Колодец бесконечности. Цена таланта.

Глава 6. Санара.

Маленькие руки медленно ощупывали скрюченные пальцы. Сухая кожа, покрытая светло-коричневыми пятнами, напоминала старый пергамент. Вены темной паутиной исчертили руку вдоль сухих жил. Молодые ловкие пальчики мяли большую старческую руку, медленно подбираясь к запястью.

            - Оно кругом, - произнесла Санара.

            Она посмотрела на отца вопросительно. Диалькин утвердительно кивнул.

            - Я не справлюсь, слишком много боли.

            Санара перевела взгляд на благородную сеньору и уловила иронию в ответном взгляде.

            - Пако, я предупреждала, - произнесла та, обращаясь к пожилому мужчине, стоявшему позади ее кресла.

            Он положил крепкую руку ей на плечо, нагнулся, поцеловал ее короткие седые волосы и укоризненно посмотрел на Диалькина.

            - Вы же обещали, - сказал он, достал платок и коснулся им краешка своего рта, затем с хрустом сжал в кулаке и вернул в карман.

            - Я всегда держу слово, сеньор Навас, ребенку нужно учиться и вы согласились с моими условиями, - ответил Диалькин, делая пригласительный жест и указывая на кровать. – А теперь сядьте, пожалуйста, вы будете нас отвлекать.

            Мужчина озадачено и нехотя присел. Он не успел понять, что произошло. Горячая рука коснулась его затылка. Он всхрапнул, его голова откинулась назад, и Диалькин осторожно уложил обмякшее тело. Пожилая сеньора смотрела на происходящее с широко раскрытыми глазами и не обратила внимания, как Санара, кряхтя, подтолкнула к креслу роскошный пуфик, обшитый красным шелком с золотой вышивкой.

            - Я же предупреждала . . . - бурчала Санара, влезая на пуфик. - Они шарлатаны, Пако. . .

            - Что ты делаешь, - удивилась женщина.

            Санара приложила указательный пальчик к своим губам и поманила старушку. Та, не ожидая подвоха, нагнулась и тут же ощутила горячую ладошку на своем лбу.

            - Ага, получилось, - произнесла Санар, наблюдая, как голова старушки мотнулась.

            Тело сеньоры медленно завалилось на бок и стало сползать с кресла.

            - Пап, я тетю сломала, - пискнула Санара и отскочила в сторону.

            Диалькин подоспел вовремя. Он аккуратно подхватил старушку на руки и положил на кровать рядом с супругом. Санара подошла следом и встала подле отца.

            - И так, что ты почувствовала?

            - Если я правильно помню, ее болезнь называется ревматоидный артрит, а он неизлечим, - сказала Санара и посмотрела на отца. - Первые два раз были простыми, я даже спать не захотела, а эта сеньора … Я не смогу, лучше бы мы начали с котиков.

            - Я учился долго, но, к сожалению, у тебя нет времени.

            - Может, послушаем Маму, подождем, пока я вырасту, выучусь на врача, а уже потом начну колдовать помаленьку? – не отступала Санара, почесывая носик. – Боюсь я, папа, ой боюсь.    

            - Вспомни, как я учил тебя плавать, - произнес Диалькин и подошел к окну.

            Он задернул занавеси, затем повернулся к дочери и указал на дверь купе.

            - Неправильно, - ответила Санара, подошла к двери и заперла. – Детей в воду никто не бросает, без надувного круга. Это же травма на всю жизнь.

            - Но плавать-то ты умеешь, - сказал Диалькин и задернул вторую штору. - Какие она слова знает, "травма" . . . И в кого ты такая умница?

            - Мама утверждает, что в нее.

            - Кто бы спорил, - усмехнулся Диалькин, возвращаясь к кровати.

            Санара подошла к отцу и взяла его за пальцы. Он с любовью посмотрел на дочь и вдруг непонятно почему подумал, о том, что она никогда не капризничала, не визжала как дикий поросенок, требуя игрушку с полки магазина, или мороженое или другую сладость. В разъездах он многое пропустил и теперь жалел упущенных мгновений. Теплые мысли, пришли в неудобный момент. Он осторожно перехватил ее пальчики, и сжал маленький кулачек. Им обоим казалось, что холоднее рук в мире нет, хотя воздух вокруг начал плыть.

            - Как и договаривались, правые рука и колено тебе, левые мне, - сказал Диалькин, подхватив дочь на руки.

            - Ты забыл облизнуться и цокнуть языком по клыку, - произнесла она, раскинув руки. – Опускай! Я уже не маленькая.

            Левая рука Санары легла поверх нежнейшей шерсти укрывающей колено сеньоры, а правая рука коснулась изуродованных болью пальцев. Она закрыла глаза и представила, что тонкие ручейки тепла из ее рук начали перетекать в женщину, лежащую перед ней. Представила, как болезнь отступает, как восстанавливаются суставы, как уходят воспаление и боль.

            Вдруг, Санара осознала, что картинки из книжек, обрели реальность - живой человек превратился в сложнейший, но понятный многомерный пазл. Ручейки тепла излучаемые ее пальцами, помимо ее воли стали набирать силу, превращаясь в потоки палы.

            Яркий свет вырвался сквозь прореху в занавесях, пугая случайных наблюдателей.