут огромные пробки, мы застрянем на дороге, но родителям на это плевать. Только я не выдержу с ними в одной машине еще несколько часов.

— Мам, пап? — подала я голос, откашливаясь. Меня никто не услышал. — Мам! Пап! — позвала я громче.

— Что, Лен? — раздраженно отозвалась мама и посмотрела в мою сторону. Я выпрямилась, принимая оборонительную позицию, чтобы меня ни за что не зацепили ее слова.

— Пора ехать, пока еще не такие большие пробки. Да и еда стухнет…

— Да, крольчонок, поехали, — папа хлопнул в ладоши и схватил ключи от машины, будто только и ждал повода, чтобы сбежать из этого дома. Я его понимаю.

— Витя, мы не договорили! — Мама с грохотом поставила бокал на столешницу, от чего я вздрогнула и поднялась на ноги.

— Продолжим в машине, если захочешь.

Отец поднял мои сумки и вышел на улицу, я направилась за ним. Мне хотелось попросить маму остаться дома, чтобы провести несколько часов в дороге в тишине и спокойствии, но я знала, что женщина воспримет мою просьбу, как предательство. Подумает, что я встала на сторону отца, выбрала его, а ее выкинула, как ненужный мусор. Но это не так. Я не выбирала кого-то одного, я любила их одинаково, но по-отдельности, потому что вместе они были ядерной смесью. Ядом, который отравлял всех вокруг. И меня зацепило сильнее всего.

Папа загрузил все в багажник, я села на заднее сиденье, мама заняла пассажирское кресло. Мы наконец-то двинулись в сторону университета. Скоро начнется мой третий год обучения, чему я, как ни странно, рада. Во-первых, мне нравилось учиться. Во-вторых, там мне было в разы спокойнее, чем дома. Общежитие стало моим убежищем, в которое хотелось возвращаться. В отличие от других студентов, возвращение к учебе я не воспринимала, как участь. Это не было моим наказанием, я любила маленькую комнатку, которую раньше делила со своей лучшей подругой Вероникой, пока она не съехала к своему парню Паше. Я любила коридоры учебного заведения с бесконечным количеством дверей и аудиторий. Любила ходить на танцы в свободное время, чтобы разгрузить голову. Любила гулять по городу с красивой набережной и большим количеством зелени. Любила все, что было далеко от моих родителей, с которыми мы виделись только на каникулах. И два месяца лета показались мне настоящей пыткой, которая наконец-то закончилась. Ну почти.

— Хорошо, ты хочешь забрать антикварное зеркало из Италии. Прекрасно! — Мама всплеснула руками. — Но я оставлю себе тот фарфоровый сервиз из Парижа.

— Но это я его покупал!

— А зеркало ты дарил мне!

— Это всего лишь зеркало, Марина!

— А это всего лишь посуда!

Я еле сдержала стон недовольства, прикусывая губу.

— Вы можете хотя бы один день провести без ссор? Пожалуйста! — Я не выдержала. Я уезжаю до Нового Года, но им совершенно плевать. На первом месте у моих родителей не я, а деление имущества.

— Твой отец невыносим, так что все претензии к нему!

— Ты шутишь? — мужчина едко усмехнулся.

— Ты первая начала этот разговор.

Ну все, второй раунд споров сейчас начнется. Я бросила попытки примерить их и достала из сумки наушники. Включила музыку, закрыла глаза и отключилась от реального мира. Сквозь любимые песни не просачивались грязные слова, которыми обливали друг друга самые родные в моей жизни люди. Это позволяло мне хотя бы представить в голове, что все нормально. Что мои родители не развелись на самом деле, а счастливы, как было раньше, хотя с каждым годом приятные воспоминания стираются из головы. Их место занимают свежие образы их вечных ссор.

Через несколько часов мы приехали на парковку у общежития. Я выскользнула из машины вслед за родителями. Папа помог занести сумки в мою пустующую комнату, и мы втроем встали посередине, тупо пялясь друг на друга. Первая ко мне подошла мама и заключила в свои теплые объятия.

— Хорошего учебного года, моя крошка, дома без тебя будет совсем пусто, — это было не совсем правдой. Недавно мама встретила мужчину, с которым теперь проводила практически все свои вечера, так что он без особого труда заполнит пустоту моего отсутствия.

— Крольчонок, буду ждать тебя на Новый Год у себя, хорошо? — Отец звонко чмокнул меня в щеку.

— В каком смысле «у тебя»?! — мама ощетинилась и повысила голос. — Мы же договаривались, что в этом году будем праздновать у нас!

— Боже… — У меня чесались руки, чтобы выгнать их из комнаты как можно быстрее, потому что сил на перепалки уже не осталось.

— Поговорим позже об этом, — папа отмахнулся и снова посмотрел на меня с теплотой в синих, как океан, глазах. — Пиши и звони как можно чаще. И проси, если что-то будет нужно, не стесняйся.

— Хорошо, спасибо, — я через силу улыбнулась родителям, и они, в последний раз меня обняв, ушли.