Колодец Желаний (обе части дилогии)

ГЛАВА 5. Да, без мечты нет крыльев, силы,

Три недели спустя

Эта ночь была особенно красива, наполнена до краёв густой темнотой, лёгким ветром и далёким мерцанием звёзд. Полная серебряная луна смотрела на меня снисходительно и печально сквозь открытое окно импровизированной "гримёрки", откуда на улицу то и дело непроизвольно падал взгляд, и я вдыхала полной грудью диковинный запах цветов, что росли под окном - сладкий, как никогда... В такие моменты, такие вечера и ночи, я вспоминаю дом. Маму и папу, которые не всегда понимали меня и не всегда стремились, но всё равно любили, школу, которую я так и не закончила, несбывшиеся детские мечты, собственную наивность, граничащую с глупостью, и ту девушку, которую я никогда не знала, но чьё место поневоле заняла. Надеюсь, с ней всё хорошо и она счастлива, где бы ни была. Я так старательно гоню от себя эти мысли, это холодное одиночество, но в такие уютные вечера, такие дивные ночи, они просыпаются с новой силой...

- Эй, с тобой всё в порядке? Тебе скоро выходить. - Чья-то маленькая тёплая рука коснулась обнажённого плеча.

В лицо дунул холодный порыв ветра, и я, вздрогнув, очнулась. Задумчивость задумчивостью, а руки знают своё дело: ресницы накрашены, подведены "стрелками", лёгкие золотистые тени в тон костюму подчёркивают яркость глаз, придавая им глубины и загадочности, а нижняя часть лица скрыта лёгкой, но плотной тканью в тон красивому, щедро украшенному танцевальному костюму величественного охристо-золотого цвета. Волосы, принявшие после обесцвечивания очень красивый, на вид натуральный золотой оттенок, расчёсаны до блеска. В ушах - длинные серьги, на запястьях звенят браслеты

- Да, - слабо улыбнулась я отражению обеспокоенной девушки, стоящей позади меня, - Всё в порядке, Лин.

Лина - розовощёкая темноволосая миниатюрная девушка с мелкой россыпью веснушек на чуть вздёрнутом носике (придававшем её лицу толику детской капризности), с пухлыми, красиво очерченными и яркими, как кораллы, губами, атак же озорными шоколадными глазами, пожалуй, была и остаётся самой миловидной в нашем коллективе. Впрочем, я тоже довольно красива.

- Не ври. Я вижу тебя насквозь, - забавно нахмурилась она, на что я лишь усмехнулась.

- Мне пора.

Выйдя из комнаты, я оказалась в другой, где, собственно, и находилась основная часть таверны. Она встретила меня приятным полумраком, потрескиванием огня в камине и свечей в изящных подсвечниках, пламя которых бросало причудливые отблески и тени на бордовую ткань штор и скатертей, от чего те казались кроваво-алыми. Посетители негромко переговаривались, один из нанятых мною музыкантов прекрасно играл на клавесине, создавая проникновенную атмосферу, унося тревоги.

• половиц, множество скрестившихся на мне предвкушающих взглядов, лёгкий взмах рукой, рождение новой мелодии... и все посторонние звуки стихли, делая каждую ноту особенно звучной, каждый вздох и взгляд-особенно горячим.

Танец - моя стихия. Мой дар, будь он неладен... Иногда мне теперь кажется, что живу я только здесь, на этой сцене, а всё остальное - не более чем декорации, сменяющие друг друга. Обычно в танце я обо всём забывала и от всего освобождалась, будто летя над залом, над миром - такую небывалую лёгкость при этом чувствовала. Но не сегодня.

Внезапно проснувшаяся боль тоски и одиночества кислотой разъедала душу, впивалась зубами в тело, и огонь страстного танца, казалось, лишь распалял её, раздувая большой пожар, справиться с которым мне не хватало сил. Быстрые, и от того особенно горькие слёзы застыли на ресницах, где-то в глубине глаз, в каждом движении - плавном, страстном, но режущем по сердцу такой же саблей, что в руках. Но только здесь, под сотнями взглядов, мне становится чуточку легче.

Надо отвлечься от мыслей и воспоминаний, сосредоточиться на чём-то. Или на ком-то?

Тело будто жило отдельной жизнью, а взгляд растерянно гулял по толпе жадно рассматривающих нас мужчин, пока не зацепился за одного.

Я даже не сразу поняла, почему именно он привлёк меня. Внешне не особо выделялся: русый с правильными чертами лица, нарочито небрежно уложенными волосами, в дорогом чёрном бархатном плаще, укрывшем широкие плечи. Красив, но среди присутствующих были и посимпатичнее. Мне понравились его глаза: серебристо-серые, но в то же время тёплые и завораживающие. Лёд и солнце. Знакомые глаза.

Присмотревшись, я с удивлением узнала в нём Гарда. Вроде бы он, такой же, каким был и при нашей последней встрече месяц назад, но в то же время... другой. Мурашки пробегали по коже, при взгляде на него, и мне сложно охарактеризовать это чувство... пожалуй, что-то подобное испытывает кролик перед удавом, не в силах сдвинуться с места, отвести глаза, замирает сердце, время вокруг. Тяжёлая, давящая аура власти.

Он сидел достаточно близко к сцене - вальяжно, словно хозяин мира. И смотрел только на меня. Но взгляд его не казался мне липким и неприятным, а скорее, ласкающим, будоражащим. И я, как мотылёк, вознамерившийся поиграться с огнём, игриво улыбнулась, глядя в глаза своей "жертве". Из головы вылетели все мысли, стало легче, и меня увлёк знакомый вихрь чувств.

Как губка, я впитывала эмоции, сторицей возвращая обратно. В этом танце боли не было. Была лишь всеобъемлющая страсть, абсолютная эйфория, огонь, завладевший каждой клеточкой души и тела, но уже не обжигающий, а согревающий. Вокруг меня безудержным вихрем вилась яркая длинная юбка, змеями извивались руки, тело, волосы, свободно струящиеся по спине. Я стала огнём, солнцем, игривым ветром... Счастлива и свободна в этом сияющем дорогом заведении, свободна так, что понимаю: это не более, чем иллюзия. Ну и пусть.

Гори, огонь, гори внутри,

В глазах сверкай большим пожаром!

Гори, огонь, кипи в крови,

Тебя всегда мне будет мало...

Взлетаю я, живу, танцуя,

Живу одной этой минутой,