Колючка для дракона. Цена слов

Глава 15

Гроза подкрадывалась к столице с моря. Самая страшная за последние несколько десятилетий. Высокие волны будут захлестывать набережную дворца, несколько районов города притопит. Впрочем, посевы крестьян будут спасены. Но покуда далекое оранжевое зарево заходилось где-то на горизонте за облаками, создавая поистине впечатляющую картину. Однако покуда Солнечную Гавань терзала тяжёлая духота, как пик почти двухнедельной засухи. Холодный ветерок с моря уже подбирался к замку. Колыхал подолы платьев дам, что рискнули прогуляться в саду, холодными пальцами забирались за вороты кавалеров.

Но эти двое не замечали ничего вокруг себя. Для них существовала только эта узкая тахта и их разгоряченные тела. Капельки солёного пота, стекающие по вискам, влажная ложбинка между ключиц.

И голос, этот низкий, хрипловатый голос, что шептал слова, понятные на любом языке мира.

Возбуждение захлёстывало горячими волнами с каждым грубым толчком, с уколом легкой боли. И очень скоро Эстер не смогла больше сдерживаться. Содрогаясь в судорогах наслаждения, девушка уткнулась в плечо дракона, сдавленно постанывая от удовольствия.

Это было быстро. Слишком быстро для оголодавшего дракона, и он действует эгоистично, даже не думая о том, чтобы остановиться, раздвигая ноги Розочки шире. Мягкая, податливая и такая горячая в его руках, Эстер Мареммо совсем скоро потеряет последние связующие ее с Долиной крупицы себя, отдав его жадному огню дома истинных королей. Дейемон двигается внутри нее, погружаясь полностью размашистым толчком. Мог ли он себя остановить? Нет.

Прикрывая соблазнительный рот ладонью, дракон смотрел в изумрудные глаза, пока кончает в нее, все, до последней капли, оставляя для ее предназначения — рождения ребенка. Дейемон даже толком не снял с себя сложные, тяжелые одежды, набросившись на свою невесту без тени стыда или совести, присущих некоторым придворным мужам. Впрочем, не Порочному Принцу.

— Как вам сад Солнечной Гавани? — выровнять дыхание не так сложно, но вот отпустить Розочку выше его сил.

— И вполовину не так хороши, как сады Орадона. — Розочка ловит руку Дейемона, целует его пальцы. — Но в вашей компании, милорд, я готова любоваться ими до конца жизни.

И все же нашлись те, кто решил полюбопытствовать, куда собрались новоиспеченные жених и невеста. Габриелла незамеченной выскользнула из общей залы, чтобы поспешить по следам Дейемона.

— Куда вы так спешите, леди Крейн? — Кристоф оказался перед невероятно красивой женщиной, преграждая с легкостью путь, улыбнулся лукаво, чем вызвал ярость на ее лице, фактически ничем не сокрытую.

— Я не обязана отчитываться перед мальчишкой-бастардом, — Габриелла действительно была расстроена и зла в достаточной мере, чтобы попытаться отпихнуть Ламарка со своей дороги.

И это ее существенная ошибка. Кристоф с самого детства был рядом с Дейемоном во всех морских сражениях, участвовал в абордажах, видел своими глазами, как горит море, но пятно бастарда смыть с него не смогло даже официальное признание и дарование возможности наследовать королем Рейемондом. Он сжал несильно изящную кисть женщины, с легкостью отшвыривая ее к стене, и прищурил лазурные глаза, чтобы в следующий же миг ударить кулаком совсем рядом с ее головой пугая.

— Может быть, я и мальчишка-бастард, леди Крейн, но, если я пожелаю взять вас здесь, если я пожелаю разорвать на клочки ваше платье, а потом скажу, что вы сами набросились на меня, кому из нас двоих поверят? — Кристоф выглядит благодушно, в нем ни капли жестокости Дейемона.

Но то лишь внешне. За лазурно-голубым летним небом моря скрывается лед вечной зимы. Кристоф несколько мгновений смотрел на женщину, не спеша отстраниться, а, когда она становится близка к истерике, беспечно улыбнулся.

— В следующий раз, когда вы решите играть против моего отца, я не буду прикрывать ваши неумелые действия, леди Крейн. Я предупредил вас, — он не коснулся даже кусочка ее открытой кожи, исчезая в тенях Замка точно так же, как и появился.

Оставляя Габриеллу глотать слезы — страха, обиды, непонимания, Кристоф тяжело выдыхает. Эта женщина сведет его с ума своей упрямой ненавистью! Ее брата отправили на границы, хотя могли отсечь сперва руку, а потом и голову за совершенное деяние, а отца, пусть и казнили, но сохранили за его детьми наследие дома, а она все равно пытается вставить им палки в колеса! Смех сестричек леди Мареммо заставил его отвлечься от тяжелых мыслей.

Троица птичек Долины попались Кристофу по дороге с пиршества. Две единокровные сестрички, младшие дочери брата Игнатио Мареммо, златоволосые, с глазами цвета бирюзы. Третья родственница Эстер по материнской линии, имела заметную рыжину в волосах и россыпь веснушек по всему телу, что твое звездное небо. Она же из троих была самой стеснительной.

— Милорд! — Блондинки Рея и Мелара буквально окружили Кристофа. В стайке девушки всегда чувствовали себя поспокойнее, а потому могли позволить себе некоторые вольности. — Вы так быстро сбежали, сир, а как же танец?

— Да, сир, вы обещали танец нашей Мие, рыцарь не может отказываться от своих слов. — Даже в полумраке коридора было видно, как покраснела вышеупомянутая Мия от слов кузин, потупив свои темные глаза.

— Если я обещал, разве я могу отказаться от своих слов. Тем более, когда такие юные прелестницы напоминают мне об этом? — Кристоф рассмеялся, целуя руки миловидных девушек по очереди, а самую последнюю, Мию, ловко увлекает в свои объятия. — Не откажете ли вы мне в танце, прекрасная леди? — абсолютно бесстыдно нашептывая юной девушке на ушко, Кристоф опустил руку на ее талию, чувствуя куда большую податливость в ее движениях, нежели у упрямой Крейн, воротящей от него нос.