Колючка для дракона. Цена слов

Глава 13

Счастливая, по-другому эту розовощёкую с блестящими глазами пигалицу, назвать было сложно, Эстер не замечала ни завистливых взглядов придворных дам, рассчитывающих на то или иное положение рядом с драконом, ни уж тем более испепеляющий взгляд светлых глаз Габриеллы. Она с удовольствием пила вино, принимала сдержанные и не очень поздравления, а потом отправилась танцевать с Лео.

Музыка просила в пляс, вино разгоняло кровь, а маленькая Розочка была так хороша в своей легкой непосредственности, когда её золотые с зеленью юбки подлетали вверх, что невольно вызывало улыбку даже у мрачного королевского целителя. Очередь на танец к девушке выстроилась мгновенное. И, конечно, не только потому что она чудо как хороша, а и потому, что теперь многие попытаются искать милости советника короля через его юную и наивную жену.

Руки галантного кавалера приподняли её за талию и поставили перед очередным партнером. Танец, рассчитанный на круг из двенадцати пар, разыгрывал смену дамами кавалеров и шутливую ревность. На протяжении одного сета партнеры касаются друг друга лишь кончиками пальцев, а самым интимным является переставление дамы на другое место за талию. И оказавшись перед очередным кавалером, Эстер не сразу поняла, что оказалась перед своим женихом. Танцоры раскланялись перед друг другом.

— Ваше Высочество. — Изумрудные глаза буквально впились в дракона. Тонкие пальцы коснулись ладони, опаляя горячей кожей.

— Неужели и мне выпала честь провести хотя бы немного времени с моей невестой? Вы выглядели такой счастливой в руках юного лорда Дарри. Стоило ли мне ревновать? — больше дразнясь, чем действительно угрожая, он лукаво улыбнулся.

Танец остановился, будто намеренно, оставляя Дейемону возможность, упускать которую он не собирается, увести свою юную Розочку к колоннам, где всевидящее ока неожиданно словоохотливых кумушек не коснется их.

— Разве я могу запретить вам что-то, Ваше Высочество? — Простодушно улыбнулась Эстер, и только Дейемон мог заметить золотистые искорки в ее глаза. — Даже ревновать.

— Легка ли была ваша дорога, леди Эстер? Засуха за окном вряд ли способствовала хорошему самочувствию. Помнится, вы провели мне однажды экскурсию по саду Орадона. Позволите ли вы теперь мне провести таковую вам? — светский тон не идет ни в какое сравнение с крепкой хваткой мужчины на талии Розочки.

Равнодушно проводила жениха и невесту взглядом Милена. И если в Орадоне она ещё могла как-то сдерживать этих двоих в рамках приличий, то теперь это было не в ее силах. Да и стоит ли? Официальное объявление помолвки успокоило ее мятежное сердце.

— Все мы ожидали, что дорога до столицы будет легче, милорд. — Они вместе спустились в сад, на который уже давно опустились сумерки, и теперь по углам сгущалась тьма. Удушливая духота мгновенно покрывала лоб испариной, ни слышно было не одного кузнечика. Все вокруг замерло в предвкушении грозы, такой сильной, какой все королевство не видело много десятков лет.

— Сэр Кристоф провёл сегодня нам небольшую экскурсию, но, к сожалению, толком не показал сад. Большое упущение, как думаете? — Эстер говорила так непринужденно, что на мгновение кажется, что девушка и вовсе не понимала намёка дракона. Но сердце ее билось так громко, а возле сердца щемило так сильно, что ей с огромным трудом дался такой тон.

Гравий хрустел под их ногами, шагами слишком быстрыми для простой прогулки. Эстер почти не смотрела по сторонам. А когда музыка из залы наконец доносится едва уловимыми звуками, девушка первая прильнула к своему жениху.

— Надеюсь, вы скучали, Ваше Высочество?

Бесшумная поступь черных гвардейцев, следующих за ними, отпугивала каких бы то ни было придворных, желавших прогуляться в саду, разом решая некоторую часть проблем, вполне имеющих место быть при наличии зрителей из королевского двора. Злые языки могли ранить его Розочку намного сильнее острия кинжала, ведь от кинжала ее может спасти любой черный гвардеец или сам Дейемон, а вот грязные языки имели место прятаться за спинами более сильных покровителей.

— Я представлял, как срываю лиф вашего платья и беру вас, пока за стеной пустоголовые дочки вашего дяди завистливо рассматривают выбранные для вас украшения к свадьбе, леди Эстер, — светски начал он, прижимая к себе изящную леди. — Как оставляю внутри вас свое семя, как оно пачкает ваше лицо, ведь вы, моя маленькая Роза, достаточно искусны, я уверен, чтобы не только щебетать ласковые слова придворным мужам, — Дейемон подхватил Эстер на руки, чтобы донести до беседки с удобной тахтой. — Здесь и сейчас вы находитесь в логове дракона, если жаждете просить пощады, самое время, — он укладывает Мареммо на обитую бархатом тахту, где обычно проводились беседы духовника с королевой, прищуривая алые глаза. — Иначе вам придется гореть всю эту ночь, леди Эстер.

Он мог бы разорвать ткань платья Эстер, но мысль о том, что оно и без того открывает слишком многое, остановила его. Вместо этого дракон демонстративно задирает ее платье, скользя ладонями по бледной коже ног. Факелы освещают их лица, подчеркивая очевидные хищные нотки в чертах Дейемона, и музыка, кажется, перестала быть доступна для восприятия, ведь сейчас слышно только как бьются их сердца.