Коллекция Молчания

Глава 1: Осколки Гармонии

Туман в Порт-Грейсе был не явлением природы, а состоянием души. Густой, солёный — он въедался в стены старых викторианских домов и в сознание тех, кто осмеливался здесь остаться.

Лина Ройс вернулась не по своей воле — её призвал труп.

Антиквар Кристофер Беннет лежал в своей лавке «Реликвия», горло перерезано, а голова покоилась на пустом футляре от виолы да гамба XVII века.
Инструмент исчез.

Лина — журналистка с «проклятым» даром: она слышит то, что скрыто.
Тик старых часов был для неё криком.
А шёпот прилива — леденящим душу плачем.

И вот снова этот холодок вдоль позвоночника. В памяти всплывают другие смерти:

• 1987 — Артур Феллс, её учитель скрипки. Убит собственным смычком.
  Исчезла скрипка Гварнери.

• 1998 — Элинор Брайт, коллекционер. Задушена струной виолончели.
  Исчез инструмент Монтаньяны.

• 2009 — Маркус Торн, скрипач. Отравлен ядом на трости смычка.
  Смычок исчез.

• 2024 — Беннет. Виола да гамба.
  Исчезновение. Смерть. Повтор.

Интервал: 10 лет.
Инструменты: редкие. Из легендарной Коллекции Вандерлинов, сгоревшей в театре «Гармония» в 1882 году.
Они исчезают после смерти владельца.

В музее «Морские Дары» под стеклом — её останки: обугленные, чёрные щепки.

Профессор Кроу, хранитель городских тайн, рассказывал о пожаре — в его глазах жила неподдельная боль:

«Граф Себастьян Вандерлин запер жену — Амели, виолончелистку, и её любовника — Эмиля Фабера, в горящем театре.
Сам бросился в пламя.
Коллекция погибла.»

«Но одна виолончель уцелела, правда?» — спросила Лина.
«Голосница» Амели?

Кроу сжался.

«Сказки старух. Всё сгорело.»

Но стоило Лине коснуться стекла витрины — звук ударил в голову:
З-З-ЗИНЬ! — тонкий, резкий, как треск хрусталя.
Кроу не слышал ничего.
Только пожал плечами и покачал головой.

Мастерская Ирины Петровой пахла старым деревом, лаком… и безумием.
Реставратор — женщина с лицом призрака и глазами, будто вырезанными из тёмного стекла, — казалась высеченной из того же серого камня, что и её дом на Крайней улице.

«Виола Беннета?» — Лина осторожно бросила приманку.

В глазах Ирины вспыхнул голодный огонь.
Она впустила Лину в царство застывших звуков:
сотни сломанных инструментов ждали воскрешения.

«Она спит…» — прошептала Ирина, глядя на тяжёлую занавеску в углу.
«Не буди её.»

Гуууууум…
Звук — низкий, плотный, вибрационный — ударил Лину в грудь.
Он шёл оттуда. Из-за занавески.

«Кто там? Голосница?» — шаг вперёд.

Ирина взвыла:

«УБИРАЙСЯ! Она не любит чужих!»

Занавеска дрогнула.
ГУУУУУМММ! — волна звука швырнула Лину на стеллаж.
Зазвенели струны. Всё вокруг откликнулось как живое.

Она выскочила в туман — и столкнулась с Лео Блэквудом, молодым музыковедом с тревожным взглядом.

«Ты была у Ирины? Что случилось?»

Лина дрожала. Её взгляд снова скользнул к мастерской.

«Там… что-то есть. И оно хочет молчания.
Навсегда.»