Концепция "Трех обезьян" для попаданки

Часть 8.

     Если я рассчитывал на то, что встретившись однажды с Дазаем, наше общение с ним больше не будет продолжаться, то я жестоко просчитался. Нет, он был милым и очаровательным ребенком, но... уж слишком навязчивым. Не знаю, как именно он упросил моих родителей и Мори-сана на подобное, но теперь он ходил ко мне в гости почти каждый день. Причем, рядом со мной он старался пробыть как можно дольше, при этом подержавшись за руки или посидев рядом.

      Со стороны наблюдать за любовью маленького ребенка и впрямь было очень и очень забавно, но, если честно, я думал, что дети в этом возрасте более... ммм... влюбчивы, скажем так. Разве он не мог забыть обо мне, отвлекшись на более подходящую ему по возрасту и здоровью цель. Да и мой пол, если уж честно, ему тоже не подходил. Конечно, ему сейчас только семь, месяца три назад стукнуло, но тем не менее.

      Впрочем, вполне возможно, что я был единственным ребенком, который нормально общался с ним и дружил, даже несмотря на бинты. Все-таки, дети хоть и маленькие, но именно они бывают наиболее жестокими. Они будут показывать пальцем и издеваться, если ты отличаешься от них, и ни за что на свете не примут тебя в свою компанию. Таким изгоем был Дазай, таким изгоем стал и я. Мои здоровье и поведение вообще накладывали крупные ограничения, а Осаму... ну, его нельзя назвать полноценным ребенком, потому что он слишком серьезный и тихий.

      Он сильно отличается от меня, ведь я - взрослый в теле маленького ребенка. Но при этом он и отличается от всех остальных детей. Уж не знаю, в силу каких именно факторов - прошлое, воспитание или еще что - но отличается. Впрочем, если бы он на том празднике, где я был вместе с отцом, стал бы играть с детьми, у него был шанс влиться в их компанию. Однако он предпочел мое общество - общество слишком не похожего на них, поэтому к нам никто не рискнул подойти.

      А может, дело в совершенно другом (я искренне постараюсь думать, что собственнические объятия шатена и его недовольные зырканья на всех, кто пытался к нам подойти, мне всего лишь почудились). Но, тем не менее, каким бы странным ни было все происходящее, в обществе Дазая я чувствовал себя... спокойно. Можно даже сказать, защищенно. Уютно. Рядом с ним я не волновался и не беспокоился, а еще почти не грустил, потому что своей живостью он разгонял мои иногда не самые веселые думы.

      Несмотря на то, что я всегда был оптимистом - ну, или, по крайней мере, старался смотреть на жизнь оптимистично - иногда даже на меня накатывала меланхолия и мрачное настроение. Это обычно не длилось долго, но я в такие моменты со всей душой отдавался внутренним переживаниям и сомнениям. В конце-то концов, то, что я знаю о своей будущей судьбе, давало мне право на подобное. Лаборатория, эксперименты и Арахабаки...

      Честно говоря, я боюсь стать его сосудом.

      Я боюсь стать его тюрьмой.

      Я боюсь... боюсь, что не окажусь достаточно сильным, чтобы сдерживать его.

      Разумеется, я приложу все усилия, на которые я вообще способен, но...

      Что, если их будет просто недостаточно?

      Если мне нужно сравнить Арахабаки с кем-то наиболее близким по сути, то я, пожалуй, выбрал бы изначального Кураму и вообще любого из Хвостатых из аниме "Наруто". Вот только все дело в том, что Кьюби и его братья и сестры изначально не были плохими. Плохими они стали в процессе, после того, как их, словно бездушные инструменты, запечатывали снова и снова, и снова, и снова, и... В общем, вы поняли. Их просто использовали, заточили, обвешали цепями и печатями, выкачивали силу и жизненную энергию, даже не интересуясь мнением этой самой "батарейки".

      Изначально для всех из "Наруто" звери были лишь тем, что они могут подчинить и использовать, как оружие. Вообще не удивительно, что со временем все Хвостатые озлобились и стали мечтать вырваться на свободу и уничтожить все и вся, до чего они доберутся. Особенно сильно это ударило по однохвостому Шукаку, у которого поехала крыша.

      Так, ладно, к чему я вел? Ах да...

      Так вот, если изначально Биджу были добрыми (ну, насколько они вообще могли быть такими изначально, учитывая, сколько и как на них охотились), лишь со временем став злыми, то Арахабаки - это квинтэссенция злобы. Если так подумать, то сравнить его я могу разве что... Во-первых, с Джуби - злобным десятихвостым из "Наруто", которого мечтали возродить Акацуки (что бы им икалось). А, во-вторых, с Темным копьем Франкенштейна из манхвы "Ноблесс". Причем, второй вариант куда ближе, разве что Арахабаки - Бог Разрушений и Хаоса, а копье... ну, там у него свои заморочки.

      И именно исходя из того, что я знаю о своем ближайшем будущем, у меня возникает вполне логичный вопрос: что я буду делать, когда Арахабаки будет во мне? Как я буду его удерживать? Хватит ли у меня сил? Смогу ли я? Я понимаю, что должен, но... Я боюсь, что у меня не получится. Жаль, что в этом мире на этот случай нет своего Рикудо Сеннина (или как там его?), но зато у меня есть Вишенка.

      Думаю, что раз уж он меня перенес в тело именно Чуи Накахары, то у меня как минимум есть все нужные черты характера, которые бы помогли мне сдержать Арахабаки. Да и Смерть, помнится, говорила, что в свое время я был очень-очень упрямым, раз уж смог выжить, так что отправился на тот свет и переродился лишь на девятый раз. В принципе, неплохой результат, верно? А еще говорят, что смерти второй раз не может быть. Держите выше! Лично у меня в той жизнь было аж девять смертей (ну почти). И еще одна (или две?) в этой, учитывая мою болезнь.

      Так ладно, пофилософствовали и хватит. Чему бывать, того не миновать. И то, что я лишь лишний раз наматываю и трачу себе нервы сейчас, мне никак не поможет. Я просто обязан оказаться в лаборатории и вытерпеть там все, что будут проделывать с моей тушкой. Это единственное условие, которое мне поставил Вишенка. Дальше я буду свободен. Не сказать, что я в восторге от знания того, что не смогу избежать лабораторию, но... Уж лучше отмучиться и освободиться. Ведь это лучше, чем всю жизнь горбатиться и повторять судьбу канонного Чуи.