Колючка Для Владыки: Ищу Земную Жену

Глава 1 "Отличный конец дня!"

Темнота – это ещё полбеды. Беда в том, что темнота пахнет чужой слюной и мешковиной, а во рту такое ощущение, будто там поселилась семья пустынных тушканчиков и умерла.

Я лежала на боку, первая мысль, которая сформировалась в моём затуманенном сознании, была удивительно будничной: «Ох, блин, я опять перебрала с «Кровавой Мэри»?».

Вторая мысль была трезвее: мои руки заведены за спину и связаны чем-то тонким, но жёстким. Не верёвка. Похоже на пластиковый хомут. Ноги тоже стянуты в лодыжках. На голове – ткань.

Третья мысль, самая неприятная: «Маша, принцесса, тебя похитили».

Я попыталась вдохнуть глубже, но мешок прилип к губам. Сердце пропустило удар, потом заколотилось где-то в горле. Я начала судорожно перебирать в памяти события последних часов. Это было похоже на попытку собрать рассыпавшуюся мозаику в темноте.

Свидание. Точно. Было свидание. О, это свидание заслуживало отдельного тома в серии «Как не надо знакомиться с мужчинами, если тебе уже двадцать шесть, а ты всё ещё веришь в лучшее».

Его звали… как же его звали? Лёня? Денис? Коля? Боже, какой позор. Я даже имя запомнить не удосужилась, а теперь, возможно, этот самый Лёне-Денис-Коля меня и похитил. Хотя вряд ли. У него для этого кишка тонка.

Так. Вспоминай, Маша. Знакомство в баре на день рождения подруги. Он подошёл с фразой «Девушка, вы такая… как бы это… ну, красивая, короче». Я тогда ещё внутренне застонала.

Почему на меня клюют только такие? Почему не могу найти нормального – с книжкой, работой и без маминых комплексов? Нет. Мой внутренний компас романтических неудач уверенно указывает на мужчин, у которых максимальная глубина мысли – «забить бы козла».

Итак, Лёне-Денис-Коля. Крепкий, квадратный, с шеей, как у быка. Волосы зализаны гелем. Рукопожатие, которым он чуть не сломал мне пальцы. В ресторане он заказал стейк и пиво. Я – рыбу и белое вино.

– Слушай, – сказал он, жуя стейк так, будто мстит корове, – а у тебя парень есть?
– Нет, – честно ответила я, потому что врать бесполезно, если единственный парень за последний год – это мой кот Стив, и тот кастрирован.
– Да ты чё? Такая классная и без мужика? Странно. Подвох какой?

Я внутренне пожала плечами. Обычно дальше следовало что-нибудь про «ну мы с тобой это… того… попробуем». Но в этот раз он просто подозвал официанта и заказал ещё бутылку вина. Я выпила свой бокал. И второй. Потом он налил мне третий.

Я помню, как голова стала ватной. Как зал поплыл. Как он сказал: «Давай я тебя провожу, а то метро закрывается». А я, идиотка, обрадовалась – воспитанный, не лезет, не пытается утащить в кусты. Святая наивность.

Дальше – темнота. Ни такси, ни его машины, ни подъезда. Пустота. Словно кто-то вырезал кусок плёнки. Значит, вино было не вино. Или подсыпал чего, гад!

Я лежала и медленно осознавала весь ужас ситуации. Меня напоили, связали и куда-то увезли. И сейчас я либо в чьём-то подвале, либо в багажнике машины, либо… не хочу даже думать. Вроде не трясёт. Не в багажнике?

«Отлично, Мария, – сказала я себе голосом своей бывшей школьной учительницы математики, – прекрасный выбор. Ты пошла на свидание с быдловатым дебилом, дала себя напоить и теперь лежишь с мешком на голове. Мама будет в восторге. Особенно когда узнает, что её дочь нашли в канаве без почки. Или без обеих».

Я попыталась пошевелиться – никаких шансов. Хомуты сидели мёртво. Пол был гладкий, металлический, и пахло здесь странно: не сыростью, не плесенью, не бензином. Чем-то… стерильным. Как в операционной. Или в морге.

Мысль о морге прошибла холодом. А что, если меня везут на органы? Или хуже – на какую-то жертву ритуалов. Я читала про такие банды. Люди пропадают, а потом их находят расчленёнными в лесах.

Истерика подкатила к горлу комком. Я сдержалась. Задышала часто-часто. Думай, Маша. Если они хотели убить, убили бы уже. Если хотят продать, значит, значит пока не тронут. А жива – значит, есть шанс.

«Хоть на работу завтра не надо, – неожиданно вырвалось у меня. – Ипотека меня не догонит. Начальница с её «Мария Ивановна, вы опоздали на три минуты» пусть катится. А котика кто будет кормить? Вот безответственная! Дала себя украсть, а котик как?

Я засмеялась. Тихо, сквозь ткань. Истерический, полубезумный смех. Сама себя испугалась. Только этого не хватало – чтобы меня сочли сумасшедшей и пристрелили из жалости.

А потом произошло нечто странное.
Сначала я ощутила лёгкий ветерок. Холодный, как после грозы. Он прошёлся по моим щиколоткам, задрал край юбки. Откуда ветер? Должно быть, открыли дверь. Но звук… звук был не похож на скрип петель или лязг замка. Он был мягким, шипящим, словно автоматическая дверь в супермаркете.

«Маша, ты слишком много смотрела "Секретных материалов" в детстве», – одёрнула я себя.

Послышались шаги. Не один человек. Несколько. И они… они говорили? Я замерла, прислушиваясь. Голоса были низкие, грубоватые, но язык – я не знала такого языка. Не английский, не немецкий, не даже китайский. Это было нечто гортанное, с переливами, с какими-то щелчками и свистами. Так могли бы переговариваться дельфины, если бы у них была ларингит. Может тайный язык? Точно сектанты!

Меня грубо схватили под мышки и подняли. Я не сопротивлялась. Всё, чему меня учили женские тренинги по самозащите, вылетело из головы. «Бей, кричи, царапайся» – да, конечно. Попробуй пнуть кого-то, когда у тебя ноги связаны, а руки за спиной, и ты даже не знаешь, сколько их и с какой стороны.

Я пискнула что-то вроде:
– Пожалуйста… кто вы? Зачем?

Один из них резко дёрнул меня за волосы через мешок. Больно. Глаза защипало. Я поняла: рот на замок. Понятые не нужны.

Меня потащили. Я пыталась запоминать маршрут – повороты, шаги вверх или вниз, – но из-за мешка и паники всё сливалось. Зато постепенно до меня стали доходить другие звуки.