Колыбель времени книга 2. Приют приговоренных детей.

Глава 2. Бессмертие не для великих людей

Эверилд какое-то время стояла на месте, любовалась взмывающим в небо снопом искр и тем, как первозданное дикое пламя пожирало балки, обрушая их на людей. Буйство стихии кружило голову. В такие моменты человеческая кровь обретала особый вкус, с легкой перчинкой. В этом страхе пенилось стремление выжить. Вампирша облизнулась, в голове зашумело, и она стремительным ветром вернулась к дому. Сквозь пламя увидела в окне отчаянно подающую знаки женщину. Эверилд прыгнула в огонь без раздумий.

Квартира горела вся, вход в коридор перекрыло пламя, окна тоже были атакованы огнем. Хозяйку не спасти, но можно упиться ее страхом и стремлением во что бы то ни стало выжить. Эверилд схватила женщину и впилась клыками в шею, позволяя ей умереть быстро. «Скольких людей я еще смогу спасти таким способом?» — Эверилд от недоедания сорвало крышу.

Вампирша услышала детский плач и скользнула на звук. В кровати стояла двухлетняя девочка и звала маму. Эверилд подняла ее как пушинку. Девочка закашляла, а вампирша всадила клыки в беззащитное горло. Малышка улыбалась, тихо умирая.

Пожар подошел слишком близко к детской комнате. «Надо уносить ноги, пожарные рядом», — подумала Эверилд и отшвырнула детское тело в огонь. Вкус молока в крови ребенка пьянил сознание.

Эверилд приблизилась к окну. Пламя бессильно стекало по ее телу, прокладывая себе путь. Гарь застревала в легких, не причиняя дискомфорта. Вампирша встала у окна и с улыбкой наблюдала, как суетливо бегают испуганные разбушевавшейся стихией люди.

Позади раздался грохот, и Эверилд вздрогнула, спиной ощутив чужое присутствие. «Кто-то из своих», — с уверенностью решила она и обернулась. В проеме стоял грузный мужчина с налитыми черными глазами.

— Пируете, Ваше Величество? — обратился он к королеве. Внешне вампир был похож на нахохлившегося ворона.

Эверилд мысленно выругалась и с достоинством ответила:

— Нет, спасаю людей. — Она прожигала незваного гостя равнодушным взглядом.

— Ну-ну! — он довольно усмехнулся.

— А вы что здесь делаете? Охотитесь на детей, мешая им выбраться из ловушки пламени? — Она кивнула на обескровленного младенца в руках вампира, тело малыша было обожжено.

Кровопийца с раздражением отбросил хрупкую плоть и, разведя руками, трагичным голосом сказал:

— Я не смог его спасти.

Эверилд усмехнулась.

— И поэтому решили притащить его сюда, авось оживет в самом сердце пламени, — спокойно констатировала вампирша. Лжец попятился назад, уловив в голосе королевы нотки угрозы. — И вот странность: я не увидела сочащейся крови, значит, тело было обескровлено. Кстати, спасибо за идею: тело вампира может стать щитом от огня, — заметила Эверилд и шагнула к незнакомцу. Он рванул со всех ног прочь и успел бы скрыться, если бы вампирша не придавила его ментальной оплеухой. Беглец упал на колени, закричал отчаянно: ему казалось, что он тонет, снова и снова захлебывается холодной водой.

— А-а-а, — кричал он, сжимая голову.

Эверилд усилила ментальное давление, вытаскивая из вампира все потаенные желания и страхи. Еще один душераздирающий вопль сотряс воздух, когда воображаемая вода превратилась в жидкое серебро, которое обожгло его кожу.

— Хватит, я скажу всё! — взмолился он.

Эверилд ослабила давление.

— Слушаю, — великодушно разрешила она.

— Может, договоримся? — с отчаянием спросил он.

Эверилд сделала вид, что задумалась.

— И что ты предлагаешь? — ей и в самом деле стало интересно.

— Давайте, я буду устраивать пожары, а Вы — загонять детей в ловушки. Так мы сможем питаться детской кровью.

Эверилд расхохоталась. Идея была прекрасной, но не для нее. Она нажала сильнее, погружая провинившегося вампира на самое дно серебряного озера. Он кричал, бил руками, а Эверилд стала шарить в его воспоминаниях.

Вот он стоит под дождем и видит, как пылает дом, из окон высовываются мамочки, протягивая детей и моля их спасти. Руки жертв покрыты ожогами, лица искажены отчаянной демонической болью. Вампир подпрыгнул, ухватился за козырек над крыльцом, подтянулся, перебросил тело на крышу, встал на ноги, опять подпрыгнул и ухватился за выступ балкона, снова подтянулся на руках и телом, выпрямился в полный рост, запрыгнул на перила и так продолжал карабкаться вверх, пока вскоре не оказался на балконе третьего этажа. Там он подхватил девочку лет двух, которая отделалась легкими ожогами. Вампир спустил ее, передав людям. Так он спас еще нескольких детей, пока не оказался в квартире, выходы из которой были полностью перекрыты: окна и двери горели. И в этом бушующем пламени кричала молодая женщина, лет двадцати, с младенцем на руках. Она надрывно кашляла, ребенок сипел. У вампира в голове что-то щелкнуло, он подскочил к матери, схватил ляльку и впился клыками. От потока нерастраченной жизненной энергии у кровопийцы закружилась голова, он почувствовал себя всемогущим, и с тех пор кровь детей стала его слабостью. Чтобы Совет его ни в чём не смог обвинить, он придумал поджигать дома. Дальше возникла более извращенная идея: внушать мамочкам, что, если они запрут детей в комнате, они их спасут. Женщины так и поступали, а он потом находил едва дышащих детей и упивался их кровью. И до сегодняшнего дня всё шло хорошо, пока он не столкнулся с Эверилд.