Колючка для Дракона

Глава 23

Двор Долины несколько затих после случившегося, и даже дети благородных лордов, резвившиеся до этого в садах, проросших кустами опостылевших роз, сидели по своим комнатам.

Северяне, принятые теперь, как гости короля, не чувствовали себя уверенно, в их речах не было того запала, с которым они буквально ворвались в Орадон, позабыв обо всех запретах и правилах, желая вызволить дочь сюзерена из, как они думали, коварных лап забывшегося мальчишки. И бумага, подписанная рукой Рейемонда, ничуть не грела сердце лорда Сагана. Действительно, можно ли было сыскать лучшей участи для их младшей дочери — быть супругой самого лорда Вилберна, родить будущих наследников Ганса, в которых будет течь кровь Саганов? С какой стороны не посмотри, брак был выгоден для их дома.

Да только сердце Сагана было близко к тому, чтобы разорваться, когда единственная оставшаяся у него дочь оказалась похищена. Они все так думали. Теперь же многие лорды склонялись больше к тому, что это именно Аделаиз подговорила своего теперь уже супруга на побег.

Печальные серые глаза главы дома Саганов не шли ни в какое сравнение с печальными глазами королевы, сидящей у постели Ганса Вилберна. Мальчишка с холодным компрессом на лбу выглядел худо, и Аделаиз, задравшая нос и всеми силами не показывающая того, сколько слез было пролито, не отпускала руку мужа, как бы не уговаривали ее лекари, и даже обедала рядом с его кроватью.

— Он совсем не похож на своего отца, — мягко проговорила королева, обращая на себя внимание не только Аделаиз, но и составляющих ей компанию дам Мареммо, откладывая в сторону вышивку.

— Вы так думаете, Ваше Величество? — Аделаиз фактически не видела свою старшую сестру, и потому, решаясь заговорить, все еще использовала титулы. Когда Селину отдавали замуж за дракона, Аделаиз едва научилась говорить.

— По крайней мере, не на кровного.

— Вы сравниваете этого драконьего монстра и Ганса?! — Аделаиз было все равно, что здесь королева, ей было все равно, что здесь Милена Мареммо, но одно сравнение с мужчиной, который обрек ее любимого на такие страдания, вызвало ярость на лице так рано повзрослевшей девочки.

— В Гансе тоже есть кровь драконов, Аделаиз, — Селина и не думала обижаться, еле сдерживая смешок. — Ты больше не ребенок, и должна понимать, что проступок, совершенный вами, мог стоить намного больше, чем контролируемое принцем Дейемоном наказание.

Аделаиз, было открывшая рот, чтобы поспорить с королевой, резко замолчала, отворачиваясь вновь к Гансу.

— Полагаю, нам лучше оставить леди и лорда Вилберн наедине, дамы, — спустя несколько минут тишины, все же проговорила королева.

Все они, Саганы, как один — волки. Дикие северяне, которых одели в приличное и научили сидеть за столом. Чем больше Эстер проводила с ними время, тем больше убеждалась в этом. И лорд Саган, который вел себя как взбалмошный ребенок, у которого отняли игрушку. И Аделаиз, которая казалась более зрелой, чем собственный отец, но при этом вспыльчивая, дерзкая. Лорд Саган явно что-то упустил в её воспитании.

И даже королева. По началу вызывавшая лишь восхищение Селина, теперь начала раздражать маленькую Розочку. Своей снисходительно-мягкой улыбкой, покровительственным тоном. Северянка, пусть и королева, сумела совладать с драконом, и теперь решила, что знает всё и лучше всех.

Зачем было толпиться у постели раненного? Выслушивать дерзкие речи девчонки? Ужасы утра немного сгладились в памяти Эстер, и теперь ей казалось, что кара вполне заслуженная. Как для Вилберна, пошедшего против воля короля и собственного отца, так и для маленькой леди Саган, которая наверняка подначивала своего возлюбленного к подобному поступку.

Как только королева встала, Эстер подскочила следом и вышла прочь из комнаты, даже не попрощавшись с Аделаиз. Незваные гости в ее доме, принёсшие только беды и разочарования. Пусть отправляются обратно на свой север кормить волков. Ткань бирюзового платья вздымается уже в дверях.

— Если Ваше Величество не возражает, я хотела бы откланяться, неважно себя чувствую. — Эстер присела в реверансе перед вышедшей королевой. И не дожидаясь разрешения, впихнула свою вышивку кому-то из служанок, резко развернулась и ушла в противоположную от стайки женщин сторону.

Она была зла, очень зла. Грудь ее тяжело вздымалась, Эстер едва не бежала, чтобы быстрее скрыться с глаз, прожигающих ее спину. Ей душно здесь, тесно. Эстер мечтала побыстрее оказаться в Столице, увидеть залив, Великий храм. Оказаться подальше отсюда.

Девушка свернула на лестницу, буквально сбегая вниз. Но в следующее мгновение ее каблучок промахнулся, и Розочка стремительно полетела вниз, пересчитывать добрую сотню ступеней. Однако у самой земли ее перехватили сильные руки. Кто-то, чья реакция была куда быстрее человеческой, прижал едва не упавшую девушку к себе.

Знакомая вышивка на черном камзоле царапнула щеку.

— В-ваше высочество?

— И куда же вы так спешите, леди Мареммо? — дракон со знакомой усмешкой поставил Эстер на ноги и оправил целомудренный крой платья. — Искренне надеюсь, что вы искали меня, иначе мне придется украсть вас у того или той, к кому вы с таким жаром мчались, не разбирая дороги, — его голос насмешлив, в глазах ни тени раскаяния, а в действиях уверенность.