Колючка для монстров

9

* * *

Если бы Рэю кто-то однажды сказал, что он пойдёт на поводу у растения, он сперва рассмеялся бы (чего не делал уже много лет), а потом бы проклял шутника (что делал слишком часто в последнее время), вот только странная колючая живая субстанция принадлежала иномирянке, и проигнорировать это явление было бы большой ошибкой.  Мужчина не хотел видеть эту девчонку снова в ближайшие несколько сотен лет, не желал, чтобы она опять возникала перед глазами и становилась свидетельницей его слабости… Но боги, как и всегда, были слишком жестоки.

Он даже не понимал, почему в тот раз сорвался – вернее, как раз понимал, ведь она видела его уродство, при этом отчаянно делала вид, что не боится, и как раз это его и взбесило. Но что ещё удивительнее, иномирянка действительно не боялась, не падала в обморок, не звала его чудовищем, как все. Не притворялась. Ему хотелось крикнуть во всё горло: «Ты что, ослепла? Не видишь, что перед тобой такое?» А она словно и правда не замечала, не находила в его облике ничего отталкивающего и вообще, оказывается, сочувствовала! Да кто в здравом уме будет жалеть монстра?

Он ещё долго не мог отойти после этой встречи, злясь и пытаясь постичь логику этой девчонки, и уж точно надеялся, что сможет избегать её вне занятий… Пока растение, пробуждённое её магией, не ожило и не прискакало в его дом посреди ночи, минуя защиту и пытаясь что-то отчаянно сообщить, тем самым спасая репутацию своей непутёвой хозяйки. Едва заметив, что происходит на территории погоста, Рэйнард даже не сразу осознал, что уже собрался призвать магию смерти, чтобы преподать щенкам урок, и если бы не воинственный колючий товарищ, мужчина сделал бы очень большую ошибку. А всё из-за этой взбалмошной особы, ищущей себе проблемы на каждом шагу…

Но дальше с ним начали твориться просто немыслимые метаморфозы, достойные изучения в местном доме для умалишённых.

В лазарете он с чего-то опять решил погеройствовать и сам бы не смог объяснить себе, зачем лично отнёс девушку к ней в комнату. Рэй и не представлял, что оказавшись в этой комнате наверху башни, где когда-то жил его лучший друг, на него нахлынет такая ностальгия, и она, эта тоска по счастливому студенческому прошлому даст толчок к почти забытой, почти уснувшей драконьей магии.

Эта сила потянулась к ничего не подозревающей девчонке, желая привлечь её к себе теснее, зверь хотел полностью очаровать ту, что не побоялась его, и в тот миг мужчина с ужасом понял, что и сам готов поддаться. Готов узнать, каково это – снова впустить другую в своё сердце, разделив на двоих эти эмоции, тем более, Лина потянулась к нему в ответ. Она была такой притягательно беспомощной, лёжа под ним и зачарованно глядя в глаза дракона, что соблазн заявить на неё права пульсировал в висках болезненными импульсами.

«Давай… Она нас не боится….»

Как можно юной деве любоваться таким чудовищем и не испытывать ужаса?

И он не смог.

От его сердца итак ничего не осталось, а тот кусок камня в груди, что качал кровь, уже не способен был справиться с ещё одним предательством.

А вот преподать урок некоторым зарвавшимся аристократам, давно напрашивающимся на неприятности, разбуженный от долгой спячки дракон вполне себе мог. Чем и занялся, удивив отца ночным посланием со списком нужных фамилий.

И никаких больше блондинистых выскочек, вызывающих ненужные мысли.

В конце концов, чтобы выбросить из головы женщину, всегда можно найти миллион других занятий.

* * *

Когда мы увиделись с Солом, и я рассказала о своих ночных злоключениях, он ржал. Я никогда не видела, чтобы взрослый парень так ухохатывался, топая ногами, словно маленькая девочка в сандаликах, но выглядел в тот момент он именно так. И это наследник Светлого Леса…

Что примечательно, с эльфом мы столкнулись у входа в одну из аудиторий, куда меня отправил ректор, и когда уселись рядом, я не смогла сдержать любопытства.

─ Слушай, я всё понимаю, но ты не находишь, что мы часто сталкиваемся? Ты тут какими судьбами?

─ А я вроде как тоже изгой, ─ безмятежно улыбнулся эльф, и такое ощущение сложилось, будто всю жизнь он носит это клеймо. Видимо, мои мысли отразились на лице, потому что блондин предпочёл объясниться. ─ Мой отец, Лин, очень древний, а все эльвины считают, что магия – это то, что можно взять лишь от природы. Воздух, вода, земля, огонь… А вот неживые материи, игры со смертью и всё остальное, тем более, механизмы – это уже что-то за гранью естественного. Но их сын, как ты можешь понимать, собрал в себе всё, что родители не сумели принять, так что я взбрыкнул. Сказал, что собираюсь посвятить жизнь трупам или изобретениям – в идеале, изобретениям, связанным с трупами, и власть меня вот совсем не влечёт.

Да вы, батенька, бунтарь…

─ И они наказали тебя, попросив запихнуть в группу к иномирянам? Сильно. И жестоко.

─ Я только рад. Исходя из твоего вчерашнего знакомства с местными, я понял, что немного потерял, да и разведка донесла много чего интересного. Сильно испугалась?

Ушастая разведка по-прежнему бдела. Генерал изредка сверлил меня своими невозможными глазами, как только я оказывалась в поле его зрения, но радовало его отсутствие хотя бы здесь. Как и тот факт, что других ушастых, с нами похоже, не будет.

─ Скорее, разозлилась. Меня обычно такие ситуации выводят из себя, ─ призналась я. ─ Жаль, хорошо драться не умею.

─ Не волнуйся, ─ многообещающе подмигнул он, ─ дядюшка уже решил за тебя взяться.

После такого заявления у меня какое-то время не было слов, а потом аудитория начала постепенно заполняться народом, и мне стало не до размышлений о своей дальнейшей судьбе. Иномирян оказалось гораздо больше, чем я предполагала, и все они не выглядели какими-то необычными, чтобы вот так сходу можно было признать в них чужаков. Несколько парней и девчонок, в числе которых вошёл и Себастьян, выделялись разве что интересным цветом волос, но даже одежда на них уже имелась местная.