Колючка для высшего эльфа или сиротка в академии

Пятая глава

Засыпая в своей постели, я долго смотрела на эльфийскую метку, изучая причудливый узор. С одной стороны светлые линии выглядели как причудливая изящная татуировка, словно нанесенная тонкими серебряными нитями, будто замершими на коже. С другой стороны — это печать моего рабства и ничего хорошего в ней не было. Любоваться не надо. Кожа вокруг покраснела, потому что пока была в ванной, активно ее терла, надеясь стереть.

Конечно я знала — это так не работает, но надеялась.

Вдруг.

Вот сейчас, по инерции, провела по тонким линиям и они замерцали.

И что это значит?

Кириэль мою уборку оценил или статью прочитал, в которой я якобы выступаю против эльфийских традиций?

Ох, прилетит же мне завтра.

А завтра наступило едва ли не с опоздания на лекции.

Громкий стук в дверь и не менее громкий голос Ингрид:

— Просыпайся, все уже позавтракали! У тебя по расписанию зельеварение!

Ничего себе, она знает мое расписание и даже пришла в самую удаленную часть корпуса, где находилась моя комната. Мы похоже действительно подружились.

— Ксюша, тебя ждет кафи. Я нам с братом заваривала и тебе тоже.

А вот это славно.

Я вскочила моментально.

«Кафи» — это местный аналог привычного мне кофе. По странному стечению обстоятельств звучало почти так же, только с акцентом на «А» и «И». По вкусу разницы почти не было, за исключением, что кафи уже имел сладковатый вкус, словно в него добавили сахара и еще сливок, потому что он так же ощущался.

Бодрил кафи замечательно и я радостно бежала на его бодрящий запах.

— Доброе утро!

— Привет.

— Проснулась наконец-то.

— Утро доброе!

Меня приветствовали новые друзья.

— Ксюша, ты же не будешь этот кусок торта, я съем? Он все равно вчерашний, — поинтересовался Гум

Ингрид встала стеной, преградив парню дорогу.

— Отдай, — выхватив у него из рук тарелку, передала ее мне, — это для Ксюши. Специально отложила.

Гум подрастроился, но быстро переключился и повеселел:

— Ешь тортик, набирайся сил, вдруг придется нахального эльфа опять в нокаут сегодня отправить. Ты это…если что — зови. Подсобим.

Мне осталось только грустно вздохнуть и кивнуть. Гум вообще считал, что я могу в академии устроить настоящий переворот. Лично я сомневалась. Больше было похоже, что в нокаут отправят меня, если до этого дойдёт. Одно ясно — все мои новые друзья эльфов недолюбливали. Более того, среди других рас у эльфов встречалось немало врагов.

После быстрого завтрака со вкусным кафи, я мчалась по извилистым коридорам Голденхола, поправляя на ходу форму. В кабинет зельеварения влетела вихрем, чем разозлила преподавателя, мистера Зеленгара.

— Вы опоздали, — скривив сухие губы, мужчина поморщился.

— Простите, этого больше не повторится, — быстро отчиталась я.

— Присаживайтесь, — мистер Зеленгар молча указал мне на пустое место, в самом дальнем конце аудитории, которое…о боги, располагалось за одним столом с Кириэлем Найтвейном!

Что здесь забыл высокородный, он же даже не адепт?

— Хм, — замялась я стоя на месте, переводя ошарашенный взгляд с Кириэля на преподавателя.

— Вам особое приглашение нужно?

— Что? Ой, нет…просто, — слов на было. Высокородный заметил меня и демонстративно скрестив на груди руки, откинул стул на задние ножки. Подняв подбородок, наблюдал, качаясь на стуле, словно хищник перед броском.

Преподаватель, скрипнув мелом по доске, недовольно и устало выдохнул:

— Ну тогда сядьте быстро на место и не мешайте мне вести лекцию.

Выбора не осталось. Возникла мысль — сославшись на плохое самочувствие, покинуть кабинет. Сбежать и подальше.

Но так я буду выглядеть слабой, а вот этого я не хочу.

Обойдется! Я конечно не тот борец, каким меня описали в этой подленькой статейке из «веселой жизни адепта», но и не настолько слабая, что бы сбежать, заметив одну только его приподнятую бровь.

Переступив с ноги на ногу, я напряженно пропустила кислород через легкие и направилась к столу. Подбородок подняла повыше, показывая какая я гордая. Даже спина заныла от напряжения.

Достала все необходимое для записи и учебник, а сумку бросила на пол. Отодвинулась на самый край, опустила локти на столешницу и устремила взор в сторону профессора.

Высокородный пристально за мной наблюдал. Взгляд буквально жег. Я абстрагировалась, стараясь не придавать значения, а сама гадала — почему он здесь? Здесь, среди первокурсников.

Я почувствовала еще один взгляд. Темный. Он тоже здесь. Но его пребывание на лекции зельеварения логично. Меня он заметил и усмехнувшись, подмигнул.

Спасибо, выразил сочувствие.