Коллизия

Глава V: Встреча

Сначала пришло сознание холода. Пронизывающего, костного, впившегося в позвоночник и разлившегося по жилам свинцовой тяжестью. Потом — боль. Не острая, а тупая, размытая, будто всё тело перемололи в ступе. Она пульсировала в висках и сходилась в один огненный узел где-то ниже рёбер.

Рюган открыл глаза. Над ним был не звёздный полог, а низкий потолок из переплетённых ветвей и пожухлой листвы. Он лежал на чём-то мягком — на подстилке из папоротника и мха. Воздух пах сыростью, дымом и… странной, горьковатой сладостью трав.

Он попытался пошевелиться. Мышцы не слушались, отзываясь пронзительной вспышкой в животе. Память хлынула обрывками: красная аура, искрящиеся клинки, восхищённое лицо Кассиана и его уходящий силуэт в сумраке леса...

Знакомая ярость попыталась поднять голову, но увязла в трясине слабости. Вместо неё пришло другое — леденящая, тошнотворная пустота поражения.
«Значит,я всё ещё слаб...» — мысль пронеслась тихим, горьким эхом.

Снаружи послышался шорох, а затем лёгкий, почти неслышный шаг. В проёме, служившем входом в это импровизированное укрытие, появилась фигура.

Это была девушка. Лет двадцати. Её тёмные, почти синие волосы были коротко острижены, а в пронзительных серых глазах светился холодный, аналитический интерес, как у учёного, рассматривающего редкий экспонат. Она была одета не в одежду путешественника, а в практичный комбинезон, запачканный землёй и пятнами отваров, с множеством карманов. В руках она держала деревянную чашу, откуда поднимался едкий пар.

— О, живёхонек, — произнесла она. Голос был низким, ровным, без тени волнения или сострадания.

— Кто… ты? — хрипло выдавил Рюган. Его собственный голос звучал чужим и разбитым.
—Элис. Собиратель. И по совместительству — твой невольный благодетель на ближайшие дни. — Она присела на корточки рядом, не спуская с него расчётливого взгляда. — Пей. Отвар из кровавника, зубчатки и коры ивы. Останавливает кровь, глушит боль и не даёт гною завестись в таких… внушительных царапинах.

Она поднесла чашу к его губам. Рюган инстинктивно отстранился.
—Почему? — спросил он, глядя на её бесстрастное лицо.
—Почему что? Почему помогаю? — Она слегка наклонила голову. — Во-первых, я искала в Лесу Теней редкий вид ночноцвета. Вместо него нашла целое поле битвы и одинокого юношу со смертельной раной и… Аурой. Ты светился, как маяк в тумане. Нельзя было игнорировать настолько ценную находку.

— Ты знаешь об ауре? — спросил Рюган с бессильным удивлением. — Когда я обучался, учитель сказал, что ею почти никто не владеет.
—Учитель? — Элис бровь поползла вверх. — Ну, в общем-то он прав. Если собрать всех, кто может сознательно манифестировать ауру, по всему миру наберётся от силы несколько десятков. Я же занимаюсь её изучением. То, что вы называете аурой, в моих трудах проходит как «манифестация внутреннего эквилибриума». — Она ткнула пальцем в направлении его живота. — И твой «эквилибриум» был катастрофически нарушен чужеродным паттерном. Красным, агрессивным. Из известных мне носителей с таким паттерном — только двое. Кадар и Кельдан. Оба — те ещё ублюдки. С Главой Нулевого Меридиана, Кадаром, ты драться не мог — ему тут делать нечего. Значит, Кельдан.

Она выпалила это так быстро и уверенно, что у Рюгана перехватило дыхание. Не от боли. От внезапной, ослепительной надежды.
—Ты… знаешь о Нулевом Меридиане? — его голос дрогнул.
—Знаю? — Элис усмехнулась, но в улыбке не было веселья. — Я составляю каталог маргинальных культов, манипулирующих эквилибриумом в ущерб носителям и окружающей реальности. Мой научный руководитель в Сирильской Академии считает их обычными идиотами, которые живут лишь благодаря тому что королю просто всё равно на них. Я же считаю их… не важно. А теперь пей. И рассказывай. Как ты оказался среди этого погрома? После твоих слов и я кое-что расскажу.

И Рюган заговорил. Сначала с трудом, обрывочно. Потом, по мере того как горький отвар притуплял боль и разжигал мысли, — быстрее. Он не выдавал всю правду, но выплёскивал осколки: деревня, огонь, отец в оранжевом сиянии, человек в тёмно-красной ауре с глазом и короной… годы тренировок, поиск хоть какого-то следа… и наконец, встреча в лесу. Кельдан. Его красная аура. Его слова. Его финальный удар.

Элис слушала, не перебивая, лишь изредка делая короткие пометки в потрёпанном блокноте.
—Интересно, — пробормотала она, когда он закончил. — Очень. Ты — человек необычный. Многое тебе пришлось пройти. И много информации ты вывалил. Похоже, тебе отчаянно хотелось ею поделиться.
— Интересно, чего это Кельдан решил перебить целый караван. Экономику королевства подорвать? — добавила она задумчиво.
—Он сказал… он мстил за девочку, — хрипло добавил Рюган.
—А, этическая мотивация. Ещё интереснее. — Элис отложила блокнот. — Ладно, с Кельданом всё ясно. На него, в принципе, плевать. Всегда был своевольным. Куда интереснее ты. Судя по рассказу, твой отец владел волей. А если так… — в её глазах вспыхнул тот самый холодный, хищный интерес. — Ты не представляешь, какой ты алмаз. Неогранённый, но потенциал… колоссальный.

— Почему? — спросил Рюган, чувствуя себя беспомощным котёнком, которого тычут носом в неведомые истины.
—Видишь ли, Рюганчик, — её голос стал наставительным, — обычным людям, чтобы почувствовать ауру, требуются годы медитации. А чтобы пробудить её — десятилетия. Некоторые не способны на это в принципе. Но дети, рождённые от носителей… вы получаете потенциал полностью сформированным ещё в утробе. Ваше тело помнит. Ваша аура знает. Пока один человек потратит десять лет на пробуждение, вы можете сделать это за неделю. Ваша задача — не открыть дверь, а научиться её отпирать. И первое, что нужно отпереть сейчас, — это твоя рана. Для пользователя ауры исцеление — дело техники. Плевое.