Колючка для монстров

19

Распрощавшись с магистром утром (точнее, попросту сбежав от него на рассвете, отказавшись от завтрака в чудесной компании маньяка), я поспешила в общежитие, совершенно не имея представления о том, что происходит. Можно было списать всё на воспалившееся воображение, стресс или сон, но показаться мне вчера не могло, и весь остаток ночи я неподвижно лежала и думала.

Картинка всё равно упорно не хотела складываться!

Шакал и ард Сильвери точно знали друга, причём, достаточно хорошо, но то, насколько первый яростно ненавидел второго, говорило слишком о многом и в то же время не говорило ни о чём конкретном. Дракон знал, как меня называет Шакал, и эта его странная фраза об игре по-настоящему напугала, запутала всё в моём и без того воспалённом сознании, а заставлять меня нервничать в столь нестабильном состоянии явно не стоило.

И как понять, что они затеяли?

Ард сказал бабушке, что не подонок, но в этой истории, по-моему, вообще не было положительных персонажей. Гарантирую, если попытаюсь хоть у кого-то выяснить правду, мне никто и ничего не расскажет – ни ард Ридмер, ни наш уважаемый ректор, которого невозможно застать на рабочем месте, ни госпожа Тильда, тем более. Но то, что они в курсе происходящего с принцем, это и ёжику понятно.

Мне же теперь казалось ещё большей странностью, что мужчину прокляли, причём, раз само проклятье как-то связано с чувствами девушек – ну, как я успела понять – значит, Его Высочество наш всё-таки облажался в любви. Я, разумеется, не была в курсе всей трагедии, но теперь точно могла сказать, что от этих двоих стоит держаться как можно дальше, а если приближаться, то только нацепив химзащиту и вооружившись огнемётом. Во избежание, так сказать…

Вот так, размышляя о том, в остатки жизнедеятельности какого существа я вляпалась, не сразу заметила, как ноги привели к единорогу. Рэм, будто чувствуя моё настроение, нетерпеливо топтался у перегородки, которую после того раза снабдили магической защитой, и свободолюбивый конь не мог больше перепрыгнуть преграду, хотя я могла бы попробовать её случайно повредить. Я невзначай глянула на свой новый браслет, прикидывая, сколько он продержится, пока моя магия вновь не проявит характер, а потом плюнула на всё, стоило бархатистым губам ткнуться в ладонь.

─ Ну, привет, красавчик.

Он всё чаще верил моим словам и уже даже не пытался удивляться тому, как мне нравится – видимо, смирился с моими причудами.  

─ Как ты? Мои дела, кажись, совсем плохи, ─ выдохнула, получив вопросительное фырканье. ─ Да есть тут один… Два.

А потом, подтверждая мою фразу, раздался сигнал сообщения, и, даже не глядя на экран, я уже поняла, что так просто мне не отделаться от своего личного сталкера.    

«Тук-тук, угадай кто…»

Ну и какой мудрец выпустил сумасшедшего из палаты и дал ему мой новый номер?

Отвечать даже не собиралась – пусть думает, что ошибся, но это было легче сказать, ведь у моего навязчивого поклонника имелась одна особенность, которая бесила меня неимоверно. Настойчивость.  

«Ты должна спросить, кто это, волчонок», ─ продолжалось издевательство, и если бы мне предложили выбирать пытки на допросе, я предпочла бы что-то менее травмирующее психику, чем разговоры с извергом. Мне показалось, я даже могу видеть, в каком хорошем расположении духа сейчас Шакал, раз прямо с утра написывает мне, наверняка параллельно с этим калеча какого-нибудь бедолагу и злобно смеясь.

Чувствуя, что сильно об этом пожалею, я всё же вывела, не скрывая скептической улыбки:

«И кто же ты, о, незнакомец?»

Пауза была нервирующей, затяжной, и, в конце концов, я получила:

«Твой господин и повелитель».

Ладонь как-то сама нашла лоб и от души треснула по нему, пока пальцы другой вырубали устройство, ибо я отказывалась верить в происходящее, но, к сожалению, это была моя реальность. Ужас, летящий на крыльях ночи, кошмар с улицы Вязов и Лохнесское чудовище Эллеррии, заинтересованное во мне – сплошное разочарование.  

─ Вот так, Рэм… Только ты у меня замечательный, да парни, ─ не удержавшись, поцеловала единорога в морду с ошалевшими от такого поворота глазами, а потом случилось что-то необъяснимое.

После моего чмока в голове словно взорвалась маленькая вселенная, и я покачнулась, вовремя ухватившись за ограду, когда перед глазами замелькали быстро сменяющие друг друга образы. Я видела перед собой бескрайние просторы зелёных лугов, величественные деревья, названий которым даже не могла подобрать, цветы, каких в природе наверняка не существовало, но они росли там, на склонах чёрных гор. Сине-зелёная гладь моря блестела в лучах закатного солнца, и аромат свободы вместе со свистом ветра в ушах пьянил сильнее, чем любой крепкий напиток.

Как же здорово было всё это ощущать…

Однако любая радость не может длиться вечно, и это путешествие закончилось слишком стремительно. На смену пасторальным пейзажам резко пришла картина полнейшей разрухи, пламени, пожирающего всё на своём пути, ужаса и безнадёги. Чувство, когда дома больше нет, а ты вынужден бежать, чтобы жить, чтобы спастись, даже не зная, живы ли твои близкие.

Война…

Когда я вынырнула из этого кошмара, единорог просто застыл, потом затряс головой, словно тоже на мгновение забрался ненадолго в мой разум и всё это время, как я, бродил по закоулкам моей памяти.

─ Это случилось с тобой, да? ─ спросила я, успокаивающе гладя мощную шею.

Животное не могло прийти в себя, то ли переживая события моей жизни, то ли удивляясь увиденному, но от прежнего его благодушия не осталось и следа. Будто извиняясь передо мной, Рэм понуро опустил голову, отступая назад, а затем скрылся внутри стойла под пугливое фырканье своих товарищей.

Что ж, меня тоже напугало всё это происшествие, однако я и представить не могла, что это были ещё не все неприятные сюрпризы утра…

В стылой комнате, покинутой мной за ночь, меня ждал чем-то взбудораженный Оззи. Он прямо с порога гостевой привлёк внимание, прыгая и пытаясь мне что-то объяснить, а стоило отворить дверь в спальню, дар речи меня на минутку покинул. От моих шикарных апартаментов не то чтобы мало что осталось, но им придали, мягко говоря, не жилой  вид.