Колыбельные для филинят

Лекарство против Злости

Много лет в глубине леса таился колодец. Когда-то он был полон водой. Кто его выкопал? Неведомо.

Давно высох колодец. Никто не приходил, не прилетал к нему. А ему всё слышалось птичье щебетание, смех играющих зайчат, ворчание забавных медвежат. Колодец жил звуками воспоминаний, был полон молчаливыми Надеждой и Ожиданием на встречу со старыми друзьями.

Прошли годы. Сменилось не одно поколение зверей в лесу. Никто не знал о заброшенном колодце. Все тропинки заросли травой. А он продолжал кого-то ждать. Потом его терпение закончилось, из Ожидания родилась Обида. Но сколько слёз не пролила бы Обида, колодец ими не наполнить. Росла Обида, росла, пока не выросла в Злость на весь белый свет. Решила Злость отомстить тому, кто первый встретится на её пути, за годы ожидания без радости.

Однажды озорной Ветер ворвался на поляну, разворошил прошлогоднюю опавшую листву, разнёс её в разные стороны. Впервые за много лет колодец увидел небо.

– А это что здесь? – полюбопытствовал озорник и заглянул вглубь колодца.

Вот уж Злость рассвирепела. Потревожили, а как Ветру отомстить, чтобы обещание своё выполнить? Решила зловредная особа пойти на хитрость и обратилась к Ветру со словами обидными:

– Разметал листья, и думаешь, силён? Никто тебя, Ветер, не боится. Выдохся ты весь давно. В лесу смеются над тобой.

Ветер был хоть и озорной, но добрый и никого пугать не хотел. Но думать, что в лесу над ним смеются – кто бы такое вытерпел?

Понёсся тот по лесу, согнул вершины деревьев в поклоне, закрутил листву зелёную, а где и оборвал. Спрятались звери в норки.

Притихли птицы в гнёздах.

– Ага, значит, есть во мне сила. Боятся меня. Смеяться больше не станут.

Вдруг увидел в траве маленького птенца пеночки. Тот выпал из гнезда от порыва ветра, дрожит от холода, страха. Мама над ним кружит, крыльями прикрывает, тревожно поёт, как капель звенит: «Тень-тинь-тюнь!».

– Что же я делаю? – опомнился Ветер.

Подцепил воздушной рукой птенца, поднял в гнездо на пеньке, а сам спрятался в ельнике – стыдно стало.

А Злость понеслась дальше. Рассорила птиц. Волку след зайца указала. Добралась до гнезда семьи филинов.

Папа только сказку собрался рассказать. Вдруг увидел, как Злость подкралась к дочке Уле да за пух ухватила, а сына Гушика в бок толкнула. Драку затеять захотела. Филин встрепенулся, хотел наказать обидчицу. Но смотрит, птенцы только отмахнулись от Злости:

– Тише, ты. Не мешай. Папа сказку рассказывает.

Удивилась Злость. Решила узнать, что за сказка такая? Примостилась рядом.

– Ну, что же, пусть и Злость послушает, – подумал филин и начал сказку:

– Рос на поляне рядом с родничком цветок с удивительным именем Недотрога. Звери часто приходили к роднику, но цветок обходили стороной: несъедобным считали. А Недотрога и рада этому. Семена в стручок поместила да лелеяла, пока они не созрели. Взрослых детей надо в жизнь выпускать, не терпится им взаперти сидеть, а у Недотроги сил не хватает расстаться с ними. Что делать?

Заскочил к роднику в гости заяц. Случайно поскользнулся на влажной траве, упал прямо на ежа, что мимо пробегал, как подскочит да закричит:

– Ой-ё-ёй! – да лапой как взмахнёт. Попал случайно по Недотроге. Стручок цветка сразу лопнул, да семена созревшие в дальний полёт отправил. Обрадовалась Недотрога, что помогли её детям разлететься:

– Спасибо, заяц, за помощь.

Заяц головой вертит, понять не может, за что его благодарят. Ежа чуть не раздавил, цветок стукнул – за что ему спасибо говорить? А сам за бок держится. Взглянула Недотрога на царапину и протянула зайцу свой лист продолговатый с зубчатыми краями:

– Возьми, приложи к царапине – поможет.

Пожал заяц плечами, взмахнул ушами и приложил лист. Точно, бок меньше болеть стал.
– Спасибо, Недотрога. Твой лист, словно бальзам для раны, – поблагодарил и убежал.

Но был заяц непоседой, царапин в его жизни хватало. Раньше сами по себе заживали, а теперь он к цветку ходить повадился. Недотрога не забыла, как заяц ей помог: вздохнёт и снова лист ему свой отдаст. А заяц Недотроге истории разные рассказывает. Цветы ходить не умеют, вот и приходилось выслушивать болтуна.

Но однажды, когда заяц в очередной раз пришёл за листом бальзаминным, увидел, что на цветке листьев почти не осталось и Недотрога погибает. Заплакал заяц горючими слезами, ведь он к цветку не столько за листьями ходил, как беседовать любил.

Разве слезами поможешь? Сложил лапы вместе, набрал из родника воды и Недотроге принёс. Каждый день её поливал, истории рассказывал. Недотрога, конечно, не от историй, а от внимания заячьего и поправилась.

Закончил филин свой рассказ. Вдруг птенцы услышали всхлип с того места, где сидела Злость. Обернулись посмотреть – но Злости там не было. Пока она сказку слушала, вспомнила, что когда-то была полна Надеждой и Ожиданием, поэтому растаяла, превратилась в лёгкий туман. А при первых лучах солнца, словно слезами, росой покрыла все цветы на поляне.

Вот для чего ещё, оказывается, колыбельные сказки нужны.