Компот из сладкой лжи

Глава 21

- И вот, стою я, значит, на коленях. Опускаю руки в воду... - Надя выдержала многозначительную паузу.

Зая, приоткрыв рот, не сводила с нее глаз.

- Момент! - Чарушина метнулась в коридор и вернулась, прижимая к груди сумочку.

Хала на ее голове размоталась, и Надя отбросила мокрое полотенце. Тряхнув волосами, она высыпала на стол содержимое своего ридикюля. Пакет с запонкой выпал последним, зацепившись за изящный гребешок, который Ржевский купил ей месяц назад на блошином рынке. На мгновение Наденька зависла, поглаживая пожелтевшую от времени слоновую кость, а затем вновь перешла к рассказу.

- Я бы ни за что не поверила, если бы кто-нибудь мне сказал, что такое возможно! Да я и сама себе не поверила, но это та самая запонка из набора, который мы купили во время нашей поездки в Италию.

- Ну и ну... - выдохнула Зая и сжала кулачки, словно боялась нечаянно прикоснуться к находке.

Чарушина отвернула края, сделав из пакета подобие чаши, на дне которой сейчас матово переливалось синее муранское стекло, еще недавно украшавшее манжету рубашки Ржевского.

- Да, это Павла Александровича вещь, - кивнула Зая. - Я видела их. - Губы ее задрожали. - Но как же тогда? Получается, что он был там?..

- Да, - мрачно заключила Надя. - Теперь ты понимаешь, в каком состоянии я нахожусь? Словно на пороховой бочке! Даже не так! Я будто на адской сковородке поджариваюсь! Медленно и печально! У меня внутри горит от одной мысли, что он мог пойти на преступление!

- Горит! - подтвердила Зая, судорожно переводя дыхание. Затем ее зрачки расширились, и она вновь прошептала: - Горит...

Вскочив, Зая заметалась по кухне. Наконец и Надя поняла причину столь резких движений: из плиты тянуло горелым, и когда Зая открыла дверцу, печь выдала целое облако черного едкого дыма, моментально заполнившего кухню.

- Окно! - крикнула Зая, с помощью банного полотенца хватаясь за края противня.

- Вытяжка! - Надя нажала кнопку и стала махать руками, разгоняя сизый дым.

Противень с горелыми останками пирогов с шипением опустился в раковину. Свежий ветер наконец ворвался в помещение, охлаждая не только кухню, но и лица горе-кулинарок.

Вытерев лоб, Зая потыкала лопаткой в прилипший к противню черный пирог и изрекла:

- Что же теперь делать? Неужели в полицию идти?.. - она бросила взгляд на запонку. – И что они скажут?

- Известно, что: спасибо за улику, гражданка Чарушина. Давайте-ка и ваши пальчики сразу откатаем на предмет соучастия в убийстве.

- Но это же неправильно! – вспыхнула Зая. – Может, он там ее давно потерял? Подумаешь! Может, он туда купаться ходил! Место-то, оказывается, популярное.

- В костюме и запонках? – фыркнула Надя, отмахиваясь от вонючего дыма.

- Ну вообще, да, странно. Павел Александрович весь такой ухоженный. Чтобы он в нашу реку купаться полез? Не представляю...

- Вот и я не представляю, - задумчиво пробормотала Надя и уставилась в окно.

"...Отфыркиваясь и дрожа всем телом, Наденька выбралась на берег и понеслась к Ржевскому. В это время Павел читал, и солнце радужно отражалось в зеркальных стеклах его очков.

- Бр-р! Замерзла! – стуча зубами, воскликнула Надя, обтираясь полотенцем.

Ржевский отложил книгу и притянул Наденьку к себе. Она затихла под его теплыми ладонями, нежась и упираясь спиной в его загорелый бок.

- Почему ты не купаешься, Пашка? - мурлыкнула она.

- Море еще холодное, - прошептал он, цепляя губами влажную прядь. - Ненавижу холод.

- Это же море! Оно всегда прекрасно! Хочешь пойти со мной?

- Не хо-чу, - по складам произнес он, и Надя почувствовала, что губы его улыбаются.

- Какой же ты все-таки упрямый, Ржевский!

- Упрямая ты, Надюша! Посмотри, только ты одна и купаешься.

- Потому что в отеле из русских только мы, - фыркнула она. – А какой русский не любит быстрой езды и сытой еды?

- Проголодалась, девочка?

- Уж-ж-асно, - хихикнула Надя и провела ладонью по его ноге. – Хочу все и сразу…

Дыхание Ржевского стало тяжелее, и Надя почувствовала, как приятно защекотало у нее под сердцем. Она выгнулась, чтобы поймать его губы, и когда его глаза оказались совсем рядом, чуть не задохнулась от переполнявшего ее счастья…"

- … так что? – донесся до нее голос Заи.

Чарушина не успела ничего ответить, потому что от разговора ее отвлек телефонный звонок. Взглянув на незнакомый номер, она все же ответила:

- Слушаю? Да, я. А… О… Хорошо… А откуда… Ну да, конечно. Адрес… Ага. Через пять минут.

- Это полиция? – одними губами спросила Зая.

- Нет. Это Тураев, - округлила глаза Надя и отключила телефон.

- И что ему надо?

- Я не знаю. Наверное, хочет выяснить, известно ли мне что-нибудь. Сказал, подъедет через пять минут.

- И что, ты пойдешь?! – Голос Заи зазвенел от напряжения и тревоги.

- Конечно, пойду! – Надя запустила пальцы в еще влажные волосы и слегка потрепала спутанные пряди. – Как еще я узнаю о его жене?

- А нам точно надо знать о ней? – поежилась Зая.

Чарушина нахмурилась:

- Пока я не выясню, что произошло, не успокоюсь. Они были вместе в торговом центре - я своими глазами видела их. Так что твоя теория про Отелло может быть действительно верной. Что, если муж убил ее, а теперь хочет подставить Павла? Вот что - жди меня здесь. Я попробую разговорить Тураева и узнать его версию событий.

- Какая ты смелая! – восхитилась Зая. – Может, я тогда что-нибудь приготовлю?

- Забей! – отмахнулась Чарушина и уже из ванной крикнула: - Закажем доставку!

Натянув спортивные штаны и вытянутую футболку, которые мать, по всей видимости, отложила "на тряпки", Чарушина понеслась на встречу с вдовцом.

- Не ожидала, что вы позвоните! - начала Надя, когда Тураев, в темно-сером костюме и при галстуке, вылез из внедорожника и подошел к ней. - Но нам действительно нужно поговорить! То, что случилось с вашей женой…