Колодец бесконечности. Цена таланта.

Глава 17. Новый дом.

Они спустились на каменистый берег и, не спеша, стали удаляться вдоль отвесных скал, в сторону Кокмир Хейвена. С пролива дул прохладный соленый ветер. Иногда Малкольм останавливался, закрывал глаза, и слушать шелест волн. Он стоял, ощущая на щеках и шее касание ветерка, а когда хруст шагов Таймуса становился почти не слышным, открывал глаза и бежал следом. Он любил шум моря.

- Корабль скоро будет, - сказал Таймус и присел на ближайший камень. Малкольм, не снимая обувь, зашел в воду, зачерпнул руками и умылся. Таймус тем временем достал записную книжку и стал в ней, что-то записывать, изредка поднимая голову, и глядел на воду. Вскоре из волн показалось нечто и стало медленно приближаться к берегу.

- Мистер Роддерик, это за нами? – спросил Малкольм, изучая странное судно, больше походившее на спину гигантской рыбы.

- Да, – ответил Таймус, кашлянул пару раз, убрал записную книжку и поднялся с камня.

- Подводная лодка?

- Все сам увидишь.

От корабля отделилось суденышко поменьше и плавно двинулось к берегу. У линии прибоя лодка качнулась, на корме появился человек. Таймус махнул рукой и пошел навстречу прибывшему. Он хлопнул юного спутника по спине и позвал за собой.

Малкольм шел следом и не верил глазам. Он даже раскрыл рот, собираясь задать вопрос, но не успел.

- Малкольм, наш друг не совсем человек. Он язот. Постарайся не удивляться, если сможешь, – сказал Таймус.

Мальчик пытался подавить удивление и не мог оторвать взгляд, от стоявшего в лодке. Издали он напоминал человека, и только вблизи его удалось разглядеть получше. Тело незнакомца искрилось. Голый по пояс, он походил на живую скульптуру, украшенную миллионами драгоценных самоцветов. Так преломляла свет мелкая разноцветная чешуя. Его темную спину и почти белые живот и грудь покрывал рисунок, который менялся при каждом движении. Широкие шаровары прикрывали все ниже пояса.

Поражали глаза язота, большие и черные, словно стекла солнцезащитных очков. Аккуратный бугорок без ноздрей вместо носа. Широкие полосы жабр на шее едва подрагивали. Вместо ушей голову украшали большие перепонки. Начиная с затылка, через всю спину, проходил ровный плавник, который заканчивался где-то в шароварах.

- Попутного тебе течения, сын моря! – сказал Таймус и поднял руку вверх.

Он посмотрел на Малкольма, давая знак повторять за ним. Мальчик поспешно вскинул руку в приветствии, но так и замер. Он стоял и смотрел, а его рука покачивалась из стороны в сторону.

- Зачем парня пугаешь, Таймус? – раздался свистящий голос.

Язот, только что стоявший в лодке, вдруг оказался рядом, протянул Малкольму руку и произнес:

- Меня зовут Ваншар.

- Извините, я никогда не видел…, – прохрипел Малкольм и пожал протянутую руку.

Он откашлялся и уже увереннее, не разжимая крепкого рукопожатия, произнес:

- Малкольм.

- Парень боец, – просвистел Ваншар и, закинув голову, переливисто заклекотал, будто смеялся.

Наконец он отпустил руку Малкольма и повернулся к Таймусу. Они молча обнялись, как старые друзья.

- Ну что же, пора в путь, - просвистел язот, и уперся плечом в высокий нос лодки.

Они дружно толкнули суденышко от берега. Ваншар забрался в лодку, одним движением перебросил Малкольма через борт, помог Таймусу и, скинув шаровары, плюхнулся в воду. Четырехпалые перепончатые руки легли на корму, лодка развернулась носом к кораблю и резко набрала скорость.

“Насколько же он силен? – думал Малкольм, понимая, кто толкает лодку”

Он потрогал борта и ощущал, как тепло разливается по руке. Суденышко походило на бумажный кораблик; едва различимые швы, сгибы и никаких сидений. Пришлось сидеть на дне. Малкольм вопросительно посмотрел на Таймуса.

- Наша лодка живая! Вернее, это не лодка, это танкун. Он тоже из мира Яз как и наш друг.

“У берега я слышал скрежет песка по дну, он наверняка поцарапал брюхо, бедняга, – подумал Малкольм и тут же вспомнил как однажды, неудачно нырнул и животом пропахал каменистое дно, ему стало жалко танкуна”

- Тебя тошнит? – спросил Таймус. - Не хотелось бы портить воду при наших друзьях.

- Пожалуй, я пока воздержусь, - ответил Малкольм и ощутил, как по руке, которой держался за борт, пробежала новая волна тепла, и его охватило странное чувство спокойствия, звуки исчезли, казалось, что его поглотил океан.

Наваждение быстро прошло, и за эти мгновения, он понял, что танкун пытался общаться с ним.

- Я шучу, - улыбнулся Таймус. - Они знают, что многие люди не переносят

качки, так что не стесняйся.

Корабль приближался. Малкольм понял, почему судно имело такую странную форму. Над морской пучиной, лежала огромная рыбина. Она словно решила всплыть и погреться на солнце. Верхний плавник походил на рубку подводной лодки. Хвост рыбы-корабля лежал на поверхности, изредка погружался и снова всплывал.

Путешественники выбирались на хвост, и Ваншар оттолкнул танкуна от корабля, просвистев вслед. Борта суденышка раскрылись в стороны как цветок и распластались по водной глади, принимая другую форму. Танкун медленно погрузился в воду, затем всплыл и пустил струю воды в сторону Малкольма. Существо сделало круг и быстро ушло на глубину.