Комбинация смерти: Элен во вне.

Пролог

Изначально это были всего лишь сны. Назвать конкретный возраст, когда всё началось, не получится, поскольку об их появлении известно только то, что они были всегда. Конечно, они запоминались, как крайне яркие и красочные. В них хотелось пропадать и погружаться снова и снова. Небытие, в котором либо приходилось принимать непосредственное участие, либо быть наблюдателем глазами героя.

С возрастом их правдоподобность становилась только качественнее. Раз за разом граница между сном и явью затирались настолько, что порой было сложно понять: является ли видение лишь частью моего воображения или же это реальный мир.

В какой-то момент пришло понимание, что просыпаться становится всё сложнее, и даже болезненно. Приходилось буквально прорываться сквозь незримую призму сна, когда я понимала, что всё не по-настоящему. И даже тогда мне и в голову не приходило, что в какой-то момент я просто не смогу проснуться. Пока, однажды, не забыла о себе. Прошло всего пара минут в мире грез. Но для меня время стало одновременно вечностью и мгновением. Безразличие вдруг сменилось страхом перед неизвестностью, когда в голове появилось слишком много вопросов, на которые я была не в состоянии ответить.

Моё замешательство продлилось минут пятнадцать. Этого хватило, чтобы испугаться «по-настоящему».

Было принято не самое удачное решение в моей жизни: я отказалась от сна.

Только вот сон стал частью реальности...

"Каждый раз, оказываясь в другом мире, я перестаю понимать, кто я такая. Мои мысли и чувства по максимуму стираются, и я превращаюсь в стороннего наблюдателя. И если, хоть на миг, предположить, что души бессмертны и способны перерождаться, то, наверняка, можно было оправдать такое равнодушие ко всему происходящему. Не вмешиваюсь. Просто смотрю.

В этот раз я лежала на краю пропасти. На возвышении одной из малочисленных скал неизвестного мне мира. Маленькая планета, кривоватая и деформированная, походила скорее на гигантский метеорит. Правда, если игнорировать тот факт, что эту Планету населяют люди.

Трудно назвать жизнью то, что я видела, с высоты своей скалы. Допускаю, эти люди провели здесь минимум несколько дней. Я просто знаю: они не нуждаются ни в еде, ни в других биологических потребностях. Это место будто ЧАСТИЛИЩЕ с неугомонными душами.

Там, далеко внизу, около самого края обрыва, люди теснились друг к другу, пытаясь прижаться к каменным стенкам. Удалиться от края. Оглушающие крики миллионов звенели в воздухе. Тогда я задалась вопросами:

«Чего они ждут? Почему же не поднимутся выше?»

Едва вопросы обрели четкую форму - появилось ОНО.

Подсознательно я увидела, как Оно выбирается из золотистого купола-панциря. Многоглавая гидра, головы которой столь огромны, что каждая способна поглотить множество людей. Обогнув вершину пика, на котором была, я взглянула в противоположную сторону. Змей находился и там. И пусть чувства мои были притуплены, вид Змея вызывал настоящий ужас. Стоило мне посмотреть на Него, как я потеряла способность отвести от Него взгляда. Холодный страх сковал тело.

«Неужели те люди знали, что Он появится?»

Прижавшись к земле, уподобившись людям внизу, я оставалась неподвижной, разглядывая широкую пасть и раздвоенный язык. Это стало моей фатальной ошибкой. Будто прочитав мысли, он обратил на меня свое внимание. После, хоть он и не разжимал свою челюсть, я услышала Его голос у себя в голове.

- Их дОлжно уничтожить. Они вирус, убивающий эту планету.

Слова не четкие, я могла и ошибиться в трактовке, но мысль была ясной.

Я поняла, что он жаждет всех убить. Только чудом он ещё не достал до меня и остальных. Как только я осознала это, в моей голове появилось понимание: тот панцирь, из которого Оно вылезло – Его сдерживает. Хватило бы одного шага в сторону, чтобы покатиться кубарем вниз, прямиком в пасть Ненасытного.

Как только и эта мысль сформировалась, я мгновенно оказалась на СТУПЕНЬ ниже. На целую СТУПЕНЬ ближе к смертникам внизу. Я думала, что он слишком близко, так как я его вижу. Но сейчас он близко, потому что может до меня достать, когда насытится несчастными, на низшем уровне. Тем, что жмутся к стене прячась за спины других, роя тонкую скалу, стремясь оказаться как можно дальше от Змея. Они не осознают: Он здесь, для того чтобы защищать эту планету от уменьшения. Его главы расположились в разных сторонах, каждая из которых ждет начала. Гидра смеётся, предвкушая. Я вдруг осознала: что мысли обладают большей силой, чем действия/бездействия.

- Скоро очередь дойдёт и до тебя, - был очередной его безмолвный посыл мне.

Казалось, я должна проснуться. Ведь по закону снов - кошмары заставляют пробудиться. Но я не могла проснуться. Мне захотелось вернуться назад, на вершину скалы, но я могла лишь взирать вверх, где когда-то была. Здесь движение возможно только ВНИЗ. А те люди попросту не способны вскарабкаться по гладкому склону и подняться выше.

Неизбежность произошедшего затопила сознание целиком. Я не желаю умирать так!

Внезапно началось странное. Сквозь землю постепенно проступил мох, медленно затягивающие людские фигуры, погружая их в глубокий сон. Через мгновение голоса смолкли. Все уснули. Люди, как куклы, безвольно покатились вниз… в его пасть. Казалось, я одна не сплю.

- Пробужденная...

Это последнее, что услышала я в своей голове. Больше он на меня не обращал внимания.

Меня накрыла апатия. Страх исчез. Я больше не смотрела на Змея. Только в бескрайнее небо. Когда Многоглавый перестал меня контролировать, стало ясно, что Планета октана густым маревом. Пришло знание, что за мной наблюдают люди из департамента, восседающие на самой верхушке, куда нам не добраться. В их силах решить нашу проблему, но они не знают о нас... или не хотят знать.

Здесь, над пропастью, я рада, что выше людей в бездне. Ведь, пока их пожирает Зверь, у меня есть ещё время.

Забвение настигает меня.

Последний образ, сохранившийся в памяти, был образом храброго юноши, намеревающегося нас спасти, но не знающий способа. Смелый молодой человек подошёл ближе к краю пропасти, чтобы заглянуть вниз. Однажды и я была там, сверху, созерцая происходящее свысока, бездействуя. Сейчас он не видит меня, а я - его. Мы видим только это марево. Но я его жду, потому, что хочу быть спасенной."